Мария. По ту сторону несбывшегося (СИ) - Дез Олла

- Нет, - и герцог даже рукой махнул.

- Что нет? Вы с ней не спите? Не спали? Или не планируете спать? - решила я уточнить.

- На всё - нет, Мари. Она мне …хм… не подходит. По целому ряду критериев. Хм… Так что, можете смело её препарировать на составные части. Я не буду вмешиваться.

- Вот и славно. Арт, пошли. У нас дел огромная, я бы даже сказала гигантская, куча. Нужно разобраться с этим убийством до нашей свадьбы. А ещё мне нужны розы!

- Розы? Какие ещё розы, Мари? - спросил герцог, когда мы были уже у самой двери.

- Какие угодно, но только не ярко-алые. Превращать мою свадьбу в бой быков мне совершенно не хочется.

Мы вышли за дверь и Арт вдруг сказал:

- Папа упомянул, что Франсуаза «Не подходит. По целому ряду критериев». Вот интересно. А какие это у него такие «критерии» для любовницы?

За неплотно прикрытой дверью кабинета снова послышался кашель, и в дверь что-то врезалось. Стакан, наверное. Мы же, взявшись за руки, понеслись прочь, как дети, по пути хихикая и задерживаясь на поцелуи.

В особняк Франсуазы де Гревинье мы приехали в очень весёлом, приподнятом настроении. Мы шутили с Педро, подтрунивая над его пропавшими магическими способностями. Педро разрядил весь жезл и у него три дня не будет магии. В кого разрядил? Да в том то и дело что ни в кого. Он случайно. Ага. Так я им и поверила. Но смеялась и утешала грустного водителя как могла. Куда это они ходили вчера с Его Сиятельством, что Педро всю магию потратил? Судя по задумчивому взгляду Арта, он тоже был не в курсе. Хотя у герцога куча дел, вполне возможно никак не связанных с нами.

Так что я выкинула это из головы и решила сосредоточиться на предстоящем визите. Хотя ничего особенного от него и не ждала. Любовница герцога Альба, неудачно попытавшаяся соблазнить герцога фон Мёнериха. И что там может быть интересного? Только вот я ошиблась. И поняла я это сразу, уже в фойе, где мрачный дворецкий, забрав у меня накидку, а у Артура плащ, повёл нас наверх.

- Это что? - с ужасом спросила я Арта шёпотом.

- Франсуаза собирает уродства. Это был «Двойной портрет карлика Морганте», Аньоло ди Козимо. У него ещё было прозвание Бронзино, - тоже шёпотом ответил Арт.

- У карлика?

- Да, нет. У художника.

- Какое-то странное увлечение. А ты откуда о нём знаешь?

- Франсуаза с отцом как-то сцепились из-за Веласкеса. У него есть несколько полотен с придворным карликом, Франсиско Лескано. Отец хотел одно из них купить. Но она перекупила.

- Она так богата?

- Да. И на это своё увлечение денег не жалеет.

- Жуткое увлечение. А зачем твоему отцу понадобился портрет карлика?

- Это же Веласкес. Кстати, он писал ещё одного карлика - дона Себастьяна дель Морра. Умнейший был человек. У него ещё было прозвище Эль Примо.

- У художника?

- Да, нет же! У карлика.

- Я запуталась. Но увлечение жуткое. Мне не нравится.

- Мне тоже. Но у неё там дальше - не лучше. Так что - готовься.

- Вся во внимании, - хмуро прошептала я.

Пока мы шли по лестницам и парадным комнатам, я разглядывала уродцев всех мастей и пород, среди которых были не только карлики.

- Откуда их столько?

- Ну как же! Раньше была мода на подобных людей. Ходили слухи, что даже есть деревня, которая специализировалась на выращивании подобных существ. Магия и специальное сдавливание и деформация скелета - и можно из нормального ребёнка сделать уродца. Не смотри на меня так! Это было давно.

- Как люди вообще могли додуматься до такого!?

- Деньги. Причуды богатых людей, которым мало было собственной роскоши, они стремились ещё и подчеркнуть своё физическое превосходство. Таких людей специально искали и привозили к правителям.

- У меня это может вызвать только одно - желание помочь. Какое, прости меня Праотец, тут может быть превосходство?!

- Я согласен с тобой. Но чего я совсем не понимаю так это - как можно собирать подобное? Чего она этим хочет добиться? - Артур в задумчивости провёл пальцами по лбу.

- Она красива. Может быть, эти картины призваны это подчеркнуть?

- Скорее этим она показывает, что внутри она уродливее, чем эти люди внешне, - покачал Арт головой.

- А почему художники писали подобные портреты? Зачем?

- Это сейчас тебе кажется это, по меньшей мере, странным. Но раньше были и нравы другие, и правила. К тому же, такая внешность подобным людям часто обеспечивала довольно высокое положение и безбедную жизнь. Вот смотри, - и он подвёл меня к одному из портретов, с которого на нас смотрел маленький человек, с умными печальными глазами.

- Это художник Хуан ван дер Амен. Портрет Руперта, придворного карлика герцога Иоганна Казимира. Так вот, у него даже был собственный, изготовленный на заказ, маленький рыцарский доспех.

- А тут карлики с собаками.

- Да, в основном художники изображали большие породы. Вот тут - английский дог. Это что бы подчеркнуть, что стоящий рядом человек мал, - пояснил Арт, - а вот эту картину она покупала у Игнасио. Сделал для неё на заказ.

Арт указал мне на портрет карлицы с большим серебряным шаром в руках.

- Игнасио?

- Да, Игнасио Сулоага. Помнишь его «Селестину», что весит у Хакобо в кабинете? Я видел обе эти работы у него в мастерской.

Я кивнула, вспоминая полуобнажённую девушку в роскошном халате, накинутом на изящные плечи.

- Ох. Это девочка? Какая она…большая, - я посмотрела на ещё одну картину, висящую в коридоре.

- Да. Смотри, тут написано, что это «Портрет Эухенио Мартинес Вальехо», Хуан Карреньо де Миранда. Ну тут, скорее всего, лишний вес обусловлен заболеванием.

- Но это не повод писать её обнажённой. Бедный ребёнок.

- Она похожа на того карлика в фойе. Тоже двойной портрет. Один портрет в одежде, а другой в костюме Вакха, чтобы подчеркнуть все… особенности.

- Давай дойдём уже до гостиной. Я насмотрелась.

Арт кивнул и мы ускорили шаг.

Нас проводили в гостиную, где Арт тут же вальяжно развалился на диване, притянув меня к себе. Это такая тактика? Ну ладно. Подыграем. Просто обычно он так себя не ведёт.

И тут вошла Франсуаза, и мне стало немного понятнее, с чего вдруг Артур так себя повёл. Франсуаза была скорее раздета, чем одета. Этот её лёгкий пеньюар вполне сошёл бы и за ночную рубашку, и за халатик. Нет, я не ханжа. Право всем и вся демонстрировать свою грудь женщины отвоевали давно. Но это не значит, что они это делали. А вот это здесь и сейчас - явный перебор. А как Арт узнал-то, что она в этом выйдет?

Франсуаза была красивой женщиной. В Испании, где все в основном были брюнетами, блондинка с длинными роскошными волосами была просто обречена на успех. Если бы не одно большое «Но». Её кукольное личико в обрамлении белокурых волос совершенно не было отягощено печатью интеллекта. Красивая розовая куколка. У пресыщенного высшего света она не могла пользоваться популярностью.

Красотка, увидев меня, слегка запахнула свой халатик и скривилась. Это вот что сейчас было? И я посмотрела на Арта? Таааак!

- Мари, у неё не выгорело с отцом. И она переключилась на меня. Это у них правило такое: не получилось затащить в кровать герцога фон Мёнериха - тут же переключиться на кого-нибудь из сыновей. Не нервничай. Что с неё взять? - наклонившись как-бы поправить локон моих непослушных рыжих волос прошептал мне на ухо Арт.

И мне сразу стало легче. Гнев, ревность и злость пропали, и я спокойно перевела взгляд на женщину. Каждой же иногда хочется поиграть в соблазнительницу и потешить самолюбие. А то так и веру в себя потерять можно. Только вот с Артом у неё ничего не выйдет. И он не захочет, и я не позволю. И я послала ей улыбку полную лёгкого злорадства и превосходства.

- Артур, я думала, что вы придёте один, - протянула Франсуаза, и очаровательно наморщила носик.

И как это Его Светлость устоял? Непонятно. Мне очень хотелось поинтересоваться этим вслух, но я удержалась. Не время.

- Ну что вы, Франсуаза. К вам? Один? Что же будет с вашей драгоценной репутацией? Я не могу подвергнуть вас такой опасности! - иронично ответил Арт, и ещё ближе притянул меня к себе.