Страшный Человек - Caged Hearts

— Да, очень суровый, — подтвердил я, имея в виду моё с ним соседство.

Он не понял истинного смысла моих слов, отклонившись назад, удовлетворённый моим полным согласием. Лучше приняться за работу, пока он в благодушном настроении.

Так мы и сделали.

— Готово, — произнесла Ханако через какое-то время.

— У меня, вроде тоже. Хорошая работа.

Мы соединили линии своих узоров, я попытался скопировать свой у неё как можно точнее.

Кряхтя, я поднялся с пола и огляделся. Кроме нас с Ханако, в классе остались только Кэндзи, заканчивающий надпись, а также Лилли и пара учеников, болтающих между собой.

Это неудивительно, ведь судя по часам, время позднее. Часы, скорее всего тут повесили для учителя — в классе слепых они вроде и ни к чему.

— Тебе помочь? — Я протянул руку Ханако, и она поднялась, ухватившись за неё. Я не мог удержаться от взгляда на её запястье; если шрамы простирались даже досюда, то насколько был велик обожжённый участок её тела целиком? Но я всё же почувствовал укол вины, когда она прикрыла запястье другой рукой.

— Неплохо выглядит, правда?

Она заметно удивилась, но потом поняла, что я говорю о плакате.

— Да…. Наверное. — Её улыбка свидетельствовала о том, что она горда результатом, как и я. Поскольку украшения сейчас были убраны на парты и полки, пол стал гораздо свободнее, и добраться до Лилли в противоположном конце класса оказалось заметно легче.

— Мы закончили плакат. Видимо, это всё, что было нужно? — спросил я светловолосую девушка, когда мы подошли к ней поближе.

Лилли признательно кивнула:

— Спасибо, Хисао, Ханако. Как я могу вас отблагодарить…?

— Не стоит. Всё лучше, чем сидеть в комнате над учебниками, — махнул я рукой, в очередной раз забыв, о слепоте Лилли и в очередной раз мысленно отвесив себе подзатыльник.

— Мне тоже было несложно, — негромко подтвердила Ханако.

Лилли кивнула и вдруг вспоминает кое о ком ещё.

— Ой, а Кэндзи ещё здесь?

Как только я открыл рот, Кэндзи сам подал голос с другого конца комнаты.

— Да, как раз закончил. — Он осторожно положил плакат на свободную полку, чтобы тот высох, и быстро прошёл мимо нас за дверь. — Увидимся, чувак.

— Пока.

Последние два ученика попрощались с Лилли, прежде чем тоже уйти, и мы остались втроём.

— Ну, похоже, все ушли, — заключил я.

— Надеюсь, нам не придётся делать что-то подобное снова, — покачала головой староста.

— Работать после уроков? — уточнил я.

— Именно. Планы класса в этом году были амбициозны. Может, даже чересчур, — вздохнула она.

— Но киоски красивые, — подала голос Ханако.

— Она права. Видно, что на них потратили много усилий.

— Вот как? — улыбнулась Лилли. — Уверена, многие из наших ребят были бы рады это услышать. В любом случае теперь до фестиваля осталось не так много работы.

— Эмм… время близится к ночи. Может, пойдём? — напомнила Ханако.

— Думаю, это хорошая идея. Ты тоже возвращаешься в общежитие, Хисао?

— Да, прогуляюсь с вами.

Ночью в свете фонарей сады выглядели абсолютно по-другому. По сравнению с обычным видом буйной зелени, сейчас вокруг было намного спокойнее. Тут роль играло и отсутствие учеников, учитывая поздний час. Только пара-другая ребят метались к общежитиям и обратно, пытаясь урвать побольше оставшегося свободного времени до отбоя. Слышались только наши шаги и лёгкое постукивание трости Лилли по земле. Хорошо было, наконец, немного расслабиться после сумасшедшей суеты в школе. Не успев спохватиться, я тихонько зевнул.

— Устал? — участливо спросила Лилли.

— Да. Наверное, ещё не привык к круговороту событий. Но та… э… ситуация… с Сидзунэ меня застала врасплох, — я стиснул зубы, невольно напомнив об их публичной перебранке. Однако я хотел выяснить, что же, ради всего святого, за этим стоит.

— А… насчёт этого… прости, что тебе пришлось стать невольным свидетелем нашей ссоры. Мы с Сидзунэ… у нас это давно. — Её голос стал немного раздражённым, когда она вспомнила о Сидзунэ. Я понял, что дальше эту тему она обсуждать не захочет. Я посмотрел на Ханако с целью узнать, что она думает, но по выражению её лица трудно было что-либо понять. В любом случае, думаю, извинения Лилли дорогого стоят, даже если моё любопытство осталось неутолённым.

— Как бы то ни было, я буду рада, когда фестиваль кончится, — вздохнула Лилли.

Смена темы быстро разрядила атмосферу, и мы все ощутимо расслабились.

— Представляю. Фестивали в моей старой школе были куда скромнее, чем этот.

— «Ямаку» отстаивает идею школьного сообщества, поэтому персонал любит устраивать фестивали и тому подобные мероприятия, — пояснила Лилли.

— А вся работа ложится на учеников. Мир несправедлив, — возвёл я глаза к небу.

Ханако и Лилли, смеясь, согласились со мной, радуясь тому, что никто из работников школы сейчас не слышит их жалоб.

— Думаю, в «Ямаку» мне помогло то, что я перевелась сюда из пансиона для девочек. Здесь, по сравнению с ним, гораздо спокойнее, — задумчиво сказала Сато.

Это во многом объясняло её благовоспитанные речи и поведение.

Когда мы подошли к общежитиям, пришло и время расходиться по комнатам. Как удачно совпало, однако.

— Увидимся, Лилли, Ханако, — попрощался я со своими спутницами.

Обе вежливо кивнули мне, прежде чем отправиться в сторону женского общежития, расположенного рядом с мужским.

Как и следовало ожидать от местного уклада, неподалёку ходил охранник, готовый пресечь любые ночные безобразия. Проходя мимо него, я вытянул руку и потёр шею, побаливающую после долгой работы на полу, затем пошёл в свою комнату, искренне надеясь, что с соседом разминусь.

Хорошо всё же, когда есть цель. После долгого времени, проведённого в больнице, жизнь в мире каждодневной учёбы, домашних заданий и учителей казалась мне практически благословением. Думаю, если так будет продолжаться, я неплохо проведу время в «Ямаку».

Вспомнив ворчание фельдшера, я поставил будильник пораньше, чтобы успеть на пробежку. Я дал обещание, и собирался его сдержать. К тому же, Эми придётся на меня наябедничать, если я не появлюсь. И она наверняка при встрече будет смотреть на меня щенячьими глазками, если я не появлюсь завтра, и я буду чувствовать себя последним подонком…

Но всё было не так уж плохо.

Глава шестая Поддержка

Мой будильник выключился, и я ещё немного праздно повалялся в кровати, пока вдруг не вспомнил, что решил дать утренним пробежкам второй шанс. Не уверен, что это лучшая из моих идей, но я был полон решимости продолжать. Речь шла о моём здоровье, в конце концов. Конечно, в последнее время мне было несладко, но существование не стало от этого настолько невыносимым, чтобы не попытаться сделать всё от меня зависящее, чтобы оставаться в хорошей форме. Кроме того, так я смогу доказать, что обладаю каким-никаким самоконтролем, верно? Ведь если я смогу это, то… смогу всё что угодно. По крайней мере, я себя постоянно в этом убеждал.