Дарья Кузнецова - Родные миры (СИ)

— Я должен…

— Да стой же ты, и подумай! — зло окликнула она меня, после чего торопливо заговорила: — Не сейчас! Прямо сейчас мы ничем не можем им помочь, сейчас мы можем только сами угробиться! Если они живы, то несколько часов ничего не изменят — у них есть питательные капсулы, и воду они сумеют найти, там её много. А если они попали куда-то, где нет воздуха, мы просто не успеем туда долететь. К тому же, как ты планируешь их искать? Копать в этом месте? Кверр, надо спокойно сесть и подумать, ты же знаешь! Мы и так уже сглупили с этой планетой, зачем давать Кваргу ещё один повод над собой насмехаться? Успокойся и возьми себя в руки!

Я со вздохом поморщился и кивнул, остывая и пытаясь последовать полезному совету. Птичка тысячу раз была права. Ничем я им сейчас помочь не смогу, только сам вляпаюсь по уши.

Почему-то в то, что старший вот так безвестно и глупо погиб, категорически не верилось. Разум подсказывал, что это самый вероятный исход, что шансов выжить у них было ничтожно мало, и чем бы ни было то, что их утащило, оно вряд ли сделало это просто так. Вероятнее всего, их таким образом что-то съело. Что-то, похожее на ту скалу, проглотившую шлюпку.

Но признать поражение с ходу, не попытавшись побороться и что-то выяснить, я был не готов.

— Что случилось? — встревоженно проговорила Ри, входя в рубку. — Кверр? Да на тебе лица нет!

— Кар и Яра влипли в какую-то неприятность. Мы потеряли с ними связь, — ответила Пи, продолжая меня удерживать. Мне подобное положение вещей быстро надоело, так что я, легко высвободив одну руку, уже сам обнял женщину.

Надо было видеть её глаза в этот момент. Кажется, отлавливая меня, она задуматься не успела, а вот сейчас вдруг осознала, в каком положении оказалась.

— Пусти! — разъярённой кошкой прошипела она, выворачиваясь из-под моей руки. — Никогда больше не буду тебя спасать! — пригрозила Птичка.

— Я понимаю, что вам сложно друг от друга отвлечься, но, может, вы всё-таки объясните толком, что произошло? — ехидно уточнил Тимул. Пи вспыхнула до корней волос, причём я так и не смог определить, от смущения она это сделала или от возмущения; с этими рыжими всегда так.

— Они провалились сквозь землю, — мрачно пояснил я. Напоминание о последних событиях быстро избавило меня от желания веселиться. Да и Птера стремительно вернулась к естественному цвету лица.

Мы быстро пересказали новоприбывшим последние события, продемонстрировали записи поведения аборигенов и исчезновения наших.

— Погоди-ка, — вдруг проговорила Ри, пристально вглядывавшаяся в изображение. — Ну-ка, повтори в замедленном режиме, и вот здесь увеличь, — велела она, указывая пальцем на край будущей воронки. — Ага! — удовлетворённо воскликнула она. — Видели?!

— Нет. А что мы должны были увидеть? — за всех ответил Тимул.

— Там же люк! Вот, смотри. Земля раздаётся в стороны, закручивается водоворотом… вот, вот оно; тут же явно дырка, и металл блестит! А запись исчезновения шлюпки у нас есть? Что-то мне подсказывает, это из одной серии события!

Как всё-таки хорошо, что у нас есть глазастая Ри. Я, наверное, в жизни бы не заметил того, на что она указывала. Это даже при замедленном показе было трудно заметить; у меня например получилось, только когда картинка была остановлена, и Ридья просто ткнула пальцем в нужное место. И то я не был до конца уверен в том, что именно вижу.

Но наличие люка вселило определённый оптимизм, даже если его там на самом деле не было, и всё это было плодом нашего воображения и нежелания верить в смерть. Теперь оставалось понять, чем нам может помочь данное открытие, и определиться, с чего именно начинать поиски пропажи.

Яроника Верг

Было тяжело дышать. Причём не так, будто вокруг было мало воздуха, а так, как будто меня завалило камнепадом где-нибудь в горах.

Мысль о камнепаде заставила побороть естественный порыв пошевелиться и попытаться для начала сообразить, где я нахожусь и что происходит в окружающем мире. Последнее, что я помнила, это побег, окончившийся очень странно: земля под ногами вдруг перестала держать и водоворотом потащила куда-то вниз. Потом была темнота. Которая сейчас, кстати, никуда не делась.

Проверив мысленно своё состояние, я удовлетворённо отметила целостность организма. Да и тяжесть, как оказалось, лежала не на всём теле, ноги у меня были совершенно свободны. Дальнейший осмотр показал, что за камнепад я приняла своего напарника, возлежавшего сейчас на мне всем своим немаленьким весом.

— Кар? — осторожно позвала я, не торопясь скидывать мужчину. Мало ли, что он мог себе сломать в процессе падения!

Я легонько потеребила его свободной левой рукой за плечо. В ответ на это Кварг вздрогнул, приходя в себя, что-то раздражённо процедил сквозь зубы и приподнялся, явно пытаясь оглядеться.

— И где мы? — мрачно поинтересовался он, осторожно садясь рядом со мной. Тьма была такая, что даже приборы ночного видения не спасали; так что о том, что Кар сел, я догадалась только по изменению направления звука. Я тоже села, с наслаждением вдыхая воздух полной грудью, и на всякий случай нашарила рядом локоть мужчины. Не хватало нам тут ещё потерять друг друга, где бы мы ни были.

— Одно радует, мы живы, — философски вздохнула я. — Ты не помнишь, тут в комплект фонари входят? — свободной рукой обшаривая карманы одежды и гнёзда разгрузки, уточнила я.

— Входят, по-моему, — не слишком уверенно ответил он, судя по всему, тоже занятый поисками. — А, вспомнил. Встроенный, на шлеме; включается на левом запястье, — и по глазам ударил яркий холодный белый свет.

Несколько секунд мы потратили на привыкание к наличию освещения, после чего, проморгавшись, принялись озираться.

Это был коридор. Обычный такой, довольно широкий коридор, и самым удивительным в нём был факт его наличия. Стены, пол и потолок были сделаны из материала, похожего на камень или бетон: серебристо-серый, чуть шероховатый, с тонкими почти белыми прожилками, без стыков и неровностей. Коридор этот тянулся влево и вправо настолько, насколько хватало луча фонаря, и разницы между «право» и «лево» я не видела.

— Ну, что, разделимся? — невозмутимо предложил Кар.

— Ты вот это сейчас серьёзно предложил? — озадаченно уточнила я, борясь с желанием стянуть с Кварга шлем и пощупать его голову на предмет травмы или жара.

— Нет, у а что? Надо быть последовательными. В том числе, в собственном идиотизме, — ехидно продолжил он. — Ладно, пойдём, — он махнул рукой и двинулся по коридору.

— А почему сюда, а не в ту сторону? — полюбопытствовала я.