Моё сердце знает (СИ) - Лунная Юлианна

— Плевать.

— Давай: я дам тебе успокоительное? Ведь ты права: слишком многое на тебя обрушилось за столь короткий срок.

— Нет. Ты сам все видел, Найрис: я сама сделала ему предложение, я сама устроила нам свадьбу… Он не видит моих действий, которые кричат громче любых слов и зелий.

— Асмодея, ты знаешь: кто нам делает больнее всего? Любимые, — тепло улыбнулся напарник. — Твоему любимому сейчас очень больно и он боится неразделенных чувств, боится потерять тебя.

— Тем не менее, из нас двоих только я делаю что-то: чтобы не потерять любимого, а не довожу его до нервного срыва, — парировала я.

— Ты просто обижена, — протянул он мне флакон. — Восстанавливающее в очень сильной концентрации — все же мы на работе и тебе необходимо придти в форму.

— Спасибо, — опрокинула я содержимое пузырька в себя. — Леонидас еще не оглашал своего решения?

— Нет, но я был у него пару часов назад. Он спрашивал меня о способах, которые мы хотели испытать на пленных. Я все рассказал и изготовил необходимое. Его маги уже должны заниматься этим.

— Волшебно. Без опыта и необходимых навыков они просто угробят узников.

— Да, я предупредил его величество. Но ты без сил, а я — тоже полукровка, и в сцепке с посторонним магом не пойду. Так что… — пожал плечами друг. — Это не наша забота. Не думай о работе сегодня, отдыхай.

Найрис поднялся со стула и ушел, а я задумалась над его словами: «знаешь: кто нам делает больнее всего? Любимые…». Я прокручивала весь наш разговор с напарником в течение последующих нескольких часов. Найрис абсолютно все сказал верно, и моя обида на мужа не была бы так сильна: если бы я его не любила…

Прислуга принесла мне бульон, а затем еще около часа я пялилась в потолок, не зная: чем себя развлечь. Как вдруг в дверь постучали.

— Войдите, — разрешила я, и порог палаты переступил Кармал.

— Асмодея, как ты? — прикрыл он за собой дверь и присел на стул, оставшийся после алхимика у моей кровати.

— Жить буду, — буркнула я.

— Не хочешь мне рассказать о случившемся? — внимательно смотрел он на мое лицо.

— Убивать себя не входило в мои планы, все остальное — нелепое стечение обстоятельств и недоразумений. Это все: что нужно знать моему отцу, — спокойно произнесла я. — Кайла не тронь — он сам ни о чем не в курсе.

— Не в курсе: где шатается его жена всю ночь?! Брачную ночь! — нахмурился родитель. — Хорош муженек.

— Прекрати. Я не собираюсь спорить с тобой: либо принимай мои слова, либо не спрашивай.

— Твой напарник сказал: что у тебя нервное и магическое истощение, — я кивнула. — Давай: ты уволишься прямо сегодня, и я увезу тебя отдыхать?

— Я подумаю об этом, но не раньше: чем мы закроем дело.

Кармал недовольно поджал губы. Несколько минут он молчал, но потом снова заговорил:

— Я понимаю: почему ты сейчас в таком состоянии и я очень сожалею…

— Я бы все повторила вновь, — перебила я самобичевание родителя. — Не вини никого, отец. Тебе пора идти, а мне — отдыхать. Передай Аргусу мои слова — пусть успокоится. И скажи Кайлу принести мне одежду: отдыхать я могу и в своих апартаментах.

— Послали же Всевидящие зятя… — пробурчал он. — Тебе не станет хуже?

— Попроси Найриса рассказать: как он и твой зять оживили ходячий труп. Скажи: я разрешила. Тебе многое станет понятным, а еще я надеюсь: что ты другими глазами взглянешь на мой брачный союз. Иди, — грустно улыбнулась я.

Родитель остался недоволен нашим разговором, но я не могла ему сейчас объяснять: как прожила последние полгода и из какой эмоциональной дыры меня вытащили мои напарники. Пусть хотя бы в общих чертах он все узнает от них, а если найдутся вопросы: то задаст мне. Я уверенна, что Найрис донесет до отца суть: я сломаюсь без Кайла, второй раз я потерять не смогу…

Через некоторое время дверь отворилась, и в палату вошел мой муж в форме телохранителя. Через его руку была перекинута тонкая ткань, не похожая на плащ. Он заметил мой интерес и развернул одежду: кремовое развивающееся платье на бретелях без корсета и с тонким слоем фатина, обволакивающего открытые плечи. Я точно помнила: что в моем гардеробе такого не было, поэтому вопросительно уставилась на эльфа.

— Это подарок от Эльзы. Она благодарна тебе за помощь.

«Значит: у брата с невесткой брачная ночь состоялась» — улыбнулась я своим мыслям и откинула одеяло. Глаза супруга быстро пробежались по нескромному пеньюару Сирин, и я заметила: как он сглотнул и с трудом отвел взгляд. Я поднялась с кровати и вздернула руки вверх, позволяя Кайлу надеть на меня платье. Он зашел мне за спину, и тихонько ругнулся: «даже не представляю: в каком состоянии мои волосы». Не имея при себе расчески или заколок, он ловко скрутил мою гриву в жгут, а потом собрал волосы в пучок на затылке. Конечно: такая прическа без шпилек долго не продержится, но мне этого и не требовалось.

— Я забыл обувь, — тихо сказал Кайл, а уже в следующую секунду подхватил меня на руки.

Крепко обхватив мужа за шею, я положила голову на его плечо и прикрыла глаза. Мы покинули эти скромные апартаменты, и вскоре я ощутила прохладу дворцовых коридоров. Мне было глубоко наплевать: кого мы встречали по пути, и какими косыми взглядами нас провожали, даже очередная гневная тирада Леонидаса не страшила — вопреки всему я просто млела в надежных руках, вдыхая любимый аромат. Вскоре я услышала: как хлопнула дверь, и Кайл остановился, опуская меня на пол. Я открыла глаза: мы находились в нашей спальне и эльф по-прежнему держал меня за талию.

— Асмодея, посмотри на меня, — я подняла лицо и наши взгляды встретились. — Прости меня… — виновато смотрел на меня эльф, а я приставила пальчик к его губам, заставляя замолчать.

Я понимала: что нам необходимо было поговорить, но я не была готова к очередным словесным баталиям. Мы всегда лучше понимали друг друга без слов — чем я сейчас и хотела воспользоваться. Я расстегнула мундир мужа и скинула его на пол — отчего Кайлу пришлось освободить меня от своих объятий. Туда же отправилась и его рубашка, а вслед за ней брюки и мое платье. В изумительных глазах лилового цвета я читала немой вопрос, ведь мое лицо оставалось безэмоциональным и отстраненным. Я уперлась ладонью в мужскую грудь и слегка толкнула Кайла в сторону кровати. Муж повиновался моему безмолвному приказу и лег на постель. Я забралась следом и улеглась под бок супруга, укладывая голову на его плечо. Он обхватил меня обеими руками и притиснул к себе ближе, заставляя частично залезть на мужское тело.

Сколько мы так лежали: я не знаю. Мне неизвестно: что творилось в голове у Кайла, но его должно было хоть немного успокоить мое поведение, ведь я не отталкивала его и не ругалась. Я просто наслаждалась его близостью — и сейчас это было лучшим лекарством для меня. Но, видимо: все же нервы у эльфа сдали, и он не выдержал:

— Найрис сказал: ты не пыталась себя убить.

— Верно.

— Но это я довел тебя до такого состояния.

— Верно.

— Прости меня. Я испугался, Асмодея. Я никогда раньше так не боялся: как этим утром.

— Даже больше, чем: «меня страшит тот день: когда к ней вернутся все ее привычные эмоции и твоя сестра осознает: что лишь позволяет мне любить себя, но не любит в ответ…»? — процитировала я его слова, приподнялась и уставилась на Кайла.

— Ты слышала.

— Я не подслушивала, просто не успела закрыть дверь.

В комнате вновь воцарилась тишина. Мы молча сверлили друг друга взглядами. Кайл что-то обдумывал, а через несколько минут снова заговорил.

— Я женился на тебе: потому что люблю. Очень надеюсь: что моих чувств хватит для нас обоих. Потерять твое романтическое расположение не так страшно: как потерять твою жизнь. Можешь пить зелье Найриса или не пить — я приму любое твое решение, — твердо сказал он.

Впрочем: мой эльф достаточно взрослый мужчина и размазывать сопли не в его характере. Именно такой ответ мне и нужно было услышать. Я не хотела: чтоб его терзали сомнения, но и доказывать что-то не видела смысла. Поэтому, услышав его слова, мне тоже захотелось ему что-то сказать такое: чтобы ему стало легче.