Война на факультете некромантии (СИ) - Ибис Александра

Лесифанцы вышли победителями второго испытания, сохранив за собой место в турнире. Мы стали вторыми, дарнейцы — третьими, моренцы — четвёртыми. Спустя два часа совещания судей и зрительского голосования, на время которых нам принесли оплаченной королевской семьёй еды из таверны, были приняты следующие решения: поставить сражаться за первое место Далению и Лесифанию, за третье — Морению и Дарнею.

Принятие такого решения судьи объяснили тем, что команда-победитель первого испытания, то есть мы, во втором опустилась всего на одну ступень вниз, проиграв команде, непосредственно не участвовавшей в первом испытании, новому сопернику, демонстрируя силовое превосходство над двумя другими командами, как в первом испытании, так и во втором. Лесифанцы же одержали победу во втором испытании, сразу же скакнув с четвёртого на первое место, опять же, продемонстрировав своё превосходство. Дарнея скатилась со второго на третье, Морения — с третьего на четвёртое. Выдающихся результатов, как у лесифанцев, или стабильно хороших, как у нас, даленцев, у них не имелось.

Глава 18. Время капитанов(2)

***

Лораси Дарнейская

Учитывая то, что во дворец мы вернулись в четвёртом часу ночи, проспала я не более трёх часов. В окна любимой спальни стучался рассвет, обещая если не тёплый, то солнечный день. Я потёрла глаза, в которые будто песка насыпали, и выбралась из тепла мягкого пухового одеяла, жаккардового покрывала и подушек: единственное, на что меня хватило перед сном, — это раздеться. Во рту пересохло, и я прошла к столику рядом с диванами и пуфиками, чтобы осушить стоящий на нём графин с водой. Плюя на то, насколько неподобающе такое поведение, выпила всё прямиком из горлышка и приземлилась попой на пуфик.

Из окон моей башни открывался прекрасный вид на многоступенчатую столицу. Мама иногда в шутку называла её свадебным тортиком, где на вершине вместо фигурок жениха и невесты были правители. Потирая глаза, я прошла к окну. Упёрлась лбом в холодное стекло, прогоняя остатки сна. Хотя обычно я любила поспать, сейчас на сон просто не было времени.

Столица подо мной просыпалась медленно. В ресторанах и кафе верхнего уровня уже светили магические светильники, готовясь вскоре предложить свои блюда и напитки спешащим высокопоставленным горожанам. Или тем, кто гулял ночью в заведениях иного толка.

О третьем, последнем испытании, мне было известно лишь то, что оно вновь пройдёт вечером, в восемь часов. То, что нам предстояло делать, судьи оставили в тайне, так что выбор был либо мучиться от неопределённости, либо положиться на себя и команду и оставить переживания. Как ту, кто предпочитает держать ситуацию под контролем, предложенный выбор меня напрягал. Особенно когда существует проблема со вторым капитаном.

Хотя Максик и показал себя, как морской змей, умеющий отделить свои чувства от дела и не ставший выяснять отношения во время второго испытания, я помнила, как он со мной разговаривал после прошедшего первого. С ним необходимо было снова поговорить. И надеяться, что он поверит в мои слова.

Я постучалась лбом о стекло. Как же меня бесит необходимость объясняться! Вот почему кто-то может разделить с тобой танец, можно сказать, саму тебя, но мысли прочесть при этом не в состоянии? Вот что я сейчас могу сделать, чтобы доказать, что не врала насчёт наших отношений с Сианом, хотя буквально на следующий день после того, как об этом сказала, объявила своей покойной родственнице о нашей с ним несуществующей помолвке?

И тут меня осенило. Тело мгновенно отозвалось на промелькнувшую в голове мысль.

***

Максимилиан Сейрён

Это было приятное пробуждение: в тёплой постели, в спальне, где пахло лимоном и макадамией. Совсем как от Лораси.

Я тут же распахнул глаза и удивлённо замер, глядя на девушку в своей постели. Она лежала поверх пухового одеяла, верная себе, то есть одетая в неприлично коротенькое красное платьице и того же цвета чулки. Я приподнялся на локте, чтобы увидеть валяющиеся на красном ковре туфли, и тут же вновь опустился на подушку.

Волосы Лораси вернули свой первоначальный золотисто-русый оттенок и разметались по подушке. Осторожно, чтобы не разбудить её, я приподнял двумя пальцами одну прядку и покрутил в пальцах. Какие бы глупости девушка не творила, во сне она казалась очаровательно невинной. На чистом сияющем личике выделялись мелкие веснушки. Я хмыкнул: запрещённых книг от библиотекаря нам теперь не видать, но и ладно.

Пушистые ресницы Лораси затрепетали и через несколько секунд на меня смотрели её королевские золотые глаза.

— Я задолжала тебе рассказ о Сиане, — тихо сказала драконица. — Но будить не хотела.

Я запоздало вспомнил, что она сказала накануне. Прежде чем я успел встать, она схватила меня за руку.

— Подожди. Мне нужно было соврать. Правда.

Хмуро глядя на неё, я опустился на мягкую постель. Она пришла ко мне, была готова предстать в таком беззащитном, уязвимом виде, и в глазах у неё читалась немая мольба. Если мне действительно нравится эта драконица, я обязан её выслушать.

Когда она рассказала почему сказала на кладбище о помолвке со своим якобы другом, мне оставалось только нервно хмыкнуть. Никогда не считал себя полным придурком, чтобы не понимать, насколько закостенелыми могут родственники. Прабабка до сих пор изводит бабушку Лиру и мою мать за то, что те родом и расой не вышли.

— Никакой помолвки нет, — закончила Лораси. — И целоваться он не умеет. В отличие от тебя.

Не сдерживая порыва, я потянулся к её губам. Лораси тут же придвинулась ко мне ближе, самостоятельно углубляя поцелуй. Не позволяя девушке взять всё под свой контроль, я перекатился, так что теперь лежал не на боку, а нависал над ней. Когда я разорвал поцелуй, драконица задорно улыбалась.

— А в покоях никто не появится в ближайшие несколько часов, — сказала она. — Завтрак, а потом наследная принцесса щедро предложит друзьям дочери провести время в королевском театре…

Поняв, на что она намекает, я слегка приподнял бровь, вновь вспоминая слухи о драконьей помешанности на плотских утехах. Лораси подо мной нетерпеливо рыкнула, принимая положение удобнее и вызывая определённые желания.

— Если тебе так сильно хочется потешить своё мужское самолюбие, то ранее я никому… такого… не предлагала, — слегка краснея, сказала драконица. А потом взяла и резко поменяла нас ролями, нависнув сверху. О том, что она не слабая девушка, не следует забывать.

— Скорее похоже на то, что ты тешишь своё драконье самолюбие, — хмыкнул я, улыбаясь и провоцируя её на дальнейшие признания.

— Возможно, — она вздёрнула носик. — Я просто хочу оставить все эти глупости с Сианом позади. Мне нравишься ты, — она наклонилась и куснула меня за нос. — И это было очевидно по моим реакциям. А слова… если они так важны, то я надеюсь, что ты услышал, что хотел. Просто я не всегда говорю правду. Прежде чем съязвишь, клянусь, что за сегодняшнее утро ни разу тебе не солгала.

Признаний было достаточно. Терпение у меня стремительно заканчивалось, и я с рыком зарылся пальцами в волосы Лораси, когда она склонилась для поцелуя. Если я и влюблённый идиот, который хочет верить во всё, что говорит драконица и не желает на неё злиться, то, по крайней мере, в ту минуту я был очень счастливым влюблённым идиотом.

Глава 18. Время капитанов(3)

***

Дарнея, королевство драконов

Постановка на сцене королевского театра, вне сомнений, была хороша. Но поцелуи в антракте за тяжёлыми алыми портьерами королевской ложи Эрне, стыдно признаться, нравились гораздо больше. Она чувствовала тепло пальцев Кристиана у себя на щеке, сильную хватку на талии, жар дыхания на губах. Наследный принц Дарнеи, в свою очередь, наслаждался тем, как ноготочки человеческой девушки с достойной хищницы страстью царапали его затылок. Свободную руку она упирала в поверхность стоящего на небольшом возвышения жёсткого дивана, на котором сидела.

— Я… дышать не могу, — разорвала поцелуй девушка. Щёки её раскраснелись, сильно выделяясь на фоне белой кожи. Чёрное платье с кружевом на декольте подчёркивало красоту фигуры, за которой некромантка так следила. Поскольку платье принадлежало девушке, то декольте было достаточно скромным, а юбка скрывала щиколотки.