Падение Мэроу - Мери Ли

– Был в холле, когда я проходила мимо.

Выхожу из комнаты и слышу голос Меланты:

– Госпожа…

– Эва.

– Эва, могу ли я выпустить Колума из комнаты?

– Да. Но не из дома.

Девушка уходит в комнату к Колуму, а я шагаю в холл и действительно нахожу там равка. Он сидит за столом и смотрит на какой-то свиток. Рядом с ним находится ещё один равк. Имени его я не знаю. Даже если нас и представляли друг другу, то я не помню, была слишком шокирована появлением принца в стенах этого дома. Воин, а это именно он, более габаритный в размерах, но от него не исходит и доли той силы, что сочится из ауры принца.

Не поднимая взгляда, принц обращается к своему другу:

– Рэйган, собери всех, о ком я тебе говорил.

Рэйган поднимается и беспрекословно уходит. Равк отвлекается от созерцания каракуль на пергаменте и поднимает на меня взгляд.

Жалость.

Именно это я там вижу и злюсь на равка, что он подсмотрел самый ужасный день в моей жизни.

– Ты не имел права.

– Можешь не благодарить за спасение.

Секунда тишины.

– Мне не нужна твоя жалость.

– Мне не тебя жаль.

– Я же вижу…

– Мне жаль, что тебе пришлось это испытать.

– Это всё равно жалость.

Равк приподнимает одну бровь.

– Уверена?

– Более чем.

Принц пожимает плечами и, откинувшись на спинку стула, говорит:

– Жалость – это не плохо.

Тут я согласна. Она куда хуже, чем "плохо".

– Это отвратительно.

Принц лениво растягивает губы в улыбке и молчит.

– Ты услышал что-то смешное?

Он начинает меня раздражать с небывалой силой.

– Нет. Я даже не думал, что настолько скучал по дебатам с моей маленькой охотницей.

– Я не маленькая. И не твоя.

Принц пожимает плечами и снова возвращает взгляд на лист.

– Читать умеешь? – спрашивает он.

Равк кладет на стол пергамент и кивает на него. Перевожу взгляд с равка на свиток и обратно.

– Для чего ты здесь? – спрашиваю я, переходя к сути дела.

– Прочти и узнаешь.

Медленно, словно опасаясь листка, я всё же подхожу к столу и, не садясь за него, подношу свиток к лицу. Смотрю на аккуратный, но торопливый почерк. Буквы наклонены влево и в конце каждой строки немного смазаны. Пергаменту не дали времени отлежаться, а сразу же завернули, значит, тот, кто писал послание, спешил.

"Пишу вам, существа Мэроу, с целью хоть как-то помочь и оградить от ужаса, что надвигается на ваши головы. Я всего лишь обычный хотт, которого слишком давно Отец забрал в свой мир на краю Мертвого моря. Я вел записи со слов нашего прародителя и считал это высшим благом, но не так давно я узнал, что Матерь и Отец, покинувшие мир Мэроу навсегда, заключили договор. Они уподобились существам и дали друг другу священное "слово". Спустя время и страдания существ, Матерь решила, что их дети достойны пощады и лучшей жизни, и чтобы уверовать в свою правоту, Матерь попросила Отца помочь ей отправиться в мир, что лежит между их мирами. Миром Воды и миром Огня. Но единственное неудобство для Матери – вернувшись на Мэроу, она никогда не сможет отправиться обратно… Домой в мир Огня. Таков был принципиальный ответ Отца. Но всё же в "слово", которое они дали друг другу, Матерь сказала: "И только истинное дитя моё вернет меня в мир Огня". Отец понял, что прародительница обманывает его, и лишил Матерь возможности иметь детей. На это он отдал последние крохи магии, что у него оставались, и теперь он пленник в мире Воды, отсюда ему никогда не выбраться. Матерь, обратившись в ребенка семи Алых Лун, попала на Мэроу. В проход, который она открыла, вошли и суртуры. Она была не в силах их становить, так как была слаба. Много Алых Лун Матерь скрывалась в личине ребенка в разных краях Мэроу. Она жила там долгое время, прародительница наблюдала со стороны и берегла остатки своей магии. Но желанного она там не увидела. Она поняла, что дети её и Отца не достойны лучшей жизни, а она больше не в силах терпеть их общество. Матерь решила вернуться в мир Огня. Она нашла себе высокородную семью и, затуманив магией умы, притворилась одной из них. Она росла и крепла, но тех достатков было мало, и Матерь направилась в одно из королевств и смогла обосноваться там. Но понести ребенка она не могла. И использовав остатки своей магии, настолько сильной и могущественной, она зачала ребенка. Как это произошло, Отец не знает, но у него и Матери есть нить, что связывает их, ведь они были и остаются супругами по сей день. Я надеюсь, что это послание попадёт в добрые руки, ибо Матерь готова открыть врата мира Огня и вернуться домой, но откроет она их в самый закат Алой Луны и заберет своего истинного ребенка на ту сторону, а к вам в Мэроу из огненного прохода придут чудовища, настолько ужасные, что суртуры покажутся вам детскими сказками. Будьте сильны и стойки в борьбе с Матерью, отнимите ребенка и уведите так далеко, чтоб она была не в силах его заполучить. Думаю, это мои последние строки, написанные в этой жизни. И я надеюсь, что они помогут вам и спасут множество существ. Ведь каждый достоин шанса на спасение".

Бред.

Пробегаюсь ещё раз по строчкам и смотрю на равка:

– Что это?

– Это то, что изменит наш мир. Но вот в какую сторону, решать тем, у кого будет ребенок Матери.

Губы без моего ведома растягиваются в усмешке.

– Не думала, что ты веришь в сказки.

– Это правда.

Ещё раз взглянув на свиток, ощущаю от него легкие вибрации магии. И запах соответствующий.

– Это глупости какие-то, – говорю я и откладываю лист на стол.

– Нет.

В холл начинают входить все, кому не лень. Лилия и Аргос с матерью, Меланта и Колум, равки и Гвиана, которая выглядит очень даже по-королевски.

Все переглядываются между собой. Никто не знает для чего мы все тут собрались. Никто, кроме принца и, возможно, Рэйгана.

– Садитесь, нам нужно обсудить одну очень важную вещь, – говорит равк.

Все рассаживаются и переглядываются между собой. Равк тоже осматривает всех и когда последний, а именно Гвиана, усаживается за дубовый стол, равк начинает свой долгий монолог.

– Я очень долго шел по следу охотницы и её компании. Мы побывали везде, в том числе и в Ваале. Я знаю, что Королева Змей, ищет мальчишку. И я тоже пришел за ним. И собрал