Королева и волкодлак (СИ) - Рябинина Татьяна

Пройдя по коридору до самой лестницы, мы поднялись на второй этаж, и Агра открыла дверь просторной светлой спальни с большой кроватью. Еще две двери вели в смежные комнаты — ванную и маленькую гардеробную, куда мы и вошли. Раздвинув резную панель с одной стороны, Агра показала на висящую и сложенную на полках одежду.

Четыре года я была лишена этого волшебного женского ритуала — выбирать, одеваться, смотреть на себя в зеркало. Да, конечно, в лисьей шкуре проще и удобнее, но даже пальцы задрожали, когда оказалась перед этим шкафом. В бытность королевой на такие платья и белье не посмотрела бы, но сейчас это не имело никакого значения. Да и выбирала одежду поскромнее, чтобы не лишать Агру лучших нарядов. Хотя пообещала себе отблагодарить ее за все сторицей, как только появится такая возможность.

Я успела отвыкнуть, да и раньше нечасто одевалась без служанки, поэтому Агре пришлось мне помогать. Роста мы были теперь почти одинакового, да и фигурами мало отличались, так что ее одежда пришлась мне впору.

Мы спустились вниз и подошли к комнате Массимы, где две служанки уже начали обмывать тело.

— Она просила похоронить ее в голубом платье, — сказала я Агре. — Оно было ее любимым.

Та кивнула, открыла шкаф и достала голубое шелковое платье с короткими рукавами и низким вырезом. Оно больше подошло бы молодой девушке, но разве кто-то посмел бы перечить воле умершей? Я подумала, что обязательно расспрошу Гайлера о его бабушке. Конечно, он застал ее уже пожилой, но все равно мне хотелось знать о ней больше.

День тянулся мучительно. Лисой я хотя бы могла поговорить с Агрой, а так — только сидеть у камина, думать и ждать, когда вернется Гайлер. Если утром Иттону приходилось передавать мне его слова, то теперь сокол стал единственной связью между мною и оборотнями. Еще неизвестно, как он отнесется к такой перемене. Конечно, ему не приходится выбирать, я — его жизнь и надежда всей страны, но почему-то было сомнительно, что он сильно обрадуется.

Уже начало темнеть, когда стекло задребезжало от удара мощным клювом. Мы сидели в гостиной втроем, Гаэтан поспешил открыть окно. Влетев в комнату, сокол сел на спинку дивана, внимательно оглядел меня с ног до головы и поинтересовался сварливо:

«Ну, и кого вы еще сюда притащили? Ну ладно принц с лисой, а это кто? Хотя мордашка миленькая, да и все остальное ничего. Эх, был бы я прежним… Правда Иттону не мешает, что его подружка лиса».

Агра сделала страшные глаза и прижала палец ко рту. Наверняка мысленно пыталась объяснить, но я не дала ей закончить. Встала, подошла к нему и дернула за хвост.

— Сбавь тон, мальчик. Ты теперь мой фамильяр, так что попрошу немного больше почтительности.

Глава 24

Иттон

— Поеду навещу старушку, — Лэрга взяла с кресла дорожную накидку. — Не хочешь со мной? Любопытно будет, что она скажет, когда тебя увидит. Только оденься поприличнее. У меня осталась одежда Олина, которую я брала для Арта. Тебе должна быть впору. Понимаю, что для принца она простовата и из моды вышла, но…

«Для конюха-волкодлака сойдет, — усмехнулся я. — Кстати, она ведьма?»

«Да. Причем когда-то была в триаде. Иначе Рианна не смогла бы попасть туда, для этого нужна хотя бы одна Верховная в роду».

По правде, я не был уверен, что это хорошая идея, но решил рискнуть. Все равно, скорее всего, больше ничего полезного не узнаю, а с Рианной пусть дальше разбирается Лэрга. За конем я сходил в лес еще первым утром, лунное время прошло, можно было ехать обратно в Алисанду. Ждать, пока не найдется подходящая ведьма или маг. И следить, чтобы к Массиме не подобрался кто-нибудь, кто сможет забрать ее дар. Хотя как она передаст, если застряла между небом и землей? Или для этого сознание не нужно?

Митриса мы взяли с собой — чтобы иметь возможность разговаривать между собой, если понадобится. Одежда Олина оказалась мне немного тесновата, но выбирать все равно было не из чего.

Гедда Сатайер жила довольно далеко от города, в небольшом домике на берегу озера. Место глухое, в стороне от дорог. Идеально, чтобы спрятаться. Вряд ли к ней ездит много гостей. Конечно, мы могли и ошибаться, возможно, я жил у какой-то другой родни. Но именно это нам и предстояло выяснить.

Она сама вышла навстречу, услышав шум. Всплеснула руками, быстро заговорила — я не мог разобрать о чем, потому что не видел отчетливо лица. Обняла Лэргу, затем меня.

«Иттон, она тебя точно знает. Говорит, страшно рада тебя видеть. И что скучала», — пояснил Митрис.

— Гедда, на Иттона наложили волчье заклятье, — это я смог разобрать, потому что Лэрга стояла лицом ко мне. — Он глухонемой волкодлак.

Старушка горестно закачала головой и потащила меня за руку к дому. Мы зашли в крохотную чистенькую гостиную, украшенную цветами и вышивками, и расселись по мягким зеленым креслам. Гедда продолжала болтать, размахивая руками, но я успевал выхватывать лишь отдельные несвязные слова, потому что она вертелась и строила гримасы. Митрис пытался донести до меня хоть что-то, но не успевал и скоро сдался. Я особо не огорчился, надеясь потом получить от Лэрги сжатую суть разговора. И так было ясно, что жил в первый приезд именно у нее. Интересно, кем она вообще мне приходится?

Служанка в белом переднике поверх черного платья принесла угощение: какой-то прохладительный напиток в кувшине, печенье и засахаренные фрукты. Чтобы занять себя хоть чем-то, я потянулся к блюду, и в этот момент что-то произошло. Гедда сначала запнулась на полуслове, а потом затараторила еще быстрее, улыбаясь во весь рот. А вот Лэрга в одно мгновение побледнела и обернулась к двери. Последовав ее примеру, я увидел стоящую на пороге Рианну.

«Темные силы…» — пробормотал Митрис.

— Лэрга? — вскинула брови Рианна. — Такое чувство, что ты везде, куда бы я ни пошла. Может, ты за мной следишь?

— А может, ты за мной? — прищурилась та.

— И Иттон здесь? В костюме твоего сына? Что, Бэрт оказался не так хорош, как ты думала, и пришлось заменить его на слугу?

— Иттон? Слуга? — с недоумением переспросила Гедда. — Чей слуга?

Я оказался в таком положении, что хорошо видел лица всех трех и поэтому прекрасно понимал, даже старушку, замедлившую свой поток и переставшую вертеться.

Запнувшись на полуслове, Рианна сравнялась цветом со своим красным платьем.

— Иттон, принц — чей-то слуга? О чем ты?

— Бабушка… — пробормотала растерянно только что такая выскокомерная королева, чем не преминула воспользоваться Лэрга.

— Твоя внучка, Гедда, навела волчье заклятье на Иттона, когда тот вернулся в Энигерну четыре года назад. Думаю, ты понимаешь зачем. Чтобы лишить его памяти о том, кто он такой.

— Что?! — Гедда вдруг стала похожа на разъяренную белую кошку, даже будто увеличилась в размерах. — Это правда? Ну, конечно, правда. Вот зачем ты пыталась выпросить у меня нетопырий камень. Ах ты, маленькая дрянь! Думаю, ты-то его и украла, когда я не дала.

«Что за нетопырий камень?» — спросил я Митриса.

«Понятия не имею», — дернул крылом тот.

Похоже, об этом не знала и Лэрга, посмотревшая на Гедду с удивлением.

— Это окаменевшая слюна ядовитых нетопырей, — пояснила та. — С его помощью можно снять любое заклятье. Хоть волчье, хоть сонное, хоть какое. Но только один раз.

— У меня его нет, — вздернув подбородок, прошипела Рианна. — Выбросила в реку. Попробуйте найти другой. Потому что я с него заклятье не сниму никогда.

Она выскочила из комнаты, видимо, от души хлопнув дверью. Красное платье мелькнуло за окном на дорожке, потом за воротами.

— Что за девка! — вздохнула Гедда. — Я как знала, что не к добру она тогда заявилась. Еще в первый раз, когда Иттон приехал.

«Спроси, зачем она сказала ей, кто я такой», — попросил я Митриса.

Лэрга, выслушав его, задала мой вопрос Гедде.