Легкое дельце - Виктория Серебрянская

— Последнее не понял, — белозубо усмехнулся мне Ирейс так, словно мы с ним собирались на пикник, а не планировали побег, — но неважно. В любом случае придется рискнуть. Смотри, что еще я у этого идиота нашел!

На ладони килла лежал крошечный прямоугольник из черного пластика с тремя кнопками. Он до боли напоминал пульт. Но был таким маленьким и имел так мало кнопок, что я терялась в догадках, что им переключалось.

— Что это?

Я потянулась взять коробочку в руки, чтобы рассмотреть получше. Но Ирейс очень быстро отдернул руку, сжав ее в кулак:

— Не тронь! Это ключ управления системой жизнеобеспечения. Похоже, что всего этого места. Так что бог во Вселенной все-таки есть! Я смогу и без оружия устроить этим тварям армагеддон.

В теории тот, кто имеет полный доступ к системе жизнеобеспечения, может распоряжаться жизнями доверившихся ему. Умом я это понимала. Но не представляла, что конкретно Ирейс задумал. И почему он так ненавидит конкретно эту станцию черных генетиков. Или я чего-то недопонимаю, а килл просто радуется возможности уничтожить любую из них? Расспрашивать было некогда.

— С этим что будем делать? — спросила, когда килл закончил обыск трупа и поднялся на ноги, торопливо рассовывая по карманам добычу. — Бросать тело у всех на виду не желательно. Сам понимаешь, тревога может подняться гораздо раньше, чем мы выберемся отсюда.

— С собой заберем, — совершенно спокойно отозвался килл, и в подтверждение своих слов закинул мертвое тело себе на плечо. — Если попадется укромное место, оставим там. Или выбросим в утилизатор корабля.

Все, что попадало в утилизатор корабля, не ложилось мертвым, бесполезным грузом, а разбиралось умной техникой на атомы, чтобы позднее превратиться в необходимые для жизнедеятельности корабля и команды кислород, воду и энергию. Я содрогнулась от циничности перспектив: дышать, согреваться и пить того, кого сами же и убили? Недаром, если кто-то умирал из экипажа, его тело отдавали космосу.

Дальше мы с Ирейсом уже шли, не скрываясь, но все же поглядывая по сторонам. Маловероятно, чтобы кто-то еще знал об отключенном видеонаблюдении. Следовательно, просто так шляться, рискуя нарваться на начальство, не будет никто. Следовательно, нужно было позаботиться лишь о том, чтобы мы сами не нарвались на это начальство.

Хозяйство черных генетиков на поверхности планеты было устроено довольно примитивно. Видимо, основные лаборатории, жилые комплексы и административ находились под землей. Откуда мы только что выбрались. Входы куда остались у нас за спиной. Выбравшись из дворика-котлована, мы увидели перед собой лишь лесную дорогу с залитым каким-то странным покрытием поверхностью и почти не тронутыми кронами деревьев над ней. Больше поблизости ничего не было. Если не считать, конечно, парочки допотопных наземных каров неопределимого сейчас цвета. Они были настолько потрепаны жизнью, что у одного кузов пестрел вмятинами и неровностями, будто транспорт бодался с носорогом. А низ второго напоминал ржавое кружево. При виде этого «художества» Ирейс тихо присвистнул:

— Они в нем по кислотным болотам катались, что ли?

— А здесь и такое есть? — я невольно поежилась. Никогда не интересовалась Эльдеусом. Но сейчас почему-то сделалось жутко.

— Согласно справочникам, нет, — отозвался килл, приближаясь к ближайшему кару. — Но это не значит, что транспорт не побывал на других планетах. Там, где кислотные болота имеются.

Подойдя к транспорту, Ирейс, не сбрасывая с плеча груз, принялся его изучать. По иронии судьбы, ближайшим к нам был как раз тот, который когда-то успел покататься по кислоте. И его состояние не удовлетворило килла. Поправив труп на плече, Ирейс перешел ко второму транспорту.

— Этот годится, — донеслось до меня спустя пару минут. Килл небрежно сбросил труп на заднее сидение и кивнул мне: — Занимай место, а я сейчас.

Ага, счаз!

— Я с тобой! — упрямо мотнула головой, сама до конца не понимая, что меня заставляет так поступить.

Килл закатил глаза. Открыл рот, видимо, чтобы оспорить мое решение. Но, посмотрев мне в лицо, закрыл его, передумав. Наверное, понял, что это бесполезно.

— Ладно, — проскрипел недовольно. — Идем вдвоем. Но учти: с этой минуты командую я! И если я у тебя потребую трусы, то ты должна будешь немедленно их снять, а не тратить время на выяснения, зачем они мне понадобились. Это понятно?

Я фыркнула:

— Пошли уже, папочка! Пока кто-то еще не решил прогуляться. Или не приехал с космодрома.

Последнее было весьма вероятно. Ни слова не говоря больше, килл повернулся спиной ко мне и транспортам, и уверенной походкой направился куда-то левее того места, где был выход из долины.

Я так и не поняла, откуда Ирейс узнал про это место, но пройдя не более ста метров, мы наткнулись на тщательно замаскированную дверь: если не знаешь, что она здесь есть, то ни за что не найдешь.

— Откуда… — тихо начала я, наблюдая через плечо килла, как он сражается с самым обыкновенным, механическим замком. Я таких не видела с тех пор, как покинула Землю. В Альянсе механику не уважают.

— Стандартная схема расположения, — напряженно выдавил килл. — Это делается для того, чтобы в случае аварии другим было легче и быстрее прийти на помощь пострадавшим. Ведь по большей части черные генетики селятся в не очень пригодных для жизни местах.

Одновременно с последними сказанными киллом словами замок поддался все-таки его усилиям и щелкнул, сдаваясь на милость победителя. Распахнув дверь, Ирейс мгновенно ринулся в темноту.

— Стой! — испуганно пискнула я и сразу же возненавидела себя за этот писк. — А вдруг там ловушки?

Темнота, в дальнем конце которой слабо что-то мерцало, воняла горячим железом, разогретой резиной, пылью и тем особым, химическим запахом, который присущ только для таких мест: мест расположения установок жизнеобеспечения. Из помещения шел ровный гул работающих установок и насосов.

Ирейс проигнорировал меня. Но откуда-то оттуда, куда он ушел, доносились шорохи, щелчки и постукивания. Ирейс что-то там химичил. Сглотнув вязкую слюну, я неуверенно сделала первый шаг в темноту.

Наверное, я просто раскисла, привыкнув к опеке бывшего недруга. Никогда бы не подумала, что так боюсь тьмы. Но вот поди ж ты. От входа до операционного зала, где размещались установки и механизмы, было не более, чем десять-пятнадцать шагов, но мне пришлось собрать в кулак все свое мужество, чтобы пересечь это пространство. И только для того, чтобы на входе в операционный зал напороться на хмурого Ирейса:

— Уходим, — сухо скомандовал он мне, промолчав по поводу моего самоуправства. — Надеюсь, полчаса нам хватит, чтобы выйти на орбиту. Я таймер поставил на тридцать минут. После этого здесь все рванет.