Элиза Эргашева - Несущая смерть (СИ)

Когда мы остались вдвоем, я опустилась на колени и положила на их могилу цветы, которые собрала специально для них.

-Вы всегда останетесь в наших сердцах, - прошептала я и снова почувствовала легкий ветерок, такой же, как и на могиле Майкла.

Встав на ноги, я подошла к Эдриану и прикоснулась к его руке. Мне хотелось облегчить его горе, поэтому я потянулась по уже знакомому пути и начала вытягивать всю его тоску и боль, но он не позволил мне сделать этого.

Он резко отдернул руку. На его лице заходили желваки, а ноздри стали гневно раздуваться:

-Не нужно было этого делать! Я справлюсь сам, без твоих сверхспособностей! Они бесполезны, так же как и ты, - закричал он.

-Но я всего лишь хотела помочь, - подавленная его поведением, прошептала я.

-Не нужна мне помощь, тем более от тебя, - отрезал он. - Оставь меня, я хочу побыть один.

Меня не нужно было просить об этом, я уже бежала прочь от Эдриана. Глаза застилали слезы, а дышать было тяжело. Все вокруг сейчас не имело для меня никакого значения. Очнулась я от того, что упала на колени и подняв голову вверх, я наткнулась на внимательный взгляд Майкла.

Ноги сами принесли меня к брату. Мне было не важно, что я испачкаюсь, поэтому я подползла к каменной плите, прижалась к ней спиной, словно это был сам брат, свернулась калачиком и расплакалась.

Успокоилась я только тогда, когда меня окликнул папин голос, который присел рядом со мной и сочувственно разглядывал мое опухшее от слез лицо.

-Детка, пора ехать домой. Ты наверно ужасно замерзла, - он снял с себя пиджак и накинул мне его на плечи, при этом он поднял меня на руки.

-Майкл никогда бы не поступил со мной так, как это сделал он, - всхлипнула я, пытаясь подавить истерику.

-Я знаю, милая. Но представь как ему сейчас больно, - попытался папа защитить Эдриана.

-Это не повод так вести себя с людьми, - прохрипела я. Не знаю толи это от слез мой голос стал таким, толи от того, что я действительно сильно замерзла.

Не помню как приехала домой, очнулась я только под горячим душем, когда тело мое стало медленно, но все же отогреваться. Слезы смешивались с теплыми струями воды. Вот так вот, подумаешь, что больше никогда никто не сможет тебя сломить, как все выходит совершенно по другому.

Мне не спалось. Бросало то в жар, то в холод, поднялась большая температура. Пришлось вылезти из-под одеяла, чтобы выпить лекарство, хотя совершенно не хотелось этого делать.

Тихо выйдя на лестничную площадку, я прислушалась к тишине, царившей в доме. Но тут послышался шорох из комнаты Майкла, я на цыпочках прокралась к ней и заглянула в приоткрытую дверь.

Перед окном стоял ссутулившийся Эдриан, закрыв лицо руками. Когда он отнял ладони и опустил их вниз, я увидела как по его щекам текут ручейки слез, которые он сдерживал все это время.

Открыв дверь, я подбежала к нему и быстро обняла, пока не передумала и не поняла, что совершаю безрассудный поступок. На секунду тело парня напряглось, но затем он расслабился и обнял меня.

Чувствовать его близость, тепло его тела было божественно особенно сейчас, когда я ужасно мерзла. Отстранившись от меня, парень направился к кровати, взял с него одеяло и накинул на меня, но так вновь и не обнял.

Он отошел к кровати и сел на нее, спрятав лицо в ладони. Я видела, как его терзает смерть родителей, мне хотелось облегчить его страдания, но позволит ли он сделать это?

Я подошла к нему и присела так, что его колени были на уровне моей груди. Я взяла его за руки и вновь потянулась к узелку его чувств. Почувствовав мое присутствие внутри себя, Эдриан каким-то образом поставил блок, стену, которую я не могла обойти.

-Позволь мне помочь тебе, - прошептала я.

-Ты хоть понимаешь чем твоя помощь может обернуться для тебя самой? - Напряженно спросил он, но на этот раз в его голосе не было той враждебности, которую он выказывал на кладбище.

Я медленно покачала головой, а он взял мое лицо в свои руки и проницательно взглянул в мои глаза.

-Прошлый раз ты чуть не покончила жизнь самоубийством, я не могу допустить повторения этого инцидента! Никогда, - проговорив это, он вновь отстранился от меня.

-Почему ты так со мной поступаешь, - взмолилась я, пытаясь получить от него ответ.

-Неужели ты до сих пор не поняла, что Кимберли Митчелл для меня самый дорогой человек на земле? - Удивленно спросил он, а затем снова отвернулся от меня.

-О чем ты говоришь? Ты раз за разом отталкиваешь меня! - Прохрипела я от переизбытка чувств.

-Я люблю тебя, Ким! Неужели ты этого не понимаешь? - Вскричал он и схватился руками за голову, сжимая ее с такой силой, будто бы хотел расколоть.

-Но в чем же тогда дело? Почему ты не хочешь быть со мной? - Нетерпеливо спросила я и попыталась обнять его.

-Это очень сложно! Мне запрещено любить тебя!

Я молча смотрела на него, пытаясь понять шутит он или же говорит мне правду. Все это было похоже на хорошо отрепетированный спектакль.

-Старейшины предупредили моих родителей, что их сын сломает одну из немногих печатей!

-Но как? Ты же никогда не сделаешь этого!

-Уже сделал, Ким. И пока я борюсь со своими чувствами, остается надежда, что печать еще цела, но стоит мне только сдаться, как все рухнет!

-Но ведь ты уже сдавался! - Заплакала я, понимая всю безысходность сложившейся ситуации.

-Тогда печать сохранилась благодаря тебе, только из-за того, что ты отвергла меня, мы сохранили еще одну надежду на сохранение мира на земле, - убито проговорил он. - Если бы знала, как мне тяжело не быть с тобой, но нам нужно держаться по дальше друг от друга.

-Я не смогу, - с уверенностью проговорила я, - мне плевать на эту печать! Я хочу быть с тобой.

-Нет, Кимберли, мы не должны этого делать, прости меня...

Я уже не слышала его, потому что, громко хлопнув дверью, вышла из комнаты.

Глава девятнадцатая

Соглашение

Вот уже неделю мы избегаем встречаться взглядами, соприкасаться телами, да и вообще как-то контактировать друг с другом. Мы живем в одном доме, в соседних комнатах, но далеки так, как будто находимся на разных концах галактики.

Папа старался не лезть в наши отношения, он снова стал приходить все позже и позже, но не оставлял нас на ночь одних. Он боялся, что с нами может что-то произойти. Я же перестала ходить в школу из-за жуткой простуды, которую заработала сидя на кладбище.

Но сейчас я уже шла на поправку, и мне все больше и больше хотелось обнять Эдриана, поцеловать его, попросить не оставлять меня никогда, но мы не могли позволить себе такое.

Даже когда я вожу его на осмотры, он молчит и всю дорогу смотрит в окно, лишь бы мельком не увидеть моих глаз, которые я не могу оторвать от него, постоянно отвлекаясь от дороги.