Не грози некроманту, попивая сок в Светлой Обители (СИ) - Цыбанова Надежда

Светлый Жрец тяжело вздохнул:

— Вот придумали слово и носитесь с ним, будто прикрываете дыры в сите. А есть ли она по сути? Темные презирают всех. Мы пытаемся спасти человеческие души. А люди сами? Вроде и Свет наш бог, но когда припрет несутся поклоняться Тьме.

— Но будем честны, — влез в рассуждения о возвышенном Вариус, — есть проблемы, которые не подвластны светлым магам.

— Я это исправлю, — величественно пообещал Жрец.

— Хорошо, — я вернула внимание блаженного себе, — с великой миссией все ясно. А зачем же оборотней убивать? Это же конфликт с целым прайдом за хребтом Несгибаемых.

— А что поделаешь, если люди стали почему-то заканчиваться! И так проблема заполучить новые имена будущих Врат. Потом организуй похищение. Возись с ними. А в результате все напрасно. Жалко русалку не смог захватить. И в этом ты виновата!

Я полюбовалась сменой цвета лица блаженного. Нормальный пожилой человек уже бы держался за сердце и хрипел, а у этого здоровья на троих хватит.

Вдруг Жрец замер, прислушиваясь. Опять смена маски и перед нами старый добрый блаженный.

— Ой, ко мне пришли люди. Хотят очистить свою душу. Не скучайте, я скоро вернусь.

Я посмотрела в след чуть сгорбленной фигуры, исчезающей в темноте коридора, и фыркнула:

— С таким чувством юмора не стать ему Вратами. Надо будет подбросить блаженному пару сборников неприличных историй, что ли.

— Лия, — позвал меня Лауфман, — а напомни-ка, почему тебе нельзя выдать ремня?

— Прямо все варианты? — я невинно похлопала глазами. — Давай остановимся на том, что тебе после этого точно будет больно, и ты меня любишь. Выбирай, какой вариант больше нравится.

Оборотень нервно зазвенел цепями.

— Это все конечно мило. Но что будем делать?

Я широко улыбнулась:

— А разве ты не слышишь?

Кил, смешно переваливаясь с лапы на лапу, вбежал в комнату.

— Ничего себе инсталляция, — пораженно присвистнул демон.

— Ты где так долго ходишь? — ворчливо поинтересовалась я.

Ворон обиженно фыркнул:

— Трудно прошмыгнуть мимо блаженного не заметно, так-то.

Не найдя лучшего собеседника, я спросила у потолка:

— Слушайте, а в нашей компании хоть кто-то думать умеет? А то мне страшно вдруг как-то стало. Кил, ты же демон. Вышел из тела ворона и никаких проблем, зато возможностей в разы больше!

— Да-а-а? — ему точно не понравилось предложение, судя по распушенному хвосту. — А потом обратно в Пустой мир? А мне тут, между прочим, нравится!

Какой-то странный разговор, особенно когда ощущаешь, что половина тела уже окоченела.

— Да я бы обратно тебя вызвала. Вон Взюзю отправила бы, прежде насильственно запихав его в «Око Тьмы».

— Тогда ладно, — в голосе Кила появились довольные нотки. — Только, чур, в шкуре Жаркоя или Фуньки не размещать, а то знаю я тебя. В ворона, пожалуйста. Я уже привык.

— Да хоть в грача, — я закатила глаза, — только давай поживее, пока мне ампутация не потребовалась.

Кил послушно взлетел на алтарь, задумчиво поизучал оковы и дыхнул тьмой прямо на них. Металл нагрелся, опаляя кожу. Я ругнулась исключительно неприличными словами и зажмурилась от боли. Наконец-то замок с тихим щелчком раскрылся. Пришла очередь второй руки.

— Какое счастье, что есть магия, — я спешно обволокла пострадавшие запястья лечебным заклинанием. Мои лучшие штаны зияли оплавленными дырками на икрах. — Блаженному надо выставить счет за испорченную одежду.

Ноги слушались плохо. Я сползла с алтаря, и на всякий случай даже сделала шатающий шаг в сторону. Пока Кил с явным наслаждением освобождал Лауфмана: медленно и не спеша, выпуская Тьму из клюва, я задала вопрос, который меня мучил на протяжении всего возлежания:

— Откуда здесь взялся Жрец? У люка дежурил Ашер, он его скрутил позже. Спрятаться негде, — я обвела рукой помещение. — Как он подкрался ко мне со спины?

— А тут несколько входов, — просветил меня оборотень. — Тайные, с улицы.

— Прелестно, просто прелестно. А как их открыть вы знаете?

Мужики синхронно помотали головами.

В этом момент здание над нами сотряслось. Я ойкнула и присела, прикрывая макушку руками.

— Что там за вакханалия? — я недовольно фыркнула, сдувая с носа грязь.

— Ах да, — Кил отвлекся от освобождения Вариуса, — там снаружи феликтонцы пришли. С вилами. Говорят, кто-то видел, как Жрец ночью на тачке по кустам вез лесника. А потом практиканты вошли в Светлую Обитель и не вышли. А еще прибыла чета Вайнер с поддержкой темных Жрецов и Инквизиторов. Дальше из подвала вылез Мик, и я прошмыгнул к вам. Так что быстрее всего там полномасштабные военные действия. Светлый хоть и силен в этих стенах, но когда додумаются притащить отца Ашера, уже ничего не спасет.

Потолок еще раз тряхнуло, обильно посыпая нас землей. Если светлый Жрец выставил щит, то его логично попытаются пробить.

— Срочно все отсюда! — рявкнула я. Погребение заживо под обломками Светлой Обители самое унизительное для некроманта.

— Ищем выходы? — оборотень ринулся обниматься со стеной.

— Времени нет, — я решительно ухватила мужика за шкирку. — У мамы терпение вовсе не добродетель. Берем ребенка и бегом наверх через люк. Ашер, ты первый. Щитами прикрываешь нас. Все-таки мы в обители твоего бога. Мне претензий о восстановлении храма от Тьмы хватило.

Клетку мы ломали под градом из кусков земли, камней и жуков.

— Плохо, что парень спит, — пропыхтел оборотень. — Придется на себе его тащить. Может, есть смысл разбудить?

Какие-то все бессердечные что ли.

— Дар, ты предлагаешь снять сонное заклятие с ребенка, который неожиданно для себя окажется в этом бедламе? — я мотнула головой. — Сколько он спит? Идти самому ему вряд ли будет по силам, а психику испортим дитю напрочь.

— Да что… я ничего, — виновато отвел глаза оборотень.

Наконец мы вытащили легкое тельце. Пульс слабо угадывался под пальцами. Выберемся — приму ванну из валерианового настоя. Главное котов потом обходить стороной.

Я подхватила Кила на руки, поскольку летать среди бомбардировки было рискованно. Наш отряд трусцой посеменил по узкому коридору.

— Да потерпите вы, — прошипела я сквозь зубы, когда снаружи раздался раскатистый грохот. — Идем мы уже, идем.

Зря я мы готовились к тотальной обороне. Лауфман даже щит опустил от удивления.

Светлый Жрец, не беспокоясь о том, что происходит за спиной, самозабвенно ругался… с моим братом, который в сердцах то и дело пинал плотную стену защиты, перекрывающую вход.

— А-а-а, — разочаровано протянула я. — Тут уже ловить нечего.

Если привстать на цыпочки, то из-за плеча блаженного была видна чудная картина. Темные резались с феликтонцами в карты. Кто-то притащил столы и уже накрыл нехитрой закуской. Местный «оркестр» потихоньку настраивал инструменты. Девушки активно стоили гостям глазки. Взюзя совместно с толпой детворы, подглядывал за взрослыми из кустов. Курт, вцепившись в Лару, опасливо косился на незамужний контингент. Рия, вооружившись табуреткой, отмахивалась от счетовода. Мама с папой улеглись под развесистым кленом и гордо взирали на сына. Похоже, в Феликтоне намечается очередная гулянка.

— Кха-кха, — я привлекла к себе внимание блаженного, — я, прошу прощения, но сейчас мы будем кого-то бить.

Светлый Жрец снова переменился в лице, сгоняя маску идиота, и запустил в меня очищающим огнем. Зря. Я же знаю, что может мотивировать братика. Хорошо еще здание устояло.

Все произошло одновременно: Кил распахнул крылья, поглощая удар, Лауфман накрыл нас щитом и Дил проломил к Тьме защиту Святой Обители. Вот это я понимаю, а то переговоры можно было вести до бесконечности. А у меня попа замерла и хочет на солнце, между прочим.

Брат точным броском сцапал ворот светлой сутаны и недобро усмехнулся в лицо побледневшего Жреца. А все дело в том, что он аномальный маг, абсолютный поглотитель. Магичить рядом с ним бесполезно.

— Он меня обижал, — капризным тоном протянула я, тыча пальцем в блаженного. — Простынку зажал, жлоб.