Страж. Часть 2 (СИ) - Зеа Рэй Даниэль

***

– Здравствуй, Дамьен, – Эйлин передала свой телефон охраннику и вошла в кабинет Дамьена.

– Привет, Эйлин, – Дамьен кивнул охраннику, чтобы тот закрыл дверь.

– Извини, что явилась без приглашения, но мой клиент, Андреа Дебуа, просил выполнить одну его просьбу.

– Здесь нет моего телефона, поэтому основную часть послания можешь пропустить, – он подошел к ней и указал рукой на диван. – Присаживайся.

– Благодарю, – Эйлин опустилась на диван и поняла, что сейчас закроет глаза и отключится.

– Передай своему отцу, что клан Норама пока повременит с выводами и обвинениями. Но долго тянуть мы не сможем. Если у Фийери будут конкретные предложения – я весь во внимании.

– Я ему передам, – Эйлин устало выдохнула. – Как думаешь, сколько по времени я должна была передавать тебе послание?

– Еще несколько минут, – ответил Дамьен.

– Что ты будешь делать потом?

– Поеду в библиотеку искать метрики, – Дамьен присел в кресло.

– Я согласна с Тильдой: пора снимать шапки.

– Посмотрим, что предложит твой отец.

***

– Я предлагаю выйти на улицы и открыто заявить миру о себе, – произнес Фийери, глядя на Дамьена.

Они сидели за столом друг напротив друга в читальном зале библиотеки Сообщества. Глава клана Норама и Король Сообщества решали судьбу всех мьеров среди фолиантов, хранящих тайны и великие достижения их предков.

– Не боитесь, что всех нас перестреляют прямо на этих улицах?

– На виду у всех – не посмеют, – Фийери покачал головой. – Но когда вернемся домой… – он утвердительно закивал, – могут.

– Если бы вас так не прижало, вы бы в жизни не предложили ничего подобного, – заметил Дамьен.

– Ты же хороший политик. Неужели не воспользуешься шансом поквитаться с «Кольдом»?

– Воспользуюсь, – кивнул он, – но с одной оговоркой.

– Слушаю, – Фийери вопросительно изогнул бровь.

– Если Совет Сообщества продолжит свою работу и после нашего «выхода», я хочу добавить еще пять мест к имеющимся двадцати для представителей клана Норама.

– Двадцать пять мест есть только у Сообщества, – Фийери свел брови в прямую линию.

– Ваши мьеры и мои мьеры будут рисковать своими жизнями одинаково. Зачем им это делать?

– Чтобы быть свободными, – напомнил Фийери.

– Не говорите мне о свободе, – Дамьен лукаво улыбнулся. – В социально развитом обществе никто не может быть по-настоящему свободным. Мы всегда будет подчиняться Закону, и наказывать тех, кто его нарушает. Да и от философии я уже устал, – он поморщился. – Не думайте, что я не понимаю, каким именно образом вы собираетесь отделаться от Теренса Кита. Если мы массово нарушим мирное соглашение с «Кольдом» и выйдем из союза с этой организацией, договор, заключенный в 1947 году между «Кольдом» и Советом Сообщества утратит силу. Следовательно, утратит силу и новый «Кодекс Мьеров», который был изменен на основании соблюдения условий мирного соглашения с «Кольдом». Произойдет автоматический откат законодательной системы Совета Сообщества к «Кодексу Мьеров», существовавшему до 1947 года. А в старой формулировке законов есть слово «законнорожденный». Вам необходим этот шаг назад, этот момент полного разлада устоявшейся системы, чтобы раз и навсегда избавиться от ветви Дебуа. На все про все у вас будет всего несколько дней, ведь на фоне всеобщего скандала мы будем вынуждены собрать Совет Сообщества в экстренном порядке, чтобы обсудить коллапс законодательной системы, с которым столкнемся. Конечно, все кланы предложат повторно принять «Кодекс Мьеров» в его формулировке от 1947 года с некоторыми исправлениями, которые будут касаться мирного договора с «Кольдом». Но вам будет необходимо вернуть слово «законнорожденный» в строку о правилах наследования престола Сообщества в этот закон. Вы рассчитываете, что Норамы поддержат вас, потому что сохранить трон за вами в наших интересах. Голоса Посвященных из Сообщества и клана Норама обеспечат вам абсолютное большинство в Совете Сообщества. По сути, переворот – это повод изменить «Кодекс мьеров», чтобы убрать с пути наследника Дебуа и сохранить престол за собой. Я поддержу Вас, – Дамьен взглянул на Фийери. – Я и представители клана Норама проголосуем за внесение изменений в Кодекс мьеров, если, конечно, после этого переворота хоть кто-то из нас будет жив. Но рисковать собой и своими мьерами ради большого и светлого будущего, которое, возможно, нас даже не ждет, просто так я не буду. Двадцать пять голосов в Совете Сообщества для клана Норама, Ваше Величество. Если мое предложение вас не устраивает, что ж, – Дамьен цокнул языком и погладил корешок копии метрической книги Рочестерской епархии, – придется беседовать на эту тему с другим Королем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– О сестре и ее ребенке ты не думаешь? – спросил его Фийери.

– Думаю, – Дамьен перевел взгляд с книги на Короля. – Двадцать пять мест, Фийери. Или я сейчас же ухожу отсюда и еду в Службу Стражей писать на вас заявление.

Фийери отвернулся.

– По рукам, – произнес он, глядя на книжные стеллажи.

– Тогда, было бы неплохо и приказ сейчас набросать, – ответил Дамьен.

– Не веришь моему слову? – Фийери медленно повернул голову к нему.

– Нет, – честно ответил Дамьен.

***

– Как у тебя дела, Теренс? – Эйлин прошла в комнату, где взаперти удерживали Теренса Кита.

– Не жалуюсь, – ответил он и с подозрением взглянул на Эйлин.

Она заметила, что он что-то рассматривал в окне, но, с ее появлением, резко отошел в сторону и сделал вид, что интересуется картиной, висящей на стене.

– Тебе нравится Резиденция? – Эйлин подошла к журнальному столику и взглянула на вчерашние газеты, которые Теренсу принесли почитать.

Похоже, что он к ним даже не притронулся.

– Я толком ее и не видел, – Теренс присел на край кровати. – Мне долго еще сидеть здесь? – он пригладил джинсы на коленях и поджал ноги, обутые все в те же старые кроссовки.

– Все зависит от того, насколько быстро ты расскажешь мне правду, – Эйлин обернулась к нему.

– Я и так уже все рассказал.

– Ты знал, что твоя мама написала завещание всего за месяц до своей смерти? – спросила Эйлин.

– Да, мне об этом сразу сказали, – буркнул Теренс.

– А тебе не показалось странным, что мама потратила деньги на услуги юриста и оформление этого завещания, а не, скажем…

– Купила себе дозу? – с презрением произнес Теренс и вскинул голову.

– Кроссовки, – ответила Эйлин и подошла к нему. – Не купила тебе новые кроссовки.

– Маме было лучше знать, на что тратить деньги, – он снова уставился на свои коленки.

– Как думаешь, почему она не подала на твоего отца в суд и не добилась выплаты элементов на твое содержание? Вы с ней могли бы вести совсем другую жизнь.

– Я не знаю, почему она молчала и ничего не делала.

– Думаю, твой отец ее запугал, – Эйлин взяла стул, поставила его напротив Теренса и села. – Иначе зачем жить впроголодь, если у нее был ребенок от состоятельного и влиятельного мьера?

Ладони Теренса замерли на коленях.

– Вы ничего не знаете о моей маме.

– Так расскажи мне о ней, если я ничего не знаю, – попросила Эйлин.

– Зачем? – Теренс перевел взгляд на нее.

Это не был взгляд запуганного ребенка. На Эйлин смотрели светлые глаза Андреа Дебуа, со свойственным ему проницательным и «повидавшим виды» прищуром.

– У кого она покупала себе героин? – Эйлин чуть заметно наклонилась вперед, внимательно наблюдая за мимикой Теренса. – Ты был знаком с ее поставщиком?

– Нет, я не знал, где она достает наркотики, – ответил Теренс.

На его лице не дрогнул ни один мускул.

– Врешь, – Эйлин еще немного наклонилась вперед. – Подросшие дети наркоманов очень часто знают, в каком притоне найти своих родителей, и к какому дилеру подойти на улице, чтобы купить дозу, когда родителей ломает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Эти байки вам в вашем Университете рассказали? – лицо Теренса по-прежнему выражало спокойствие.

– Ты обнаружил тело матери дома?

– Да.