Магия Открытий - Бритт Эндрюс

считаные секунды, и я широко распахнула глаза, запрокидывая голову, чтобы встретиться с его тяжёлым взглядом.

Кажется, я поиграла с ним достаточно. Он выглядел так, будто хотел меня сожрать — а я этого хотела.

Он почесал бороду, глядя на меня сверху вниз, его мозг работал так интенсивно, что я буквально видела, как крутятся шестерёнки.

— Ты нечто. Кусать меня? Дважды? Девочка, я тебе сейчас раскрашу задницу в красный цвет.

Я открыла рот, чтобы ответить, но не успела — он наклонился, подхватил меня и закинул себе на плечо так, что моя голова оказалась прямо над его упругой задницей.

— Поставь меня на место! Ай!

Резкая боль вспыхнула в ягодице, когда он меня шлёпнул, а затем из моих губ вырвался стон — шок от боли мгновенно перетёк в удовольствие. Несмотря на его предупреждение, я была ошеломлена тем, что он действительно это сделал. А потом он рассмеялся. Рассмеялся, мать его.

Так что я сделала то, что сделала бы любая уважающая себя ведьма. Я просунула руку под край его футболки, ухватилась за пояс его белья и дёрнула вверх изо всех сил, пока он не взвыл. Никогда не недооценивайте силу своевременного «вэджи».

— Ты, блядь, настоящая заноза, — процедил он.

И в следующий момент я уже летела вперёд, приземляясь на матрас. Он встал между моих бёдер и прижался эрекцией. Мои глаза сами собой закрылись, когда стон сорвался с губ.

— Нет. Открой глаза. Нам нужно кое-что прояснить, маленькая ведьма.

Он снова прижался ко мне, и я заставила себя открыть глаза. Боги, прошло слишком много времени.

Пряди его золотых волос выбились из пучка, делая его диким и опасным, и я не могла оторваться от его взгляда. Молнии улеглись, зелень возвращалась в его глаза. Он упёр левое предплечье рядом с моей головой и изучал моё лицо так, будто видел нечто редкое, с чем никогда раньше не сталкивался.

— Когда мы трахаемся, я главный. Если я говорю тебе прекратить — ты, чёрт возьми, замираешь. Если я говорю быть голой и ждать меня — на тебе не должно быть ни клочка одежды. Если я скажу обхватить губами мой член — ты падаешь на колени и сосёшь так, будто от этого зависит твоя жизнь. И если ты когда-нибудь снова укусишь меня так…

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул.

— Я тебя отшлёпаю — это само собой. Может, даже попрошу Кайто помочь. Я сведу тебя с ума своим языком на твоём клиторе. Ты будешь умолять об освобождении, которое так и не получишь, а я буду слизывать всё, что вытекает из твоей сладкой пизды. Я доведу тебя до такого же безумия, в какое ты сводишь меня. Ты меня поняла?

Блядь. Меня. Глупую.

Живот провалился, всё внутри перевернулось, словно я неслась вниз с огромной американской горки. Мысль о нём и Кае вместе…

Пощади.

— Да, папочка.

Чёрт. Я не собиралась это говорить.

Его член мгновенно напрягся и дёрнулся, стоило слову сорваться с моих губ. Похоже, ему это понравилось…

— Папочка? Это твой кинк? — он приподнял бровь.

Я пожала плечами.

— Думаю, с тобой — да? Я не знаю, откуда это вырвалось, но ощущение такое, будто тебе это очень понравилось.

Я не удержалась и приподняла бёдра, потираясь о него, ища хоть какое-то трение.

— Мне нравится, как твоя пизда трётся о мой член, — прорычал он сквозь стиснутые зубы.

Мои руки скользнули вниз по его огромным рукам.

— На нас слишком много одежды. Мне нужно чувствовать тебя. Пожалуйста, папочка.

Мой хриплый голос буквально стекал похотью. Кто я вообще сейчас?

Рычa, он выпрямился и сунул пальцы за пояс моих штанов, стянув их вниз вместе с трусиками. Какая жалость. В тот же миг, как он швырнул их через плечо, я раздвинула ноги, полностью открываясь ему. Его изумрудные глаза впились в мою киску.

— Чёрт, — выругался он, увидев, насколько я его хочу.

Медленно он протянул руку, провёл пальцами по моей влажности… а когда пригвоздил меня потемневшим взглядом и засунул эти пальцы себе в рот, вылизывая их дочиста…

Ну всё. Финал. Моя вагина официально мертва. Причина смерти — утопление. Старушка кончила до ранней могилы.

Глубокий стон прокатился по комнате, когда он закрыл глаза. Мать луны, он выглядит так, будто пробует настоящий деликатес.

Он выпустил пальцы с влажным хлопком и подмигнул. Чёрт его дери. На нём всё ещё были эти грёбаные кожаные штаны, и их нужно было снять немедленно. Поймав мой убийственный взгляд, уставившийся на его оскорбительную одежду, он усмехнулся и плавно поднялся с кровати. Я приподнялась на локтях — да ни за что на свете я не пропущу, как этот прекрасный мужчина раздевается в моей собственной спальне.

— Хочешь на меня посмотреть, маленькая ведьма? Поэтому ты так смотришь, будто пытаешься сжечь мою одежду взглядом? — усмехнулся он, особенно когда я показала ему средний палец.

Потому что, э-э, да, я, блядь, хочу на него смотреть.

Он потянулся назад, схватился за ворот футболки и сорвал её через голову. Бросив на пол, он вытащил резинку из волос, и роскошные золотые волны рассыпались до ключиц. Каждый сантиметр его груди, рук и шеи был покрыт татуировками — ходячее произведение искусства. Лёгкая дорожка волос спускалась по центру груди, снова появляясь под пупком. Блядь, он — чистый грех. Не могу дождаться, чтобы попробовать.

— Хочешь увидеть мой член? — он обхватил свою массивную эрекцию, подчёркивая контуры ствола, и из меня вырвался тихий писк.

— Пожалуйста, — выдохнула я, сжимая бёдра в попытке хоть как-то создать трение и сбить этот адский жар. Он подошёл ближе, его длинные татуированные пальцы ловко расстёгивали пряжку ремня.

— Руки вверх.

Я тут же села и подняла руки, позволяя ему снять с меня футболку.

— Наклонись вперёд.

Я снова подчинилась. Это было, без преувеличений, самое эротичное, что я когда-либо делала. Его руки обвили меня, пока он расстёгивал и снимал лифчик, швыряя его на пол к остальной одежде.

Сидя так, я вдруг осознала, что это далеко не самый выигрышный ракурс. Борясь с желанием прикрыть мягкий живот, я расправила плечи и выставила грудь вперёд.

Он смотрел на меня так напряжённо, что мне казалось — я сейчас развалюсь, если он не сделает хоть что-нибудь.

— Красивая, — хрипло выдавил он, будто горлу пришлось изрядно постараться, чтобы выпустить это слово.

И, блядь, это дико подняло мою самооценку.

Кам стянул штаны с бёдер, и его толстый член выскочил из кожаной тюрьмы, как чёртик из табакерки. Я резко вдохнула. Он проколот. И