Марья Лиса - Пленница демона

 Даже особо не приглядываясь, можно было понять, что девушка отдала лучшее, что у нее было. Не хотелось быть безучастной свидетельницей грубости Эрикла. Поддавшись порыву, я остановила незнакомку:

 - Постой!

 Девушка замерла. Я подошла к ней и наклонилась, чтобы встретиться глазами, но она упорно прятала взгляд в пол.

 - Это твои вещи?

 - Да, – ответила она шепотом, который я едва расслышала. – Они чистые, не волнуйтесь.

 Ну, вот, девушка неправильно истолковала суть вопроса.

 - Верю, – как можно мягче ответила я и услышала едкий смешок из-за спины. Не обращая внимания на мужчину, спросила:

 - Как тебя зовут?

 - Харона, – настороженно ответила девушка.

 - Спасибо, что поделилась столь красивыми вещами, Харона. Но думаю, что они слишком красивы для меня. Может, у тебя есть что-нибудь попроще?

 - Нет- нет, – испуганно ответила Харона. – Это вам.

 Понятно, что она не заберет вещи назад. Я сдалась и с благодарностью сказала:

 - Хорошо, я возьму их на время. Спасибо тебе большое, обязательно верну все в целости…

 И недосказав, впала в ступор. Когда у меня появятся собственные вещи? Я не знала. Не закончив фразу, я замялась, а потом не нашла ничего лучше, чем отпустить девушку.

 - Хорошо, иди.

 Харона как будто только этого и ждала. Так и не отрывая взгляда от пола, она поспешила к выходу из комнаты. Ее страх витал в воздухе, что вызвало мое искреннее возмущение.

 Дверь за нежданной посетительницей бесшумно закрылась, а я накинулась на Эрикла:

 - Ты только на женщин и стариков давить можешь? Неужели боишься тех, кто сильнее тебя?

 - Если ты не закроешь свой очаровательный ротик, то на себе познаешь мою силу. – Высокомерно заявил тот. - Мое терпение, знаешь ли, не бесконечно.

 - Нечего меня пугать! Я тебя не боюсь.

 - А зря. – Мужчина сделал шаг ко мне.

 - Ты меня не тронешь. Ведь я нужна тебе! – Последние слова я произнесла четко, с расстановкой, и с наглой улыбкой добавила:

 – Не правда ли?

 Чего мне стоила эта улыбка! Но я решила разыграть свою карту до конца.

 - Ты в самом деле так думаешь? – Эрикл обошел меня и остановился за спиной. От его слов холодок неприятно прошелся по позвоночнику. Я застыла как изваяние, задрав подбородок выше.

 – А ты, оказывается, умеешь кусаться. - Послышался его голос у моего уха.

 Я ощутила, как его ладонь касается моей руки. Касание было легким, но неприятным. Я вздрогнула, а моя кисть, подхваченная его рукой, взметнулась вверх.

 - Интересно, эти маленькие пальчики умеют царапаться? – Вкрадчиво нашептывал Эрикл.

 Я вырвала руку.

 - Хочешь проверить? – Попыталась повернуться, но мужчина удержал меня за печи.

 - Если только в порыве страсти, – продолжал он нашептывать на ухо.

 - Тебе об этом не узнать никогда! – Злорадно ответила я, не сдерживая ехидства.

 - Никогда не говори «никогда», – в тон мне ответил Эрикл.

 - Чего ты от меня хочешь?

 - Ты знаешь, Софи. – Мурлыкал его голос. - Ты должна пойти со мной.

 - Мой ответ ты уже слышал.

 Его прикосновение опалило мою спину. Я не успела что-либо предпринять, как он разорвал на мне рубашку до середины спины. Отпрыгнув, я повернулась к нему лицом. Эрикл же, словно его обожгло, отдернул руку.

 Меня трясло от злости.

 - Что ты себе позволяешь? – Произнесла я по слогам и только тут заметила, что его лицо перекосилось, будто он наткнулся на нечто ужасное.

 Взгляд мужчины был полон бешенства. Так он даже на Серника не смотрел. Но странно, я чувствовала, что сила его взгляда направлена не на меня.

 Тут я на подсознательном уровне ощутила, как что-то изменилось. Эрикл замер и напрягся, словно услышал или почувствовал нечто, скрытое от меня.

 Несколько долгих секунд стояла гробовая тишина, затем послышались тяжелые шаги, и дверь распахнулась.

Глава 14

 Тэль

 Яркий свет, лившийся от настенного бра над кроватью, падал на бежевый шкаф, разрисованный светло-коричневыми узорами, отражался в золоченой ручке и расходился ровным свечением по комнате.

 Стройные ряды баночек всевозможных цветов и размеров на столике трюмо, указывали на то, что комната принадлежала девушке. В зеркале одной из створок трюмо отражалось большое окно с открытой балконной дверью. Штора была отодвинута для того, чтобы свежий воздух беспрепятственно поступал в комнату.

 Жаркий летний день давно уступил место ночи, но желанной прохлады так и не последовало, и даже открытая настежь дверь не спасала от духоты. Мебель, пропитавшись жаром знойного дня, теперь неспешно отдавала тепло, отчего в комнате было по-прежнему душно.

 Стрекотание сверчков, наполнивших сад звуками, доносилось ровным и привычным звуком.

 Амалия, рассеяно покусывая карандаш, лежала поперек кровати. Белая ночная рубашка прилипла к влажной от пота коже, обрисовывая изящные изгибы юного тела, и соблазнительно собралась на бедрах, выставляя напоказ загорелые ножки. Одна нога девушки свешивалась с кровати, вторая была согнута в колене и покачивалась, привлекая внимание к небольшой узкой стопе и пальчикам, покрытым красным лаком.

 Вдруг Амалия, словно почувствовав чьё-то присутствие, напряглась, и бросила взгляд на распахнутую балконную дверь. Несколько секунд она напряженно вглядывалась в темноту сада, начинавшегося сразу за небольшой террасой. В тусклом свете далекого фонаря виднелись силуэты деревьев, но, то, что она, очевидно, искала взглядом, там не обнаружилось.

 Амалия расстроенно опустила глаза к лежащей перед ней раскрытой тетради. Тетрадка походила на обычный девичий дневник. Жесткий бледно-розовый переплет скромно выглядывал из-под раскрытых страниц, на одной из которых красовался набросок мужчины в карандаше. Четкие линии в некоторых местах продавили лист почти насквозь. Амалия еще раз задумчиво всмотрелась в набросок и добавила несколько штрихов.

 Несмотря на очевидное сходство с оригиналом, девушка все еще была недовольна выполненной работой и силилась вспомнить мелкие детали, ускользающие из памяти.

 Внезапно в саду послышался шум, заставивший ее закрыть дневник и вновь с надеждой посмотреть в сторону сада.

 Тениэль, уже некоторое время наблюдавший за девушкой, до сих пор не решался войти. И дело было не в робости.

 Внутреннее беспокойство не давало ему покоя и звало обратно в замок, словно кто-то натянул струну, связывающую его с Софи. Так и подмывало вернуться, проверить все ли с ней в порядке, но что может ей угрожать на его территории? Глупость какая-то. Однако эта глупость сверлила мозг, не давая сосредоточиться.