Прелюдия падшего Ангела (СИ) - Фрост Ника

Ника расхохоталась ещё сильнее, мужчина тоже рассмеялся и поставил её на землю. А я во все глаза смотрела на них. У Ники и Нуара были такие искренние, добрые и настоящие отношения, но не как между мужчиной и женщиной, а как между лучшими друзьями, которые доверяют друг другу целиком и полностью, что я не могла на них нарадоваться. А ещё я не могла наглядеться на Нуаршана. Сейчас он был таким счастливым и совсем… другим, нежели каким я привыкла постоянно его видеть. Он улыбался, шутил, веселился вовсю и был, скорее, похож на Тира и Эла — такой же бесшабашный и умеющий радоваться жизни, как они… а не как Кей. Но именно на Кейрана он и был всё это время, что я с ним работала, похож. Хмурый, замкнутый, предельно серьезный… Будто два разных человека. Всё-таки права я была, называя его про себя «многоликий». Не разберешь, где он настоящий.

— Вы долго там ещё будете обниматься? — послышался недовольный голос мужа Ники. Вот, помянешь, тут как тут. — Нуар! Руки ещё хоть на сантиметр ниже опустятся, и я их тебе оторву, с корнем. И забуду, что они тебе нужны, чтобы на гитаре играть. Будешь учиться пальцами ног струны перебирать!

Кей угрожающе свел брови, но на его угрозы никто не обратил внимание. Нуаршан наоборот прижал Нику к себе покрепче.

— Моя. Не отдам. Ты и так на неё постоянно смотришь. А я месяц не видел, — голос прозвучал обиженно, и он даже поджал губы.

— Твои проблемы, — Кейран пожал плечами. — Тебе никто не запрещает сюда приезжать.

— Было бы время… — мужчина наконец-то отпустил девушку и поцеловал в волосы.

— Скоро будет, — Кей кивнул мне в знак приветствия и махнул рукой, приглашая в дом. — Пойдемте, все уже здесь. Быстрее отпразднуем, быстрее вы свалите и оставите нас наедине.

— Кей! — простонала Ника.

— Какой же ты гостеприимный, даже я обалдел! — в тон ей протянул Нуар.

— Не вижу смысла быть вежливым. Я, между прочим, тоже мало видел свою жену в последние дни, — когда мы подошли к дому, он взял Нику за ладошку и театрально пригрозил пальцем Нуару: — Она — моя! А себе найди другую.

Мужчина на это отреагировал тяжелым, но, в то же время насмешливым вздохом и, обернувшись, взял меня, стоящую позади них всех, крепко за руку…

В доме, как оказалось, кроме знакомых мне Эла и Тира, были ещё дочки Кея и Ники — прелестные девочки лет пяти, с черными волосиками, золотистыми глазками, одетые в темно-синие платьица. Два маленьких забавных чертенка, иначе и не скажешь — шкодные, шебутные. Они постоянно бегали вокруг всех, хихикали и ластились к отцу. И он брал дочек на руки, обнимал, и от этой заботы у меня сжималось сердце. Нечасто увидишь такую неприкрытую любовь мужчины к своим детям. При этом лицо Кейрана в моменты, когда он на них смотрел, становилось таким умиротворенным, счастливым, что я диву давалась. Менялось оно сильнее у него, только когда он смотрел на Нику. Было видно, что он любит её. А если их взгляды встречались — всё для них словно замирало, и они оставались одни. Прежде я никогда подобного не видела. И меня охватило желание однажды испытать что-то хоть отдаленно похожее. Чтобы мы с моим мужчиной, смотря друг на друга, видели друг в друге отражение себя, бесконечное счастье… Но, наверное, такое бывает один на миллион. Встретить такую любовь.

Ещё, кроме дочек, я увидела незнакомую пару — высокого красивого мужчину в черных строгих брюках и светлом элегантном пуловере и удивительно прекрасную женщину с светлыми волосами. Шикарная, с длинными ногами и на редкость правильными чертами лица. Вероятно, модель, подумала я. Мужчину Ника представила Нормадаром и назвала братом… что было странно, поскольку на неё он был совсем не похож. Темноволосый, темноглазый, он чем-то отдаленно: по цепкому взгляду, прическе и, может, выражению лица, напоминал охранников Ники. Женщину звали Элли — это оказалась жена Норма.

В такой компании мы и отпраздновали тихо, мирно, но невероятно тепло и весело день рождения Ники.

Легкий обед за приятной беседой сменился прогулкой на свежем воздухе. Затем мы вернулись обратно в дом, Кей, Нуар и Тир взяли гитары и исполнили знакомые по первому и единственному альбому группы «D.I.E.!» песни. Вживую слушать необычный голос Кейрана было удивительно. В студии мне иногда удавалось краем уха услышать его, но сейчас, когда он пел, казалось, только для Ники, было совсем по-другому. Более проникновенно, чувственно и искренне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Потом мы сидели в гостиной, пили и разговаривали…

Кстати, Нуаршан практически постоянно был рядом со мной, если не отвлекался на маленьких проказниц, которых, было видно, он обожал, так же как и они его. Будто сегодня он взял на себя роль моего спутника. Подливал мне вино, втягивал в беседы… Правда не только он старался, но и другие были внимательными. А ещё мужчина был веселым. Шутил, веселился и балагурил, развлекая всех. И для них всех такое его поведение было привычным. В отличие от меня.

В общем, день прошел просто шикарно. И, когда все начали прощаться, мне, которая не хотела сюда ехать, отчаянно не хотелось отсюда уезжать. Нормадар — сдержанный, уравновешенный и приятный мужчина. Элли — элегантная и умная. Тир и Эл. Ника и даже Кей, который сегодня был удивительно расслабленным, спокойным и веселился наравне со всеми… И, конечно, Нуаршан. Все эти люди стали мне словно родными за этот день. Друзьями…

Но, когда я вернусь домой, то буду снова одна. У меня не осталось друзей там, в России. Здесь, кроме ребят, тоже никого нет. Родственники — только дальние и мне даже некому позвонить, чтобы просто побеседовать и скрасить остаток вечера.

Поэтому, уже садясь в машину Нуара, я грустила. Но в то же время я в очередной раз была благодарна судьбе, что она свела меня с этими людьми. Поэтому, помахав на прощание Нике и Кею, я улыбалась им искренней, широкой и счастливой улыбкой.

Когда мы выехали из ворот и начали спускаться к шоссе, Нуар тоже молчавший до этого момента, вдруг произнес:

— Отмени бронь на завтрашний билет.

— Почему? — испуганно выпалила я, почему-то сразу подумав о том, что в моих услугах больше не нуждаются, повернулась к нему лицом.

— Полетишь со мной. Эл с Тиром пускай катаются на автобусе, раз им так этого хочется. Кей с Никой… они всегда сами будут добираться. А нам я арендовал самолет.

Я облегченно выдохнула, а мужчина продолжил:

— Так что завтра утром, в восемь, я за тобой заеду. Собери себе всё необходимое на неделю. Домой ты не вернешься, пока не закончим турне.

— Хорошо, я поняла.

Мы ещё немного поговорили о делах. Нуар снова был отстраненным, деловым… И от этого было невыносимо грустно. Хотелось, чтобы и со мной он был таким же открытым, веселым. Но он мой босс, а не друг.

Уже когда мы приехали к моему дому, и мужчина помог мне выйти, он внезапно наклонился, не отпуская моей руки, второй прикоснулся к щеке и прошептал своим чарующим хриплым голосом на ухо:

— Прекрасно сегодня выглядишь, крошка.

Его горячее дыхание опалило мою шею, ладонь обожгла щеку… но более ничего не произошло. Выпустив мою руку, он выпрямился и, одарив шикарной, загадочной улыбкой, попрощался. И был таков.

Я же ещё потом долго стояла на улице. Проводив взглядом его стремительно уносящийся вдаль спорткар, я, даже когда он давно исчез за поворотом, всё думала — зачем он это мне сказал. Для чего это было произнесено? Просто комплимент. Или… или, может, у меня есть шанс? Но шанс для чего? Такого мужчину, который постоянно встречается с разными красотками, хотя бабником его язык почему-то не поворачивался назвать, нужно ещё постараться удержать. А стать его только на одну ночь? Разве мне это нужно? Это только испортит деловые, да и просто хорошие отношения… Но как же, чёрт меня побери, этого хочется! Пусть и одну ночь провести с тем, кого так страстно желаешь… и сильно любишь!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глава 25

Утром Нуаршан, как и обещал, в восемь был у меня. Поднявшись в апартаменты, он взял мой чемодан и донес его до машины. И мы поехали в аэропорт. А меньше чем через час уже усаживались в огромные, из кремовой кожи, кресла в шикарном частном самолете. Да, Нуар снял не какой-то крошечный самолет, а лайнер, в котором было два пилота, и даже стюардесса.