Дарья Кузнецова - Симфония для пяти струн (СИ)

— Я больше никого не смогу подстраховать, кроме себя, — на всякий случай уточнил Сарк.

— А это и не потребуется. Тут сейчас только ты, я, Ау и убийца. Я… сорвусь, только если что-то случится с девушкой. Не «может быть сорвусь», я знаю это наверняка. Поэтому…

— Да понял я, понял. Ничего с ней не случится, — поморщился молодой творец. От этого сюрреалистичного разговора ему становилось ещё больше не по себе, чем было по дороге к храму.

Столетний шторм. Непрогнозируемый ураган, проносящийся иногда вдоль всей Великой реки, сметающий на своём пути прибрежные города и изменяющий береговую линию. После прошлой такой бури Город-на-Мосту восстанавливался почти пятнадцать лет, а счёт погибших шёл на тысячи.

Осознать, что бешеный ветер, ломавший стены домов и поднимавший чудовищные волны, сейчас стоит рядом, и что именно его Рамлен вот уже несколько лет называет другом, помогая держаться на краю пропасти, не получалось. Следователь Карт Аль был отдельно, а знание о его природе — отдельно, и соединять их в одно целое разум отказывался категорически.

Едва вбежали под купол храма, прогремела череда взрывов. Возможно, это была какая-то ловушка — Сарк мало понимал в боевых гармониях. Честно говоря, факультатив этот он посетил всего несколько раз.

В поднявшейся пыли и каменной крошке мужчины сразу же потеряли друг друга из вида. А Рамлен, отброшенный в непонятном направлении одним из взрывов, потерял ещё и ориентацию в пространстве. Закашлявшись, закрывая рукавом лицо, он поспешно поднялся на ноги, щурясь и вглядываясь в окружающий пыльный мрак, в котором метались непонятные смутные тени, вполне возможно — воображаемые.

— Сарк, на семь часов! — определить направление, откуда слышался голос друга, он не смог. Каким-то чудом вспомнив и воплотив шаровую молнию, он швырнул её назад, подчиняясь беспрекословно и рефлекторно. И только выполнив команду, с удивлением понял, что эту несчастную молнию он раньше мог состряпать только в состоянии полного покоя и концентрации. Да и скорости собственной реакции успел подивиться.

— Девять, шесть! — голос Карта стал ближе, в темноту ввинтились ещё два белых электрических шарика, ещё больше ослепляя и без того дезориентированного Сарка.

— Что… — попытался выяснить он. Но был сбит с ног чем-то тяжёлым и не очень твёрдым. Судя по всему, всё тем же Алем. Рухнувших мужчин присыпало каменной крошкой от нового взрыва, прогремевшего почти там, где до этого стоял Рамлен.

— Щит! — прошипел над ухом Аль.

— Я не умею, — так же шёпотом выдохнул Сарк. При падении он здорово приложился затылком и левым плечом.

— Учись!

Легко сказать — учись. Учатся под присмотром опытных наставников, в спокойной обстановке. А научиться делать что-то в кромешной темноте, не имея ни малейшего представления о происходящем вокруг, когда от этого умения, скорее всего, зависит твоя жизнь…

— Чтоб я ещё раз с тобой куда-нибудь пошёл, — простонал молодой творец, лихорадочно пытаясь вспомнить хоть что-нибудь, отдалённо напоминающее защиту, чтобы определиться хотя бы с формой создаваемой гармонии.

Следующий взрыв заставил инстинктивно вжаться в битый мрамор, прозвучав прямо над ухом. Но в экстренных ситуациях люди часто способны на поступки, которых и сами от себя не ожидали; лежащих мужчин прикрыл светло-серый в желтизну кокон, похожий на творение какого-то огромного паука.

— Это что? — уточнил ошарашенный Аль.

— Щит. Ты сам просил, — проворчал Рамлен, ощупывая повреждённую голову. — И вообще, ты хоть слезь с меня, а? Что происходит?

— А мы с ним передвигаться можем?

— А тебе ещё и подвижный надо? — искренне возмутился Сарк. — Ты об этом не говорил! Скажи спасибо, что я хоть что-то придумал. Я, позволь тебе напомнить, отнюдь не боец, а совсем даже наоборот.

— Не ворчи. Что это вообще такое?

— Ну, за основу я брал фиксирующий кокон, их при переломах накладывают. И добавил туда… что-то… В общем, я не уверен, что даже я сам его вот так сходу пробью.

— То есть, мы тут замурованы? — ехидно уточнил Аль. — Какое полезное изобретение!

— Иди в Хаос! — огрызнулся блондин.

— Ну, придумай, как нам теперь выбраться, — иронично хмыкнул следователь, проигнорировав недовольство друга. — Хотя, не трудись. Под нами какой-то коридор, сможешь пол проковырять?

— Могу создать тебе ковырялку! — прошипел доктор. — Скажи на милость, ты на что рассчитывал, таща меня в бой, после того, как понял, что толку от меня будет мало?

— На то, что больше под рукой никого не оказалось, — вздохнул Карт. — Ладно, извини. Сейчас я сам попробую.

Кокон получился низкий, но широкий, поэтому лежать под ним было вполне комфортно, даже просторно. Следователь, сосредоточившись, упёрся обеими ладонями в пол и затих. Сарк облегчённо перевёл дух и принялся за анализ собственного состояния. В результате которого пришёл к неутешительному выводу о лёгком сотрясении мозга и трещине в ключице.

Правда, как следует пожалеть себя и посокрушаться о нерациональном и нецелевом использовании одного отдельно взятого творца он не успел: пол исчез, и в сопровождении огромного количества неизвестно откуда взявшейся воды мужчины рухнули в бездну.

Бездна оказалась неглубокой и даже достаточно светлой. Пока Рамлен пытался удостовериться в собственной принадлежности к миру живых, синеглазый демон подскочил на ноги. Защитный кокон бесполезной, хотя и весьма прочной скорлупкой валялся в стороне.

— Поздно, гармоник! — прозвучал где-то рядом незнакомый голос, и очередной взрыв опрокинул Аля на спину. — Поздно!

Все дальнейшие события уложились в пару секунд.

Возле невесть откуда взявшейся дыры в стене, за которой серел предрассветный речной туман, стоял какой-то тип в тёмном, удерживающий не то за шиворот, не то за косу Ау — легко, на вытянутой руке, как котёнка. Она напоминала сейчас Некто — набитую воздухом и ватой человекообразную театральную куклу, способную по команде управляющего ей менять своё положение в пространстве, используемую в том числе и на следственных экспериментах.

Ещё один близкий взрыв — и поднявшегося, было, на ноги Аля отбрасывает на стену. Во все стороны летит пыль, каменная крошка и какие-то брызги, почти чёрные в тусклом рассеянном свете.

Беспечный жест рукой, и девушка исчезает в проёме стены. Снаружи доносится отзвук взрыва.

Смазанная серая тень, отколовшись от стены, врезается в так и не успевшего ничего понять мужчину, проходит сквозь него, исчезая в той же дыре. То, что было живым человеком, вдруг превращается в груду мелких кровавых ошмётков.