Академия Меча и Магии (СИ) - Воск Степанида

Я и заснула, сидя в удобном кресле и слушая шум, доносящийся со стадиона. Мне даже не помешали болельщики, скандирующие название команд и выкрикивающие мотивирующие кричалки. Впрочем, как и барабан, громко звучащий в самые ответственные моменты матча.

— Ну привет, беглянка! — опираясь пятой точкой на рабочий стол передо мной предстал Руан.

В моем сне обстановка кабинета совсем не изменилась. Была точно такой же, как я видела ее в последний раз, когда в нем была.

От неожиданности посмотрела по сторонам.

— Креститься не обязательно, — предупредил меня Руан. — Я не приведение. Кстати, оно передает тоже передает тебе привет. И да. Оно скучает. Говорит, что еще никто его не кормил такими вкусными леденцами, как ты. Обещает, что простит. А еще не будет спать на твоей кровати, если ты принесешь конфетки вновь.

После подобного заявления я открыла от удивления рот. Кроме меня и моего прозрачного друга никто не знал о наших с ним отношениях. Разве что мой воспаленный мозг.

Только это могло объяснить сложившуюся ситуацию со сном.

— Что ты делаешь в моем сне? — повела я плечами.

— Неужели ты мне не рада? — Руан улыбнулся уголками губ.

— Если это глупый розыгрыш, то его пора прекращать, — не знаю для кого заявила в ответ.

— Тебе вправду он нравится? — вдруг спросил Руан, ухватившись за край стола.

— Кто он? — переспросила, хотя внутри себя знала о ком идет речь.

— Не притворяйся. Ты знаешь, — мужчина сверлил меня тяжелым взглядом, от которого по телу бежали мурашки.

— Лаврентий хороший, — ответила.

— Так будут звать мою следующую собаку, — заявил Руан, опасно скалясь. Почему-то я подумала, что таким оскалом только зомби на границе пугать. Один раз увидел и можно сразу закапываться под землю, от греха подальше. Ибо все равно упокоит, вот только сделает это на свой манер. Быстро и жестоко. Голова отдельно, туловище отдельно.

Почудится же такое. Провела рукой по глазам, отгоняя видение.

— У тебя нет собаки, — по какой-то причине я была уверена в этом.

— Значит, будет, — упрямо мотнул головой Руан. — Все ради тебя.

Мне почудилось, или в словах мужчины я услышала второй смысл?

— Не стоит утруждаться, — отмахнулась.

— А это позволь мне решать, — рыкнул он. — Однажды ты уже решила, так что на этом и остановимся. Все остальное возьму в свои руки.

— Звучит угрожающе.

— Это так и есть, Клари-и-и-о-о-сочка, — произнес заевшей пластинкой Руан.

Или не Руан?

— Кларисочка? Кларисочка? Пора вставать, — в устах Лаврентия мое имя слышалось какой-то кисочкой, скрещенной с Раисочкой.

Бр-р-р, гадость.

— Что такое? — я встрепенулась.

— Пора вставать, моя дорогая. Матч уже кончился. Едем домой, — обрадовал меня Лаврентий. — А где Антошка? — глазами принялась искать сына.

— Я его отвел в раздевалку к футболистам. Он там автографы собирает.

Хорошо хоть не куклу Вуду делает, а то он может и такое надумать. Я с облегчением вздохнула, когда Антон, довольный и счастливый, ввалился в комнату в обнимку с одним из футболистов. Оказавшимся другом Лаврентия.

Глава 57

— Что ты делаешь в моем сне? — это было совсем не смешно.

После матча мы с Антошкой и Лаврентием поехали на набережную. Где погуляли до темноты. И только после этого отправились домой.

Чтобы не показаться неблагодарной, я пригласила Лаврентия на чашечку кофе. Антошка с нами посидел минут десять, а потом отправился спать. Сраженный наповал впечатлениями дня и вечера.

И мы с Лаврентием остались на кухне одни.

Вначале мило беседовали. О том, о сем. Пили горячий чай с бубликами. Шутили.

А потом, не знаю как так получилось, но я оказалась в объятиях Лаврентия. Он поймал меня в промежутке между столом и подоконником.

Время замерло.

Секунды потянулись.

Голова мужчины склонилась ко мне.

Его губы завладели моими губами. Осторожно, но в то же время напористо и очень даже уверенно.

Не скажу, что от поцелуя я улетела в безвоздушное пространство, но все в целом было неплохо. Целоваться Лаврентий умел, чем беззастенчиво пользовался.

— Ты красивая, — сказал он замызганную банальность, когда поцелуй прервался.

— Это ты еще меня утром не видел, — пошутила я.

Мысленно пытаясь увидеть себя со стороны.

После целого дня от прически остались одни воспоминания. Тушь, наверняка, размазалась. Остатки помады слизал Лаврентий. Одним словом, красотка после уцененки.

— А я хочу, — выдал он.

— Что хочешь? — напряглась.

Как бы поцелуй поцелуем, но мы еще не достаточно обтерлись, чтобы переходить к более интимным отношениям.

Пусть вначале замуж позовет, а потом буду думать ложиться с ним в койку или лучше оставить мужчину во френд-зоне.

От циничности собственных мыслей чуть не скривилась, да вовремя опомнилась. Мужчины они же нежные создания. Их только по шерстке можно гладить. Тем более в случае, когда рассматриваешь кандидата на роль мужа. С таким вдвойне стоит быть осторожной, подсекать только тогда, когда уверена в рыбной ловле.

А я еще пока не могла определиться, нужен ли мне этот сазан, или пусть плывет себе на четыре стороны.

— Хочу смотреть на тебя не только вечером, но и утром.

— И что ты предлагаешь? — ощетинилась, хотя старалась по-прежнему быть милой.

Тот факт, что Лаврентий сводил меня с Антошкой на футбол еще не гарантировал ему безлимит на мое внимание.

— Начать встречаться, как все нормальные люди. Кажется, Антошка будет не против.

— Ты с ним говорил по этому поводу? — сразу спросила.

— Да.

Вот те раз. Оказывается, мужчины уже без меня решили что для меня будет лучше.

Ну, погоди, Антошка! Поговорю я с тобой. По душам. Мало не покажется.

— Я подумаю об этом, — ответила, не желая решать на ночь глядя.

— Какая же ты у меня уклончивая женщина, — усмехнулся Лаврентий. И вновь наклонился к моим губам.

В этот раз поцелуй был легким и коротким.

— Пожалуй, мне пора прощаться, — с сожалением произнес мужчина.

Если он думал, что я скажу ему «оставайся», то он сильно ошибался. Я еще не готова делить свое пространство с посторонним человеком.

— Спокойной ночи, — ответила я, стараясь не выказать радость.

Я с огромным облегчением вздохнула, когда за Лаврентием закрылась дверь.

Все же я была еще не готова, чтобы начинать строить серьезные отношения. В душе до сих пор щемило, стоило подумать о Руане.

Вот помяни черта, он и появится.

Стоило мне лечь спать и уплыть в царство Морфея, как тот, о ком я думала перед сном, появился передо мной собственной персоной.

Да еще с претензиями.

И не только с ними, а еще с наездами.

Мол, что я понаобещала Лаврентию, должна забрать обратно.

Естественно, я не могла простить подобной наглости от незваного гостя моих сновидений. Даже не смотря на то, что я была рада видеть Руана.

— Уматывай из моего сна. Не мешай спать, — заявила, любуясь как начинает закипать от моих слов Руан.

— Ты с ним целовалась! — воскликнул он, играя желваками на лице.

— И что? Имею право. Я свободная женщина. Что хочу, то и делаю, — если бы могла, то и руками в бока уперлась. Чтобы показать всю серьезность своих слов.

— Нет. Ты ошибаешься. Никакая ты не свободная женщина. Ты — моя женщина, — Руан рычал, гневно сверкая глазами.

Ух, какой грозный.

Прям боюсь-боюсь.

Не на ту нарвался. Будет мне указывать что делать. В другой жизни. Пусть своей мымре говорит с кем можно целоваться, а с кем нельзя.

Об этом ему и сказала.

— Я забрал свое предложение. И теперь свободен, — ответил Руан, стоило упомянуть о помолвке.

— А мне от этого что? Ни холодно, ни жарко, — отмахнулась от услышанного, как от назойливой мухи.

Я старалась себя вести непринужденно и естественно. Дабы не показать как мне приятно его видеть. И как я скучаю.

— Тебя это должно волновать в первую очередь, потому как твоей свободе скоро придет конец, — рыкнул мужчина в моем сне.