Проблемное наследство, или Невеста в подарок (СИ) - Каг Виктория

— О, это мы с радостью, — просияла мисс Валери Гелланж и вывалила на меня столько сплетен, что всё моментально перепуталось у меня в голове.

К счастью, под конец её монолога дверь в гостиную открылась, впуская горничных с подносами, на которых возвышались разнообразные пирожные и десерты, приготовленные нашим поваром. Ещё одна девушка несла чайный сервиз с исходящим ароматным паром заварником.

Кивком поблагодарив служанок, отпустила их и разлила чай по тонким фарфоровым чашкам, пригласив гостей присоединиться к угощению. Заметила одобрительный взгляд леди Фламар и поняла, что всё сделала верно.

Приободрившись первыми успехами, я попробовала снова оживить нашу беседу. Это оказалось совсем не лёгкой задачей. Беатрис была неразговорчива и постоянно хмурилась, ревниво поглядывая на жениха. Виола, мисс Амилейн, изо всех сил пыталась привлечь внимание баронета Корви. А тот, в свою очередь, бросал на меня удивлённые взгляды, видимо, не понимая, почему я всё ещё не валяюсь у его ног, изрекая пылкие признания в любви.

Лишь Валери, оказавшаяся той ещё болтушкой и озорницей, кое-как поддерживала видимость лёгкого общения, за что я была ей крайне благодарна и даже собиралась пригласить её в гости снова. Правда, без её неоднозначных товарищей.

— А ещё, вы обязательно должны посетить театр, мисс Дельвейс. Или вот… Вы бывали в опере? — сверкнув ярко-голубыми глазами, понизила голос девушка. — Говорят, мисс Аффинария Малвен поёт так же потрясающе, как обводит вокруг пальца мужчин! Я слышала, что не так давно она променяла самого Главного Ищейку на какого-то старого графа, как же его имя… Ой…

Девушка испуганно прикрыла рот ладошкой, глядя на меня округлившимися глазами. Представляю, как неловко она чувствовала себя в этот момент, вспомнив, о чьём женихе идёт речь. Поэтому, решив, что это уже не так важно, я сделала вид, что ничего не поняла и, отпив чай, спокойно сказала:

— Нет, я пока не бывала в опере. И в театре тоже. Мои родители считали, что я слишком юна для подобных развлечений. А потом их не стало, а значит, и водить меня туда стало некому.

— Мне так жаль, — тихо сказала мисс Гелланж, прижав руки к груди, и даже её русые кудряшки, казалось, печально поникли. — А знаете, у меня есть чудесные подруги, которые обожают устраивать небольшие костюмированные балы. Это ведь тоже своего рода театр, правда? Я обязательно вас с ними познакомлю!

— Спасибо, — улыбнулась я ей. — Буду очень благодарна, мисс Гелланж.

— Называйте меня просто Валери.

— Тогда и вы меня — Хлоя, — любезно ответила я.

Предлагать более личное обращение остальным девушкам я не стала, особенно, если учесть, что они явно не жаждали продолжить наше знакомство. То ли ревность в них взыграла, то ли зависть, то ли мы просто не сошлись характерами, но уже скоро Беатрис и Виола начали намекать на то, что им давно пора домой, на встречу или ещё куда-то.

Мужчины, которые едва ли сказали пару-тройку фраз за последний час, тоже встали, с сожалением поглядывая на недоеденное угощение. Правда, баронет Корви смотрел на меня гораздо плотояднее, чем на пирожные. И я поняла, что вот он — момент истины.

— Мисс Дельвейс, — откашлявшись, сказал мужчина, делая шаг ко мне. — Позвольте сказать. Я невероятно рад нашему знакомству и благодарю Провидение за то, что оказался в гостях у своего друга, когда его кузина попросила сопроводить её с подругами к вам на чай.

Я благосклонно кивнула, покосившись на маленькое колечко на своей руке, в котором изумруд засветился чуть интенсивнее.

— Я даже молить вас не смею о новой встрече, — “смиренно” склонил голову баронет Корви, делая ещё шажочек в мою сторону, — но ваша красота настолько меня ослепила, что отныне в толпе людей я буду видеть только вас!

— Ох, баронет, вы мне льстите! — деланно рассмеялась я и кокетливо поправила выбившийся из пышной косы локон.

Мужчина запнулся и несколько раз моргнул, словно прогоняя дурное видение.

— Ну, что вы, — сказал он. — Каждая, сказанная мною, фраза — чистейшая правда!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я мило смутилась и всё-таки протянула ему ладонь на прощание. Но, стоило ему над ней склониться, как в его глазах промелькнул настоящий испуг. Баронет резко вскинул голову, всматриваясь в моё лицо. Я удивлённо приподняла брови и капризно надула губки, показывая, что недовольна его замешательством.

С глубоким отвращением на лице, он всё же поцеловал воздух над моей ладонью и, посмотрев на меня, как на пришельца из преисподней, выскочил за дверь, даже не попрощавшись с баронессой Йен, что было крайне невежливо с его стороны.

— Простите моего друга, мисс Дельвейс, — покраснев от злости, сказал виконт Саймелл, глядя ему вслед. — Видимо, он вчера сильно перебрал, а здесь немного душновато.

— О, ничего, — мило улыбнулась я. — Надеюсь, ваш друг быстро поправится.

Попрощавшись с озадаченными девушками, проводила всех до двери и быстро вернулась в гостиную, наконец, получив возможность выплеснуть сдерживаемые эмоции. Вспомнив лицо баронета Корви со священным ужасом в глазах, заливисто расхохоталась и вздрогнула под перекрёстным огнём любопытных взглядов.

— Что ты ему внушила? — сразу же засыпали меня вопросами Клара и Киара, и даже леди Фламар заняла выжидающую позу.

— О, я всего лишь закрепила на кольце направленную на ауру баронета иллюзию, которая должна была сработать, окажись мы ближе, чем в двух шагах друг от друга.

— И что же бедолага увидел? Точнее, кого? — правильно поняла ход моих мыслей Киара.

— Вестницу Смерти, конечно, — фыркнула я. — С покрытой струпьями кожей, седой косой и пустыми глазницами.

— Ты прекрасно-ужасна! — выдохнула Клара, покачав головой. — И я рада, что мы стали друзьями. Боюсь, всё остальное мы просто не пережили бы.

И мы снова рассмеялись, на этот раз вместе.

Глава 22

Айкорр Эшту

— Пр-рочь, — прорычал я, и испуганный секретарь скрылся за дверью, а в следующий миг в неё ударился запущенный мною графин, разлетаясь вдребезги.

Сотни осколков брызнули в разные стороны, исчезая во тьме, что плотным туманом стелилась по полу моего кабинета, вспыхивая угольно-чёрными искрами и взвиваясь протуберанцами.

Точно такими же жаляще-острыми брызгами разлетелось моё спокойствие, стоило мне подумать о девчонке с белоснежными волосами и бездонными тёмными глазами, что поселилась в моей голове, не желая покидать её ни на мгновение.

Сжав виски руками, я со стоном опустил голову, с трудом сдерживая желание постучаться ею о стол. Это было невыносимо! Наваждение, какая-то ненормальная одержимость, постепенно перераставшая в глухую ярость. Она сводила меня с ума! Требовала сделать хоть что-то, чтобы затушить пламя, которое жгло меня изнутри, рвало на части, как голодный, дикий зверь.

И я не понимал, чего хочу больше — поймать и целовать эту ведьму до тех пор, пока полностью не завладею её мыслями и чувствами, как сделала это со мной она, или запереть в самом тёмном подземелье, выбросить ключ на дно океана и забыть туда дорогу, чтобы больше никогда и никого она не свела с ума своими лживо-невинными глазами!

Как? Как эта девчонка умудрилась околдовать меня за три коротких встречи? Меня, защищённого десятком артефактов и рун, нанесённых на тело несмываемой краской! Она ядом проникла под кожу и пропитала все мои мысли своим запахом, своим нестираемым образом.

А Саррен? Когда он успел пасть жертвой её чар? Когда настолько проникся её огнём, что стал готов похе… предать нашу дружбу, что связывала нас годами?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Зарычав, я вскочил и заметался по кабинету, словно зверь, загнанный в угол. Спустя пару минут замер, стараясь отдышаться и успокоить разволновавшуюся тьму.

— К демонам! — прошипел сквозь зубы и, откинув голову назад, распахнул руки, впуская в себя магию.

Тьма осторожно, словно опасаясь, что я прогоню её, коснулась моего тела, а затем хлынула внутрь, болезненно сжимая сердце ледяным прикосновением. Миг — и она уже привычно смотрела из глубины моих глаз. А я, распираемый силой и непонятными, выжигающими дотла желаниями, провалился в портал, совсем не удивившись тому, что он привёл меня в дом Аффи.