Воровка для Герцога (СИ) - Митро Анна

Она не врала, и я не смогу, проскользнула печальная мысль.

‒ Она и не жила ни в одном из государств нашего мира, ‒ Кеннет приподнял бровь. ‒ Потому что Настасья из другого.

‒ Как так? Ты же знаешь, порталы открываются лишь при жертвоприношении!

‒ Не только, оказывается, есть артефакты, которые найдя носителя, возвращаются в исконный мир. В данном случае наш.

‒ Темнишь, Гидеон, ‒ тут Короля осенило. ‒ Так это она тот самый вор Нота? И ее дар это дар Роз-дос-Вентос?

‒ Не совсем, там скорее два в одном. Этот симбиоз человека и артефакта сложная вещь, нужно время, чтобы во всем разобраться. Но главное, артефакт фактически у нас, он в безопасности и, ни для кого не доступен теперь до смерти носителя, чего сам симбиот не допустит.

‒ То есть единственный способ забрать артефакт это убить твою новую ищейку? ‒ вот мне совсем не понравилась интонация, с которой Кеннет произнес эту фразу.

‒ Вообще да, но мало найдется людей или магов способных на это, тем более, что я категорически против, ‒ решение показать свою симпатию было легким, хоть и заставило меня самого вздрогнуть. Король расхохотался.

‒ Да не буду я ее убивать, успокойся. Но было так интересно выводить тебя на чистую воду. Она-то знает о твоих чувствах?

‒ Нет, и я не уверен, что они ответны, ‒ почему так сложно признавать свое поражение?

‒ Что же, она одна в целом незнакомом мире, у тебя есть все шансы, мой друг. Но я тебя прошу, пусть она не ударит в грязь лицом перед Кларой, ты же знаешь, какая она бывает дотошная.

‒ Спасибо, ‒ все же я был благодарен другу детства за понимание. ‒ За пару дней гардероб Герцогини мы, конечно, не сотворим, но для сопровождающей вполне. Хорошо, что прием был запланирован давно, барышни уже все готовы, нет таких очередей в салонах.

‒ Если бы. До этого же не было объявлено, что прибудет Королева Алистарты с принцем-консортом. Так что крепись, брат, ждут тебя нелегкие дни.

‒ Это точно, ее надо сначала уговорить заказать наряды.

‒ Ты смеёшься, какая женщина от этого откажется? ‒ удивлению Кена не было предела.

‒ Моя. Дожили, да? Раньше я стонал, что любовницы слишком много хотят, а теперь…

‒ Иди отсюда, ‒ рассмеялся Кеннет. ‒ Эта и женит тебя на себе, ‒ и эта фраза крутилась у меня в голове вплоть до следующего утра.

Глава 32 или любовь нечаянно нагрянет

« И каждый вздох,

и каждый взгляд,

твои я помню»

Утро выдалось тяжелым, слишком много произошло за последнее время и, кажется, мой организм не справлялся. Я переживала, что разболеюсь, а вряд ли здесь обсуждаются королевские приказы, монаршую особу из соседней страны сопровождать придется в любом состоянии.

Торик, увидев меня на завтраке, покачал головой и выдал какой-то отвар, судя по запаху и вкусу, ягодный с ноткой цитруса. Очень вкусный. И на удивление, действенный. В управление я пришла уже бодрая и в хорошем настроении, вот только выражение лица Джинера не обещало ничего хорошего. Конечно, я же ослушалась, не придерживалась плана.

‒ Сира Нота, зайдите в мой кабинет, пожалуйста, ‒ в его голосе не было негодования, скорее сожаление, что придется меня отчитывать, но парни все равно проводили меня сочувственными взглядами.

Дверь закрылась, отрезая путь к отступлению, а атмосфера в комнате стала какой-то густой и напряженной.

‒ Сира Нота, вы нарушили указания, и если бы не приказ Короля, то сейчас я бы уведомлял вас об отстранении от дела с пересмотром наших договоренностей, ‒ его слова, холодный тон обрушились на меня как ушат ледяной воды. ‒ Ваши действия повлекли за собой необратимые последствия.

‒ Я действовала по обстоятельствам, ‒ так не хотелось признавать себя виноватой, ведь я спасла девушку, вот только главного «злодея» мы из-за этого точно не найдем теперь, пока он сам не объявится, а тогда может быть поздно. Я чертовски виновата.

‒ Именно, а в данном случае нужно было действовать строго по плану. С этой девушкой ничего бы не случилось, зато у нас была бы возможность поймать Тревоса!

‒ Откуда ты знаешь, что с ней ничего бы не случилось? ‒ у меня перед глазами стаяла картина утра, когда я встретила Аарона, а в ушах зазвенели крики его матери. ‒ Я была там! Когда эти звери убивали маму Рона! Я слышала все, что они с ней творили! И видела итог! Ты бесчувственный чурбан! ‒ слезы застили глаза, и я выбежала прочь из кабинета, с грохотом хлопнув дверью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Очнулась уже на крыльце, когда кто-то схватил меня за руку, прижал к груди и начал гладить по волосам. Возникло стойкое ощущение, что так уже было. И эти руки, и этот запах. Гидеон…

‒ Настя, прости. Я не хотел… Не хотел тебя расстроить или заставить пережить тот день вновь. Мне жаль. Знаешь, может сейчас не лучшее время, но я должен сказать тебе. Последнее время ты занимаешь все мои мысли. Сначала меня восхищала мать, что не раздумывая кинулась защищать своего ребенка, потом я переживал о девушке, которой может грозить опасность всего лишь из-за ее внешности. Дальше меня мучил исследовательский интерес и желание заполучить неизвестный дар, я так жаждал поймать беглянку из Росдола, что это переросло в наваждение. И, когда ты, наконец, оказалась в моих руках у особняка Томша, такая растрепанная, взъерошенная, я с трудом тебя отпустил. Мое желание прикоснуться к девушке-тайне ушло, теперь… Настя, я больше не могу молчать. Я люблю тебя.

Мне вдруг стало так радостно. Только смущение горело на щеках, как хорошо, что нас никто не видит, тьма сама укутала нас в кокон, укрыв от любопытных глаз.

‒ А как же твоя девушка?

 ‒ Элиза? Я расстался с ней давно, практически сразу после нашей с тобой встречи в Росдоле. Только она все никак не успокоится, я, кажется, завидный жених.

‒ Завидный говоришь? ‒ ехидно сказала я, подняв глаза. ‒ Избавься от ее визитов или я ее сама упокою, то есть успокою, ‒ а он вместо ответа меня поцеловал, да так нежно, что внутри все перевернулось с ног на голову. Но как у каждой правильно настроенной девушке, слово жених вызвало у меня много вопросов. И поэтому поцелуй пришлось прервать. ‒ А как ты относишься к детям?

‒ Ты что, я так молод, мне рано об этом думать! ‒ видимо у меня вытянулось лицо, потому что он тут же передумал. ‒ Шутка. А ты купилась. У меня уже даже есть двое. А на двоих будет шестеро, справимся.

‒ Знаешь, что, ‒ мой голос на секунду дрогнул. ‒ Я люблю тебя, Гидеон Девон.

‒ Моя Герцогиня…

К слову, в тот день на работу мы больше не вернулись, как подростки, держась за руки, со счастливыми лицами мы гуляли по городу и целовались, пряча в моей тьме свое маленькое счастье ото всех.

И следующие дни вплоть до празднования Дня Мира прошли волшебно, если не считать моментов проведенных в ателье, где в срочном порядке под меня подгонялись наряды. Вот только, кажется, Деону, эти посещения приносили удовольствие, ведь он контролировал каждый бант, и пока я боролась за удобство, имел возможность видеть моего тела больше, чем тут положено. Хотя с учетом декольтированности их платьев у этого «положено» тут достаточно размытые границы.

А за день до приезда королевы Клары меня охватило странное предчувствие чего-то нехорошего.

‒ Гидеон, мне что-то не по себе. Не хочется вешать на Барона обязанности многодетного отца на целую неделю, тем более, что он еще со своими проблемами не разобрался.

‒ Согласен, дети могут быть в опасности, а нас не будет рядом. Давай отправим всех ко мне в Герцогство? Там хорошая охрана, побудут вдали от столицы?

‒ Нет, так далеко не надо точно, я испереживаюсь совсем.

‒ Тогда перевезем пока всех женщин и детей ко мне в особняк. Сира Трокер с Аглаей справятся точно, а члены гильдий ко мне не сунутся. И вообще. Я бы хотел, чтобы ты переехала ко мне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

‒ Не торопи события, пожалуйста, ‒ к такому шагу я точно еще не была готова.

‒ Все отстаиваешь свои права, женщина, ‒ рыкнул любимый и, сжав в объятиях, решил сломить сопротивление поцелуем.

‒ Русские женщины так просто не сдаются, ‒ ответила ему я, но отворачиваться не стала.