Спасти(сь) (от) дракона - Елена Амеличева

— Свадьбы-то не будет, значит, и деньги не нужны, — хихикнул демоненок.

— Помолчи! — девушка отвесила ему подзатыльник и вскочила. — Все братьям и отцу расскажу! — она зашагала прочь из комнаты.

— Несдобровать Саю, — я покачала головой, глядя вслед решительной демонице. — Много у нее братьев?

— Два всего, — Герри начал снова раздувать угли в очаге. — Зато сестер тьма тьмущая. Вот их Саю стоит бояться, поймают и побьют. А братья с папкой у Рокси хорошие, они сами готовы были ее кому угодно сбыть, лишь бы взяли.

Он поставил на угли чайник.

— Так что она больше шумит, чем всерьез угрожает. — Подлый демоненок снова захихикал. — Если Сай пригрозит ее папке, что вернет ему дочку, тот приплатит, чтобы вы у него обе женами были, точняк!

— Нет уж, обойдется он одной женой! — я подняла с песка чашечки и ополоснула в пиале с водой.

— Ревнивая, да? Не потерпишь вторую?

— У Сая будет только одна жена — Рокси! — придвинула к нему поднос с чашечками. — Слушай, а ты меня с этим оракулом познакомишь?

— Тебе зачем? — Герри утрамбовал в них листья и начал заливать местный чай кипятком.

Надеюсь, упрошу его помочь мне сбежать. Но мальчику об этом знать не надо.

— Никогда просто не видела оракулов, — соврала бессовестно. — Любопытно так, что даже кончик носа чешется! Познакомь, а? Пожалуйста!

— Ладно, — паренек важно кивнул. — Сейчас чаю попьем и пойдем к нему.

Глава 19 Оракул

В комнате оракула было темно. Ну, ясно, таинственности нагоняет. Я напрягла глаза, но ничего кроме огоньков пламени в центре ничего ровным счетом не увидела. Герри прошел вперед и начал что-то шептать темноте перед очагом. Она вдруг вздрогнула и глянула на меня человеческими глазами.

Лишь когда паника щипунчиками впилась в пятки, окатив тело кипятком с макушки, я поняла, что это и был шаман в черном плаще, сидящий перед огнем.

— Выйди, отрок, — повелел он демоненку, указав на выход.

Тот мигом улизнул, оставив меня с этим глазастым. Вперив взгляд в мое лицо, он подошел ближе.

— Не помогу с побегом, не мечтай. — Презрительно бросил, сложив руки на груди.

Что ж так сразу-то? Хоть бы выслушал сначала!

— Нет тебе хода отсюда, магисса, — прошептал он, как тень, качнувшись ко мне. — Выйдешь за демона.

Ага, щаз!

— Не выйду! — ответила я и сжала кулаки.

— Выйдешь, — спокойно отозвался он. — А потом судьба придет за тобой.

Опять туману напускает.

— Сон свой помнишь? — шепот оракула бесцеремонно залез под кожу. — Беги не беги, судьба настигнет! Меченая ты, магисса, и Он тебя везде найдет!

— Кто? — мигом охрипнув, выдохнула я.

— Узнаешь, когда придет время. Уходи.

Я начала пятиться и вскоре прижалась спиной к стене.

Шаман резко развернулся, огонь в очаге заметался. Я обмерла, подумав, что останусь наедине, в полной темноте с этим… Кто он, кстати?

Одновременно с этой мыслью в кармашке запылал адуляр. Сжала его, достав, и едва не выронила — жжется-то как, будто его на уголек из костра подменили! Вспомнила слова Айше — коли огнем талисман полыхает, опасность близко.

Я поднесла адуляр к глазам. Сначала ничего, кроме пламени, не видела, а потом…

Тьма начала свиваться тугими змеиными кольцами, которые переливались, искрясь в отсветах огня россыпью алых искр. А выше шел мужской обнаженный торс, по которому волнами проносилась то черная, то алая чешуя. На руках топорщились какие-то шипы, перерастая в плечах в сплошные костяные, похоже, наросты.

Но страшнее всего было лицо — помесь людского и змеиного. С непроглядно черными, как сама Тьма, глазами, в которых наливался алой толстой иглой зрачок. Однако над головой существа возвышались… да, это самые настоящие рога! Как такое возможно? Он Наг или демон? Или…

Магический полукровка! Читала о них — таких выводили искусственно, ведь демоны и змеи не могли смешиваться между собой. С людьми — да. И то, нечасто. С драконами — сколько угодно, это хоть и не поощрялось, но змеи и драконы давали сильное потомство, поэтому на такое смотрели сквозь пальцы.

Но вот демонозмей — это было строжайше запрещено из-за дрянного нрава этих жестоких и очень сильных магически полукровок. Колдуны делали таких чудовищ, заставляя женщин беременеть с помощью ритуала, а потом подпитывая их магией всю беременность, которая неминуемо заканчивалась смертью в мучительных родах. Ходили слухи, что такие дети просто разрывали изнутри утробу матери, пробивая себе путь на свет.

Священное пламя!!! Это же монстр!!!

Я вылетела из комнаты оракула, побежала прочь, свернула за угол и остановилась, потому что ноги подкашивались, и долго не могла отдышаться, оперевшись ладонью о стену. Лишь когда черно-красные кольца перед глазами перестали свиваться в тугие узлы, почувствовала под рукой шероховатость камня.

Ухватилась за это ощущение, сосредоточилась на нем, запретив себе даже думать о том Наге-демоне, который остался сидеть в темноте. Пусть в ней и остается, там место такому чудовищу. А я его тьму в душу пускать не намерена. Как и выходить замуж за Сая! Сбегу тут же — как только выясню, как это сделать!

— Ты чего тут делаешь? — голос Рокси показался родным.

Рада увидеть пусть и шебутную до копыт, но все же не такую чернодушную демоницу, как этот магический полукровка шаман!

— О, по лицу вижу, у оракула побывала! — она хохотнула. — Пойдем уже, надо отдохнуть, полегчает! Идем, идем! — схватила за руку и, не слушая возражений, потянула за собой.

Мы пробежали вверх по узкой улочке и буквально ворвались в буйство музыки, танцев и смеха на площади. По периметру стояли жаровни, но от тел, которые выписывали немыслимые фигуры под гулкую перекличку барабанов, веяло жаром посильнее.

Рокси затащила меня в самый центр, закружила так, что все окружающие слились в одну сплошную мешанину из белозубых улыбок и сияющих глаз. Тело само подстроилось под музыку, оно словно знало, что и как делать. Все мысли улетели, уступив место удовольствию.

Бездумно отдавшись движению, влившись в ритм, которым пульсировал весь ночной город, я поняла, что девушка была права. Именно это изгнало из души зябкие воспоминания вкупе со змеиными кольцами, упрямо душащими душу.

Полностью выбивших из сил, я вырвалась из клокочущего эмоциями людского котла и плюхнулась на скамейку.

— Что,