Хозяйка Мозеби - Лора Лей (Литнет)

земли из расчета один далер за два акра общей площади, а то и за один…Перспективы для попаданки нерадужные.

* * *

- Итак, что мы имеем, господа присяжные заседатели? – Нина вела собрание немного сникших сельчан.

- Да уж, по - старому нам не выжить…– вздохнула Ильзэ.

- Да ладно, тетушка Дан! Наоборот, мы выдадим то, чего у других нет. Прежде всего – картошка! Второе – лес! Третье – найдем подсолнух или кукурузу и будем давить масло! Еще – сады! А наши дамы начнут вязать в массовом порядке носки, свитера и все, что можно и что определенно будет пользоваться спросом в среднем сегменте рынка!

«Вау, как я развернулась, самой понравилось» – нервно хихикала про себя попаданка.

- А что про лес, он же сам растет? – задал вопрос Ньорд.

- Герр Андерсен, Вы правы, лес растет, но медленно…Его нужно увеличивать путем посадки новых деревьев, желательно хвойных, которых здесь нет. Значит, их нужно привезти с континента или от свеев. Кстати, свеи…А им наше зерно не нужно?

Народ посмотрел на Эйнара Дана. Тот понял и ответил:

- Свеи, госпожа, давно и успешно торгуют с московитами и с посполитами, против тех наши возможности – ничто. А вот ели у них знатные растут, и сосны корабельные тоже. Причем, ветры и земля там, почти как у нас, а деревья хороши. Так что, думаю, семена мы получить сможем. Только это дело не одного года, - окинул серьезным взглядом присутствующих Дан.

- Дальше, сады. Тоже небыстрый процесс, но, уверен, способ выгодный, надо только найти нужного человека, понимающего в этом деле, и опять же, саженцы привести с континента или из Саксии, да, миледи?

Нина кивнула – в Англии точно "расцветали яблони и груши".

- Ну, этот вопрос летом уточним, здесь недалеко до Альмании, даже я на своем «Ветре» могу сходить. Есть еще вещь одна… – чуть запнулся Эйнар и снова посмотрел на земляков.

- Вы же помните про монахов, что живут у пролива с Мёйном? Так вот. Был я у них однажды летом, их тогда осталось семеро, старые уже, но за овцами своими все равно следили. А по зиме чем- то переболели, и в живых теперь трое, овец же всего два десятка осталось – от голода пали.

Народ охнул, Нина чертыхнулась –что ж она такая тормознутая- то?

Эйнар тем временем отхлебнул пива и вернулся к рассказу:

- Так они меня попросили отвезти их на континент, где их собратья живут, а взамен отдадут овец и записи, как их выращивать, и вообще…Госпожа Нинель, что Вы об этом думаете? Овцы у них были тонкорунные и молочные, сыры их все тут ели раньше.

Нина даже не раздумывала.

- Эйнар, когда мы сможем их перевезти сюда? И как их отправить на родину?

- Вот это правильно, хозяйка – поддержал Нину староста. – Дан- то побойчее меня будет, я все мялся, как Вам сказать! Сейчас у нас марток, дни длиннее становятся, за световой- то и обернемся. Овец пристроим к нам, в Ойструп, есть домишко, там поправим стеночки, до травки доживут. Да и малышни у нас много, приглядят. А вот что с монахами…

- Да вон, домик садовый, пусть там поживут до корабля- то. Дан, милок, у тебя кто есть из мореходов, кто возьмется их в Альманию переправить? Там есть католики, точно, вроде даже на берегу, аккурат напротив нас – внезапно выступила Ида.

Не раздумывая, народ рванул по домам - за телегами, не закончив обсуждение…

«Бежим-те же! Куда? Спасать кошку!» – не ко времени и ситуации всплыло в голове у Нины…

Глава 34

Когда- то Нинина бабушка любила повторять: «Дорога ложка к обеду». Эта присказка вспомнилась Розановой, когда вернулись от пролива спасатели…Вернее, горе- спасители, потому как спасли только тринадцать овец (выходит, еще семь пали?). Монахи вообще не дождались. Как? Да вот так, к сожалению…

Эйнар привез их записи и последнее письмо, в котором некто брат Доминик прощался с тем, кто их найдет, просил похоронить тела усопших в земле, на которую они ступили много лет назад и которая их так и не отпустила… «На все воля Божья» – заканчивалось послание последнего орденца.

Истощенных овец привезли на телеге, Аннегрете со слезами обещалась их выходить, Эйнар забрал записи монахов – почитать и подумать.

* * *

Нина с волнением ожидала известий о дебюте рассказов про Эггиля- воина в местной газете. Новости, в лице Кристиана, прибыли в начале марта – столько времени понадобилось мэру, чтобы утрясти все переделки и создать новый формат издания, после чего получить отклик у публики.

Реакция читателей была…необычной. Торговцы, среди которых «Островной вестник» насильно, под роспись и оплату «не отходя от кассы», распространялся самыми непробиваемыми клерками, как и раньше, просто бросали газету в мусор или в камин, пока один из сыновей одного трактирщика не пошел с «бумажкой», сами понимаете, куда…

И там, в приюте уединения и сосредоточенности, в ожидании «великих дел», пацан, умеющий читать, наткнулся взглядом на «Сказки дядюшки Пелле» и зачитался (молодец, Розанова!)!

Забыв про последствия, он, теряя штаны, рванул в зал, где сначала был осмеян посетителями, отлуплен отцом, после чего, получив- таки право голоса, стал «героем дня», открывшим для горожан и прочих жителей острова прелесть СМИ!

Этот выпуск зачитали до дыр, уделив внимание и официальной части, и потом уже клерков, распространяющих периодику, ждали с нетерпением. Через три выпуска типография значительно увеличила тираж, цена за номер поднялась до десяти скиллингов, городские матроны стали тормошить мужей с предложениями записать лучший рецепт маринованной селедки, а старьевщица Фрида – обивать пороги мэрии с «новостями». Эта дама знала много и про многих!

Эмилю, тому бледному юноше, дали спецзадание – обрабатывать сплетни для подачи в листке, и статус парнишки среди собратьев весьма вырос! У тщедушного клерка оказался талант к полутонам и намекам, и вообще, он явно тяготел к журналистике с элементами сатиры!

Барон, рассказывая обитателям Мозеби эпопею с листком, смеялся сам и смешил народ. Закончив, он поцеловал руку Нине, передал подборку с изданными номерами и серьезно выдал:

- Ваша милость, леди Нинель, позвольте поблагодарить Вас за вклад в развитие административного дела на Фалькстаре! От лица моих сотрудников и меня как мэра! Скоро мне предстоит отчитываться перед Его Величеством, я отплываю в начале апреля, чтобы к Пасхе вернуться на остров. Позвольте сообщить королю о Вашем участии в изменениях, о которых я буду докладывать?

Нина отчаянно замотала головой – да не в жисть!

- Нет, господин барон, ни в коем случае! Мне не нужно внимание столь высокопоставленной особы, греха не оберешься! Я буду рада, если мои скромные идеи