Мишель Ходкин - Возмездие Мары Дайер

Что-то внутри меня.

Что-то внутри меня.

Я посмотрела на свое лицо в зеркале.

— Что-то в тебе другое, — сказало отражение.

Бритва зависла на сантиметре от моего паха. В ушах загудело, словно тысяча голосов одновременно выдыхала мне на ухо: «Да». Столько давления, но мои пальцы не дрожали. Я снова посмотрела на себя.

— Вытащи их, — сказало отражение.

Время пролетело вперед. В одну секунду я стояла здесь, лицом к зеркалу, прислушиваясь к нему. В следующую моя рука уже провела бритвой по животу.

Всего лишь тонкая линия. Два с половиной сантиметра, не больше. Из пореза появились крошечные капельки крови, похожие на драгоценные камни, мерцающие в свете. Такие яркие и насыщенные. Как и все вокруг, вообще-то. Туман, застилавший мне глаза, растворился. Я не чувствовала тошноты или жара. Единственным странным ощущением было давлением в моих пальцах, вновь проводящих бритвой по животу.

Прежде чем я успела провести новую линию, меня испугал стук в дверь.

— Мара? — голос Джейми был приглушенным. — Мы здесь.

Я автоматично вытерла лезвие краем футболки и вернула его в сумку Ноя. Затем промокнула кожу салфетками и переоделась в свежую футболку. Я вышла из уборной на твердых ногах, чувствуя себя неимоверно легко. Практически до головокружения.

— Тебе лучше? — спросил он.

— Да, — счастливо ответила я, пока капелька крови текла по моему животу. — Гораздо лучше.

29

Последний раз я была в Нью-Йорке еще в детстве и запомнила его по-другому.

Мы были практически единственными людьми без багажа на поезде, но когда мы ступили на платформу и поднялись по лестнице, то с легкостью влились в толпу. Пенсильванский вокзал кишел людьми — парень с дредами до пояса ударил меня по бедру сумкой и извинился, но когда я отошла в сторону, то получила коляской по ноге от мамаши со стеклянными глазами. Мы выбрались оттуда так быстро, как только могли.

Очередь на такси была не лучше. Нас зажало между молодой парой с соответствующими прыщами на лицах, которая громко целовалась, и старичками в одинаковой теннисной обуви, громко спорящими на незнакомом мне языке над картой.

— Ой, — сказал Джейми.

— Ты в порядке? — спросила Стелла.

— О да, — тихо ответил он. — Но жена этого чувака только что сказала: «Если бы твои мозги отдали цыпленку, он бы побежал прямиком к мяснику».

— Ты их понимаешь?

— Иврит, — пояснил Джейми, а затем дошла наша очередь. — Куда сначала, леди?

— Мне нужно в душ, — сказала Стелла.

— Отель? — поинтересовалась я.

Стелла потянула за прядь волос.

— Наверное. Если нет другого выбора. Мне не нравится использовать тебя в таких целях, Джейми.

— Ерунда. У моей тети квартира в Верхнем Вест-Сайде. Можем поехать туда.

— А она не удивится, что ее племянник и две его подруги оказались на ее пороге без предупреждения, да еще и в будний день?

— Она не дома. Тетя до лета уехала в свою квартиру во Флориде.

— Тогда как мы туда войдем?

— Уверен, мы найдем способ, — сказал Джейми. — Да и она мне не родная тетка. Она лучшая подруга мамы. Даже если бы нас искали, никто бы не подумал делать это у нее.

Вот и шикарно. Стелла согласилась, и Джейми назвал водителю адрес своей тети. Я не обращала особого внимания. Мой взгляд продолжал опускаться к животу. Он все еще слегка кровоточил — на футболке было небольшое мокрое пятно, но, к счастью, она была черной. Никто не заметит.

Я проводила пальцем по крошечной линии и поняла, что поддеваю корку пореза. Не могла остановиться. Все думала о поезде, о бритве Ноя и об облегчении — высвобождении — охватившем меня, когда я прижала ее к коже. В моей голове зашептал голос:

«Что-то внутри нас».

«Достань их».

Я нервно глянула на Стеллу. Она меня не видела; смотрела в окно слева, а Джейми в окно справа. Я провела пальцами по животу и прижала их. Ничего не чувствовала — нет, погодите. Я скользнула рукой влево, к внутренней части левого бедра, и нажала на него. Что-то будто… пошевелилось, как натянутая мышца, которая была не на месте. Что это было?

— Живот болит? — спросила Стелла.

Поймана с поличным.

— Ага. — Я скрестила руки и слегка сгорбилась.

— Мы будем на месте через пару минут, — сказал Джейми.

Во мне воевали чувство стыда и нужда. Я не могла позволить им увидеть, что я порезала себя. Мне придется найти способ остаться на десять, может, двадцать минут наедине.

Такси припарковалось у тротуара, и Джейми сказал своим гипнотическим тоном:

— Ты никогда нас не видел.

— Я никогда вас не видел, — повторил водитель отстраненным голосом.

— Ты вез поразительно сексуальную модель для нижнего белья с юга Техаса. Ты хотел облизать его кубики.

— Я хотел облизать его кубики.

— Ну ты и скотина, — пробормотала Стелла, выйдя из машины.

— Мои маленькие радости жизни.

Пока мы ждали зеленый свет, Джейми воспользовался случаем и вырвал в мусорный бак.

— Фу, ужас, — пропищала девушка в короткой юбке и на каблуках, проходя мимо.

Не поднимая головы, Джейми показал ей средний палец, затем сплюнул в бак и вытер рот рукавом.

— Фу, ужас, — сказал он. — Никогда к этому не привыкну.

— Ты и не должен, — сказала Стелла. — Ты не должен этого делать.

Дом тети Джейми оказался песчаного цвета, на относительно тихой улочке. Мы поднялись по ступенькам и заглянули в стеклянную дверь. Внутри было темно.

— И как мы должны забраться внутрь? — спросила Стелла.

— Мой кузен однажды рассказал мне историю, как он забрался домой после комендантского часа, использовав запасной ключ из-под какого-то фальшивого камня. Может…

Он спустился на три ступеньки и нырнул под небольшие ворота перед садом, полным увядших растений и с пакетом с надписью «скоропортящееся» сбоку…

— Фальшивый камень! — крикнул Джейми, наклонившись. — Бинго! — Он достал ключ, поднялся по ступенькам и открыл входную дверь. Мы со Стеллой последовали внутрь.

Дом оказался роскошным. Гостиная сохранила основные детали первоначального дизайна — декоративный гипсовый медальон в центре потолка, резные деревянные изделия между гостиной и кухней и огромный камин с зеркалом. Стелла присвистнула.

— Знаю-знаю, — сказал Джейми. — Спальни и душевые наверху. Берите любую. Снаружи посылка для тети, я принесу ее. Встретимся через час, чтобы составить план продовольствия?

Девушка кивнула. Я тоже, хоть не была голодна. Я рвалась наверх.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Стелла, последовав за мной.