После укуса (ЛП) - Сэндс Линси

— Потом я сделаю для вас обоих еще, — сочувственно сказала Алекс, заметив выражение его лица.

— Спасибо, Алекс, — пробормотал он, а затем почувствовал, как что-то зашумело в его голове, и резко взглянул на Люциана. Валериан открыл рот, но затем снова закрыл его, не говоря ни слова, поскольку понял, что будет быстрее, если Люциан просто прочтет его опасения в его голове.

Через мгновение Люциан наконец сказал: «Автокатастрофы могли быть просто совпадением».

Валериан кивнул, потому что и сам так думал. К счастью, Люциан высказал другую озабоченность.

«Но если это не так, и кто-то другой будет ранен или убит….». — Люциан недовольно покачал головой. — Это будет на нашей совести.

— Да, — мрачно согласился Валериан. Это тоже его беспокоило. Он не хотел, чтобы на его совести была смерть кого-то из сотрудников или друзей Натали.

Выругавшись, Люциан оторвался от прилавка и вытащил телефон. — «Я позвоню Мортимеру и попрошу его прислать еще людей, чтобы они присматривали за сотрудниками Натали и обеспечивали их безопасность. Поскольку ты остаешься здесь, я останусь в твоем доме и буду использовать его как базу.»

Когда брови Валериана приподнялись от удивления, что он намеревался остаться здесь для этого дела, Люциан посмотрел на него свысока и просто указал: «Она твоя спутница жизни». — И только уходя, Люциан добавил: — И чертовски хороший повар.

— Черт, — пробормотала Алекс, наблюдая, как Люциан выходит из шумной кухни. — «Я думаю, что мои чувства задеты».

«Почему?» — удивленно спросил Валериан.

Алекс пожала плечами и повернулась к тарелке, в которую сейчас наливала суп. — «Я всегда считала себя хорошим поваром».

— Да, — быстро заверил ее Валериан.

— Ты даже никогда не пробовал мою еду, — весело запротестовала Алекс. — «Поправь меня, если я ошибаюсь, но разве ты не один из тех бессмертных, которые не ели уже несколько столетий?»

— Не столетий, — возразил он. — «Всего семьдесят лет или около того».

— Что означает, что ты не пробовал мою еду, — заметила она.

«Нет. Но я слышал, как другие были в восторге, — торжественно сказал он. — «Говорят, это потрясающе».

— Это так, — согласилась Алекс. — «Но рецепты Натали….». — Она колебалась, подбирая нужные слова, и, наконец, сказала: «Захватывающие и исключительные. Я понимаю, почему она получила больше известности благодаря своей еде, чем полю для гольфа, и я думаю, что ее расширение и обслуживание мероприятий здесь — блестящая идея».

— Как ты узнала об этом? — спросил он с удивлением.

— Джен, — сказала она, кивая на женщину. — «Мы разговаривали».

«Ой ли.» — Валериан кивнул.

«И кажется, Натали сделала здесь что-то особенное. Местные жители любят это место теперь, когда она управляет им, но они также заботятся о ней. Итак, я надеюсь, что если ты убедишь ее стать твоей спутницей жизни, ты не будешь пытаться заставить ее закрыть это место, чтобы ты мог утащить ее в Шотландию.»

Валериан напрягся от неожиданности. — Откуда такие мысли?

Алекс поставила тарелку, которую только что наполнила, и взяла другую, чтобы начать наливать в нее суп, прежде чем признаться: — Из твоей головы, Валериан. Ты уехал из Шотландии только для того, чтобы найти спутницу жизни, и теперь, когда ты ее нашел, ты захочешь вернуться и быть ближе к своей семье».

Валериан поморщился. Это был ад найти спутника жизни; ваши мысли легко читались всеми в течение первого года или более.

«И кроме Мии, у Натали здесь больше нет настоящей семьи, так что она, возможно, согласится уехать», — продолжила Алекс.

Валериан оживился после этой новости, когда она добавила: «Но я думаю, что она всегда будет сожалеть о том, что не осуществила свои планы, расширить это место и не увидит, насколько успешным оно может быть. И было бы хорошо, если бы она добилась такого успеха». — Алекс поставила вторую полную миску, а затем повернулась к нему лицом, чтобы сказать: «Потому что, поверь мне, я вижу, что отсюда, люди, живущие в нескольких часах езды, заказывают для свадьбы еду именно отсюда, и она заслуживает того, чтобы насладиться этим достижением, немного, прежде чем отказаться от него из-за тебя. А теперь возьми поднос, чтобы ты смог отнести это, пока я принесу ложки для вас двоих.»

Валериан повернулся, чтобы оглядеться в поисках подноса, а она пошла за ложками, но его мысли были заняты тем, что сказала Алекс. Она была права и неправа одновременно. Правда заключалась в том, что, хотя в последнее время он и думал о возвращении в прекрасную старую Шотландию к своей семье, в течение многих лет это было последним, что он хотел сделать. В юности он решил покинуть Шотландию, когда станет достаточно взрослым, вырваться на свободу и насладиться некоторой независимостью вдали от бдительного ока своей семьи. Однако он не был глуп. Валериан получил образование, чтобы иметь возможность содержать себя, и некоторое время работал, чтобы накопить опыт и деньги, прежде чем уйти.

Следующее столетие он путешествовал по миру, начав с Европы, затем отправившись дальше и в конце концов осел в Северной Америке. Некоторое время он путешествовал по Соединенным Штатам, пока не приехал в Нью-Йорк, где жили его кузены Колле и Аласдер. Он оставался с ними довольно долго, и именно так он стал охотником за изгоями, или Силовиком, как их официально называли. Его двоюродные братья были охотниками за изгоями в Штатах и научили его всему, когда он проявил интерес. Они хорошо обучили его работе, включая боевые навыки и собственную версию детективной работы, которая заключалась в основном в критическом мышлении и внимании к деталям.

Получив соответствующую подготовку, Валериан официально стал Силовиком, а затем перевелся в Канаду около тридцати лет назад, потому что здесь требовалось больше Силовиков. Он не возражал, и на самом деле ему нравилась работа и район, но со временем он начал все больше и больше думать о Шотландии и своей семье и о том, что, возможно, ему хочется вернуться туда. Это чувство росло со временем, но затем способность Маргариты сводить бессмертных с их спутниками жизни стала общеизвестным секретом, и Валериан нашел предлог, чтобы отложить поездку домой в Шотландию в надежде, что однажды он станет одним из этих счастливчиков, которым она нашла пару. Вместо этого это сделала Стефани.

— Ну вот, — небрежно сказала Алекс, положив две ложки, упаковку крекеров и два стакана какого-то шипучего апельсинового напитка рядом с тарелками с супом, которые он только что поставил на найденный им поднос.

«Что это такое?» — спросил он, подозрительно глядя на напитки со льдом.

— Апельсиновый сок и имбирный эль, — сказала она с ухмылкой. — «Моя мама давала это Сэм, Джо и мне каждый раз, когда мы болели. Она говорила, что имбирный эль успокаивает живот, а в апельсиновом соке много витамина С, поэтому он полезен. Я подумала, что Натали может понравиться».

— Хм, — пробормотал Валериан, с любопытством наклоняясь, чтобы понюхать жидкость. Пахло интересно, но в нос ударили пузырьки, и он быстро поднял голову, чтобы не чихнуть.

— О, подожди. — Алекс бросилась прочь, и он с любопытством наблюдал, как она принесла две тарелки, стоявшие на углу прилавка.

«А это что?» — с интересом спросил Валериан, когда она поставила обе миски на поднос. Одна была обычной тарелкой для супа, чуть меньше той, в которой был суп для него и Натали. Но другая была просто огромной, настолько, что, когда она попыталась втиснуть ее на поднос, она чуть не столкнула с него половину других предметов. Бросив это, она просто поставила ее так, чтобы она находилась наполовину на подносе, а наполовину на тыльной стороне его руки, где он сжимал ручки.

— Еда для Синдбада и обед для Мии, — объяснила Алекс.

Валериан посмотрел на содержимое большой миски и заметил: «Еда Синдбада выглядит как тушеное мясо». — Он не добавил, что это выглядело чертовски вкусно, но так оно и было. Тоже хорошо пахло.

«Да. Ну, по сути так и есть, — призналась Алекс. — «Это просто тушенка без специй и соли».