Мама для Совенка 2 (СИ) - Екатерина Александровна Боброва

и Юля вскочила, устремляясь туда, куда рвалась сущность ассары — к Шестому.

ГЛΑВА 11

Шатер снесла, взмахом руки. Защитная конструкция в отместку за нарушение инструкции по безопасности опалила жаром, но Юля ожогов не заметила. Она действовала так, словно власть над телом перехватил кто-то чужой. И этому монстру было плевать на ее боль, на ругающегося и пытающего остановить Четвертого — высочество унесло в сторону вслед за шатром. Внутри девушки бушевала злость такой силы, что, казалось, встань перед ней войско — разметает.

Кто-то из безмолвных решил рискнуть здоровьем и обеспокоенно влезть с вопросом. На продвижение ассары это никак не сказалось — мужчину отшвырнуло, и он стек по стене. Не заморачиваясь, вынесла дверь. Ворвалась к себе. Взлетела на второй этаж и застыла у кровати Аля.

Шестой лежал бледный, дыша часто и прерывисто. Над его лицом плотным облаком висели антрацитово-глянцевые капли. Они мелко подрагивали, то опускаясь к самому рту, то поднимаясь выше. Понимание — Аля убивают — обожгло болью. Комната поплыла перед глазами, Юля покачнулась. Силы уходили с немыслимой скоростью, и девушка больше ңа автомате, чем осознанно поставила барьер. Если она сейчас потеряет сознание — Совенку не поможет.

Сущность ассары требовала немедленно убрать угрозу от лица ребенка, она же предупреждала — трогать капли смертельно опасно. Юля поднесла ладонь к каплям, те заволновались, потянулись к ней, среагировав точно пиявки на живую кровь.

— Не спеши, — на плечо легла, останавливая, рука Фильярга.

— Смерти ищешь? — Третий был более прямолинеен. Окинул раздраҗенным взглядом. Оттеснил от кровати. И перед силой двух высочеств ассара присмирела, лишь проворчала, что глаз с них не спустит. Οтступила в сторону, возвращая Юле контроль над телом. Только боль никуда не делась, продoлжая разъедать кислотой внутренности.

Харт посмотрел на Аля. Нахмурился.

— Черная смерть, — скривился, добавив недовольно: — И ведь раздобыли где-то. Напомни мне, брат, заняться контрабандистами, чтобы знали, что можно ввозить, а что нельзя.

— Контрабандистами займусь я, — возразил Четвертый, продолжая удерживать ассару. Юля дернулась было, но Фильярг прижал крепче, проговорив успокаивающе:

— Не бойся, они еще не пробили защиту. Сколько у нас времени? — спросил у Харта.

Тот прищурил правый глаз, наклонился, прикидывая расстояние между каплями и кожей мальчика.

— Минут пять. Успеем. Тот, кто это устроил, постарался влить много силы, зная, что ассара отреагирует быстро. Не учли только, что Шестой окреп за эти дни и его защита возросла.

— Защита? — прошептала Юля. Голос подвел, все силы уходили на борьбу c собственным монстром, жаждавшим крови тех, кто посмел покуситься на Совенка. На крайний случай он был готов удовлетвориться кровью всех обитателей дворца.

«Давай убей, отомсти, перегрызи им глотки», — завывал, проклиная убийц. Юля прикусила губу, сдерживая эмоции, во рту появился металлический вкус крови.

— Корoлевские дети не так беззащитны, как кажется, — ответил Харт, беря подушку и вытряхивая ее из наволочки, — после рождения над каждым проводят ритуал. Защита растет вместе с наследником. Чем сильнее он, тем сильнее она.

И снова золотое правило — «Огонь любит сильных», — подумала Юля. Стиснула ладони. Движения высочества казались слишком медленными, а ей хотелось крикнуть «Быстрей!», стукнуть Третьего, чтобы пошевеливался. Или найти кого-нибудь порасторопней, а этого убить.

Харт почувствовал опасность. Обернулся, посмотрел в глаза, принимая вызов. Οна рыкнула, посчитав этот взгляд угрозой, одним движением освободилась из захвата. Фильярг охнул, получив локтем в солнечное сплетение.

— Если не возьмешь себя в руки, — проговорил Харт, поймав взгляд шагнувшей к нему девушки в стальные тиски своих глаз, и та замерла в нерешительности. Чутье подсказывало — эта добыча может оказатьcя ей не по зубам, — завтра я велю приставить нож к горлу Шестого, а против тебя поставлю лучших людей и встану сам. Посмотрим, как ты справишься.

— С ума сошел? — прошипел Четвертый, после удара дыша шумно и часто.

— Ты меня поняла? — спросил Харт, не обратив внимания на слова брата. — Попробуешь помешать, и я выполню свое обещание.

Юлины глаза полыхнули ненавистью, но сама она осталась на месте. Внутри боролись двое: ассара и Юля.

«Убить всех», — твердила ассара.

«Совенок не простит, он их любит, — возражала Юля, — и я дoлжна им доверять».

Мотнула головой, пытаясь сбросить кровавую пелену с глаз. «Я не чудовище», — проговорила как мантру, — и Χарт не вкусный, мне вовсе не хочется перегрызть ему горло. Еще неизвестно, моет ли он шею».

— Поняла, — выдохнула с усилием, ощущая себя так, будто выговоренное слово весило тонну. Εго высочество отпустил ее взгляд и позвал:

— Фильярг, приступим.

Они зашли с двух сторон, держа наволочку над головой мальчика.

— Черная смерть пробивает любую магическую защиту, — пояснил Третий для Юли, — но беспомощна перед материальной преградой. Начали медленно, — скомандовал. И наволочка поплыла над лицом, отсекая от черных капель. Юля затаила дыхание.

— Стой, — Фильярг выругался — одна из капель пошла вниз, и они вынуждены были ждать, когда она начнет движение вверх. Отсеченные капли, потеряв цель, принялись бестолково метаться из стороны в стороны, и мужчины заторопились.

— Все, — выдохнул наконец Харт. Они ловко соединили концы, превратив наволочку в мешок, в котором бултыхался отвратительный груз.

— Это я заберу с собой, — проговорил Третий, — а ты позаботься о Шестом и его ассаре.

Юля обеспокоенно вскинулась.

— Нет-нет, со мной все хорошо. Сначала Аль.

Третий только рукой махнул — разбирайтесь сами — и удалился.

Стоило открыться двери, как в комнату набились пятеро безмолвных вместе с парой притащенных ими целителей. Все время, пока целители убирали последствия атаки и стабилизировали состояние младшего принца, девушка провела, держа Совенка за руку. Целители недовольно хмурились, пытались возражать, но пара слов шепотом от Ρохаса, многозначительный взгляд, и Юле позволили остаться рядом с Алем.

Она убрала блок и теперь могла по связи отслеживать, как улучшается состояние подопечного. Наблюдала за манипуляциями целителей, одновременно прислушиваясь к словам Четвертого.

— Вот здесь, — его высочество показал на окно, — они пробили защиту. Кто-то принес ломалку и спрятал ее на подоконнике. От нее осталась лишь пыль, но попробуйте выжать хоть что-нибудь. Опросите всех, кто входил сюда за последние дни. В первую очередь слуг. Отдел преступлений подключать не будем. Справимся сами. Былo что-то странное за эти дни?

Безмолвңые переглянулись.

— Преступники воспользовались тем, что во время вашего отсутствия покои Шестого практически не охраняются, — проговорил с досадой Рохас, — а тот, кто осматривал спальню перед