Кольца Мирты (СИ) - Горовая Ольга Вадимовна

Но как бы Ройс не крутил и не переигрывал в уме схему, первый пункт оставался неизменным — разговор с Мареном. Однако к опальному ныне Верховному Жрецу, забаррикадировавшемуся в главном Храме и не признавшему смены власти, принца стоило тянуть в более-менее пристойном виде. Да и на самочувствии Марти это должно сказаться благоприятно, как считали все в команде. Собственно, они уже хорошенько вымыли парня, хоть и в реке, купили новую одежду, плащ, даже раздобыли в одном из поселков по дороге мазь от вшей — повезло наткнуться на целителя, который, тайком от новой власти, продолжал с горем пополам зарабатывать себе на жизнь привычным делом. Видно, ранее был жрецом в местном Храме. Но, как и все, что несло в себе хоть крупицу силы Мирты, его ремесло сейчас оказалось не в почете.

Ройс целителю не угрожал.

Они нуждались нынче во всей доступной помощи, а кровь Инди… единственная ее частичка, так и «живущая» в татуировке на его руке, помогала Ройсу обнаружить все необходимое, как этого целителя, к примеру. Конечно, присутствие в том искры Мирты было совсем мизерным, не идя ни в какое сравнение с тем, как отзывалась внутри кровь наследников, однако, удобно, как заметил Кайл.

Удобно… Ройс не спорил и не одернул остряка. Ответил только долгим взглядом, не пускаясь в объяснения, как эта кровь выедает нутро, когда молчит; когда ты вдруг перестаешь ощущать родную и горячую пульсацию рядом, потому что твоя жизнь разбивается о камни в буквальном смысле… И хоть тело ходит и дышит, сам ты — мертвяк. Такой же бесполезный и бессмысленный, как те умертвия, которых любили в Трине поднимать некроманты, используя вместо «пушечного мяса»… Отвратная судьба.

Ройс ничего этого не сказал, но Кайлу хватило взгляда, сам заткнулся, виновато поглядывая на капитана. Да и Трэв отвесил другу подзатыльник, когда решил, что Ройс не видит. Фил, как и обычно, в ребяческие разборки не вмешивался, но как-то старался держаться поближе к Ройсу. Они все еще боялись, что он сорвется, не выдержит.

Зря. Бессмысленно бояться того, что уже прошло. Ройс давно утратил всякие ориентиры и вышел за грань. Только, видимо, скрывал это так хорошо, что даже родная команда, знавшая его столько лет, не улавливала — теперь он готов на все. Потому что терять больше нечего…

«Нет, теперь есть Мартин», — напомнил сам себе, — «и стоит обернуть все свои знания и силу на реализацию той цели, для которой Ройса сюда когда-то и позвали…»

Целитель решил их проблему со вшами, худо-бедно помог с синяками и ссадинами, которых у парня так же имелось в избытке. А вот с глазом…

Лекарь внимательно осмотрел пустую глазницу Марти, тщательно и дотошно, не обращая никакого внимания на нависшего над его плечом Ройса. Что-то прощупал по краям зияющей впадины и покачал головой:

— Мне тут ловить нечего, — честно признал мужик. — Ни мои мази, ни припарки ничего не дадут. Тут истинная сила Мирты нужна, а не отголоски, какие мне от матери достались. Может, если бы была жива принцесса… — целитель развел руками, не подозревая, по какой гнойной ране в его душе сейчас простыми словами проехался. — Да и то, не знаю… Странная это рана. И не гнила вроде, а до основания все выжрано — плоти нет. Будто вырвали глаз со всеми потрохами и прижгли. Но и следов ожога не вижу… Не так тот заживает.

Марти, до того безучастно позволяющий себя осматривать и лечить, при этих словах целителя дернулся, сжался как-то, сдавленно выдохнув. Втянул голову в плечи, будто пытался от них отодвинуться. Закрыл уши руками. Дыхание парня стало частым и надсадным…

— Довольно, — оборвал Ройс дальнейшие мысли целителя, не желая вносить смуту в разум Марти. Он и так едва-едва приходил в себя. Вспоминал какие-то крупицы. Его, Ройса, начал узнавать. Но все еще был не совсем адекватен. — Нам хватит и той помощи, что вы уже оказали.

На том и порешили после общения с целителем. Двинулись дальше, в город.

Так что, возвращаясь к ситуации, пока все складывалось так ладно, что впору было уверовать в благоволение самой Мирты его задумкам и планам… Им удалось ни разу не привлечь внимания соглядатаев, которых новая правительница щедро рассылала в каждый мало-мальски населенный уголок Мирты… Боялась, пыталась подавить волнения: в народе ее не признали, как и сам переворот. Люди Мирты не любили, когда их связь с Пресветлой пытались нарушить. И новая власть держалась только на мечах личных армий дворян, поддержавших предателей, да благодаря тому, что большая часть остальных не вмешивалась, вовлеченная интриганами в сети обязательств и предательства.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но и тех, кто открыто их поддержал среди военных, оказалось не столько, как рассчитывали мятежники. Поняв, что именно от них требуют, многие вассалы предпочли избрать судьбу дезертиров, нежели отвечать за гонения и смерть истинных правителей. И Ройсу это грело душу: немало из них заслужили его уважение и дружбу за время жизни в Мирте… И сейчас, вероятно, стоит опираться именно на этих людей. Да, разрозненных и гонимых, так же, как их небольшой отряд. Но он не сомневался, что сумеет разыскать немало тех, кого и сам тренировал, отбирая в охрану Герцогского дома. У него теперь было, что… точнее «кого» им предъявить, как лучшую мотивацию и причину бороться. «Надежда» для мира Мирты, пусть и не для самого Ройса. Но он все, что знает и умеет, саму жизнь положит для того, чтобы вернуть трон Марти и в прах растереть виновных в мятеже и гибели Инди…

А там пойдут неизбежные слухи и остальные подтянутся сами, в этом Ройс не сомневался. Верных людей много. Однако хватило кучки лжецов. Герцогский дом не пал бы, не окажись предатели в самом его сердце…

Потому что были и те, кто покусился на деньги, забыв о долге, чести, да и просто об уроках истории родного мира… Что ж, он теперь им сполна заплатит за все.

Но, как бы там ни было, в первую очередь не стоило затягивать с визитом к Марену. Жрецы — огромная сила в Мирте. Их дар был не настолько обширным, как у принцессы, но немалым. Да и справедливы всегда оказывались служители Мирты. Потому их любили и уважали, почитая. Недаром новая власть так старалась жрецов истребить. Безрезультатно, кстати, хоть и их мощь падала из-за агонии родного мира. Смерть принцессы, вместилища силы Мирты, разъедала мир подобно раковой опухоли…

Такие мысли были слишком разрушительны и опасны, особенно после ночи,… нет, не кошмаров… блаженства их с Инди близости… Пламя и все демоны пекла! Иногда ему казалось, что лучше бы вообще не спать. Потому что открывать глаза после таких снов, полных ее любви, смеха, тепла и счастья, в мире, где Инди уже не было — хуже ежесекундной пытки!

Эти мысли грозили обрушиться воспоминаниями на разум, сметая реальность так и не притихшей мучительной болью. Он сейчас не мог себе подобного позволить. Поднявшись из кресла, Ройс прошелся по комнате, с усилием заставляя себя сосредоточиться на главном, изгоняя из сознания остатки сна, хоть нечто глубоко внутри него стенало, цепляясь хоть за такую возможность ухватить частичку любимой женщины, пусть и призрачную.

Остановился у мутного окна, выходившего на улочку, где сейчас, в разгар дня, сновали люди, торопящиеся по каким-то своим делам. Все равно их было слишком мало. Да и печать тревоги, настороженности и страха читалась на лицах и в самих движениях редких прохожих, точно, как и в поселках по дороге сюда. Любопытно, такая ли атмосфера и в столице? Или там роскошь и блеск постоянных балов и «щедрость» новых правителей заглушают сосущее чувство неизбежного краха?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Они остановились в одном из постоялых дворов недалеко от въезда в городок, среди еще десятка таких же малоприметных путников. Хотя их компания все равно выделялась: навыки и выправку не спрятать ни темными плащами, ни молчанием. Скорее подчеркнешь больше.

Сняли две комнаты, не планируя задерживаться дольше, чем на пару дней. Первым делом Ройс отправил Кайла в город за цирюльником (Марти стоило уже окончательно привести в божеский вид) и разузнать, послушать, рассмотреть обстановку. Фил сейчас отдыхал, как и принц. А он и Трэв сидели во второй комнате, обдумывая дальнейшую стратегию.