Бродяга (СИ) - Риз Лаванда

И после услышанного, Кьяра в смятении шагнула под дождь, чтобы холодные струи привели её в чувство.

Ровер молчал, эмоции в нём кипели, но было видно, что он с ними героически боролся. Затем он тоже вышел под дождь, став напротив девушки, задав свой вопрос чётко и прямо:

— Ты согласна с тем, что он сказал?

Всё ещё опешившая девушка лишь кивнула ему в ответ.

— Чего ты хочешь? — продолжал добиваться Ровер, не сводя с неё глаз.

— Хочу немедленно убраться отсюда, — выдавила она. — Хочу, чтобы вы перестали ругаться, а оставались друзьями, потому что это важно, а вы этого не цените. Это глупо, Яр для меня всего лишь твой друг. Какие двойные ставки? Это только ты привык играть, но я нет! Я никогда не жонглировала людьми и не собираюсь, потому что это претит моей сути! Да, жизнь ценна, Ровер, а ещё ценнее она своей реальностью. Ты любишь свободу? Тогда дай её и мне, а не заключай в свои правила игры. Ты словно боишься искренности и настоящих чувств, тогда объясни мне как в таком случае ты можешь любить жизнь?!

Заслышав её слова, Яр зааплодировал ей, выразительно взглянув на друга, и не говоря ни слова, закрыл за собой дверь, оставив их одних.

— Корабль будет готов лишь к завтрашнему утру, — глухо выдавил Ровер, продолжая пристально смотреть на девушку.

— Тогда я буду бродить по городу до завтра, — упрямо заявила Кьяра. — Прости, но в этот дом я больше не войду. Я знаю, ты не любишь, когда тебе диктуют условия, но спать в её постели ниже моего достоинства, даже если она и не плохой человек. Может, мои принципы, с одной стороны, кажутся глупыми. Но там ваши с ней воспоминания, и я не хочу, чтобы они переплетались с моими.

— Одну я тебя не отпущу, — и Ровер спокойно протянул ей руку.

Бесцельно бродить под холодными и пробирающими каплями оказалось не так уж и приятно, но похоже Ровера не очень отягощали эти неудобства. Он ушел вглубь себя, раздумывая над какими-то своими мыслями, крепко сжимая её ладонь.

— Тебе это не впервой, не так ли? — через время спросила у него Кьяра, искоса наблюдая за ним.

— Шататься под проливным дождём вместе с бродячими собаками? — подняв на неё глаза, серьёзно произнес он. — Да, через это я тоже проходил. Если ты не в системе, очень сложно стать заметным, чтобы кто-то заинтересовался твоей судьбой и подал на пропитание. Я был скворанским мальчишкой, а кто-то видел во мне мутанта, вылезшего из катакомб, и меня безразлично пинали, как и тех безродных шавок, которые слонялись за мной, поджав хвосты. Я мог находиться в людном месте и оставаться незамеченным, видеть каждого, оценивая, управляемый своими взрывными эмоциями, искать выход и способ выживания под ногами у снующих, затянутых в режим человекоподобных. И в один прекрасный день я решил, что никогда я больше не буду подчиняться чьим-то правилам — я буду сам брать то, что мне нужно. И я стал упорно оттачивать мастерство вора. Пришло время тебе это продемонстрировать! — и прежде, чем Кьяра успела что-либо возразить, Ровер стал уже что-то быстро загружать в голограммную программу своего эла, на котором проецировалось активировавшееся устройство, которое он всегда неизменно носил за ухом вместе с микрофоном передатчика. И тут же, как по заказу, ворота особняка, возле которого они остановились — медленно и гостеприимно распахнулись.

— Заходи, сейчас тут никого нет, а мой опыт подсказывает, что хозяева бывают здесь редко, — легонько подтолкнул её Ровер. — Давай смелее. Будь девушкой своего парня. Тем более что нам нужно согреться и поесть. Может нам даже повезёт, и мы наткнёмся на что-нибудь стоящее. И да, предупреждаю сразу, моя совестливая гражданка Империи, что по этому поводу лично моя совесть меня уже давно не грызёт, так что даже не стоит меня отчитывать!

Что тут сказать, в чужой дом Кьяра вламывалась впервые. У неё покалывали кончики пальцев, сводило живот и почему-то всё время хотелось оглядываться.

— Давно хотела спросить, что это за устройство у тебя за ухом? — спросила она, чтобы отвлечься от неприятных ощущений. — Никогда с ним не расстаешься, даже спишь с ним.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ровер усмехнулся, и немного помолчал, прежде чем ответить:

— Это испытываемый образец. Новая разработка Тана. Ты ведь уже поняла, что Тан — это гениальный мозг, моё самое главное сокровище. Из двух разбитых мотоботов, микроволновки и детского телескопа он может собрать даже спутник. Но лучше всего он всё-таки разбирается в программировании. Ведь свой первый срок он схлопотал именно за хакерство.

— Так что же делает это устройство? — не дала себе заговорить зубы, Кьяра.

— Э-э-э, это своего рода декодер, и он в состоянии продублировать любую информационную систему в радиусе пятидесяти метров, импульсный робот, обходящий защиту любой сложности. С его помощью я взламываю все замки и коды баз данных, отключаю охранную систему и скачиваю зашифрованные файлы с электронных носителей.

— То есть взломать эл, того кто проходит мимо — тебе проще простого?

— Точно, рядом со мной о приватности не может быть и речи! — кивком головы подтвердил Ровер. В его глазах уже блеснули лукавые искорки, он знал, о чём будет её следующий вопрос.

— Ты, засранец, читаешь мой дневник? — спросила Кьяра, голосом обиженного ребёнка.

— Давай так, Колючка, — усмехнулся он, — сейчас мы с тобой оказались в любопытной ситуации, когда всё моё твоё, а всё твоё стало быть — моё! Значит, и данные твоего эла тоже. …Что это у тебя за мина на лице?! Может, мне не нравится, когда девушка от меня что-то скрывает! Вот поэтому я и читал твой дневник. Что тут такого?

— Причём тут сокрытие? Это мои собственные мысли и переживания, я их записываю для себя, а не для чужих глаз. Это очень личное, территория, где вправе быть только один! Понимаешь?

— Нет. Если женщина мне принадлежит — она не может скрывать своё отношение, я должен знать её мысли и хватит уже об этом дурацком дневнике! — Ровер начал снова заполняться эмоциями, хотя Кьяра заполнялась своими не меньше скворанца.

— Я тебе вовсе не принадлежу, это просто …, - она растерялась, подбирая подходящие слова, замолчав на минуту, а он, в это время притянув её к себе, вдруг спросил.

— Ты мне доверяешь?

Под этим взглядом Кьяра растерялась ещё больше.

— Конечно, как же можно доверять бродяге, скворанину, — с горьким сарказмом продолжил он, глядя ей прямо в глаза. — Вору, убийце и космическому отбросу. Но тебя всё равно тянет к такому, и наш с тобой секс был не ради самосохранения. Тебе было хорошо со мной. Я это знаю даже без твоего дневника.

Кьяра разговаривала с ним глазами, вернее они сами выдавали ему все ответы. Испугавшись, что он держит её душу, словно на ладони, ощущая её малейшие колебания, резко развернувшись, девушка вырвалась и пошла дальше из холла по затемненному коридору. Повернув направо, она оказалась в аркальном проходе, ведущем в огромный зал, но рука скворанина вовремя остановила девушку.

— Ч-ч-ч, тебя не насторожило то, что здесь нет двери? А эти мигающие точки в углах под потолком? — тихо произнёс Ровер. — Это говорит о том, что здесь, помимо основной, ещё находится и автономная, слишком чувствительная, как и ты, охранная система.

Его декодер тут же вызвал голограммную проекцию схемы сигнализации, но со взломом этого кода у Ровера вдруг возникла небольшая заминка.

— А код-то у хозяина, и похоже он находится далеко за пределами пятидесяти метров, — беря с него пример, язвительно заметила Кьяра.

— Ха, ты же не думаешь, крошка, что меня это остановит?! Я всё равно подберу код и взломаю вход, просто на это уйдёт чуть больше времени. И не нужно смотреть на меня «ну ведь так же нельзя, за это тебя обязательно должны наказать»!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вскоре зал, заполнившись пересеченным лазерным решетом, и сменив свой цвет на зеленый, покорно впустил своих непрошеных гостей.

— Вот видишь, а ты сомневалась, — самодовольно усмехнулся Ровер.

— Ты знаешь, в этот раз я почему-то даже ни капельки не сомневалась, — вздохнула Кьяра. — Хотя меня это и не радует.