В ловушке у монстра (СИ) - Соболевская Наталья

— Если Маша решит уехать со мной, я такую помеху как ты ликвидирую, — подвёл Игорь итог.

Польстило, что право главного голоса он отдал мне.

— Хватит, — оборвала перебранку. — Простите, Игорь Алексеевич, но я совсем вас не знаю.

Очень рассчитываю, что Яматов не начнёт сейчас колотить себя кулаками в грудь, как победивший самец гориллы.

Глава 31

Дабы разрядить обстановку, предложила продолжить разговор за чашечкой кофе. Мужчины это восприняли на ура. Яматов ещё добавил, что одним кофе сыт не будешь и скомандовал мне приготовить новый завтрак, взамен того, что сгорел на плите, а сам уселся на диван ждать и то же самое посоветовал Игорю.

Когда добралась до кухни, чуть не завыла. Дима, когда спустился, убавил огонь и отставил посуду с конфорок, но каша с глазуньей успели намертво пригореть. Не представляю, как всё отскребать, чистящими средствами дом не богат, проверяла в запасах.

— Да чтоб тебя, — обессиленно бросив тряпку, ругнулась я, пригоревший жир никак не хотел отмываться с учётом того, что тёрла я обычной тряпкой и мылом.

— Маша, ты не против, если я немного тебе помогу? — послышался голос Игоря Алексеевича за спиной.

— Нет конечно, — улыбнулась я. — Только чем?

— Ну-у, например, этим, — сказал Игорь и провёл рукой над плитой. В один миг чёрные запёкшиеся пятна исчезли и конфорки засверкали, словно плиту только что доставили из магазина.

— Очуметь, спасибо большое, — восхищённо поразилась я, а потом недовольно глянула на Яматова. Выходит, чуть-чуть колдовства с его стороны и я освобождена от домашних хлопот. Не то, чтобы они мне так уж в тягость, но всё-таки...

Дмитрий почувствовал на себе взгляд и поднял глаза на меня.

— Да, Маша, я тоже так умею, но не стану разбазаривать энергию на кастрюли, — заявил Яматов и вновь отвернулся.

Показала Дмитрию язык. Игорь по-доброму с умилением хохотнул над моей детской выходкой, и я невольно рассмеялась за ним вслед.

— Дмитрий прав, нежелательно тратить энергию на домашние дела, но помимо колдовства у меня есть руки и если не откажешься, они в полном твоём распоряжении, — попросился в напарники Игорь Алексеевич, и я охотно, кивнув, согласилась.

— Передник надеть не забудь, — приближаясь к книжному шкафу, съязвил Яматов.

— Ты бы мне, между прочим, тоже мог помогать, — прикрикнула я на Дмитрия.

— Мне есть чем заняться, — взяв с полки что почитать, отозвался Яматов и вернулся вновь на диван.

У нас с Игорем Алексеевичем завязался лёгкий разговор ни о чём. Говорили о разных пустяках, глобальных и важных тем, как, например, не мучает ли его совесть за то, что он бросил нас с мамой, мы не касались. Наверное, у нас духу не хватало сейчас ворошить прошлое. Игоря Алексеевича мысленно нарекла – второй отец, и если он после того, как я выберусь из неприятностей, продолжит со мной знакомство, все вопросы задам и все ответы услышу. А пока присмотрюсь, стоит ли мне с ним общаться в будущем или нет.

Всё время краем глаза поглядывала на Яматова. Он только вид делал, что увлечён книгой, а сам за нами следил. В который раз на нас обернулся, а взгляд всё мрачней и мрачней. Не по нраву ему, что мы с отцом поладили.

— Прелесть, да? — с умилением спросила я, когда Игорь Алексеевич, взяв на руки Блестяшку, её приласкал.

— Впервые вижу такое.

— Дима тоже не знает, как так получилось… — сказала я и поведала второму отцу всю историю с крестиком.

Игорь Алексеевич внимательно выслушал и тоже руками развёл на счёт её превращения и отлучения от воли Яматова.

— Я думаю, Мария, ящерка - это своеобразный твой талисман, и появилась она наудачу.

Отец так умело и ласково обращался Блестяшкой, что я невольно спросила первый личный вопрос.

— Я вижу, вы животных любите, да?

— Люблю и знаю, ты тоже их любишь.

— Ага, — грустно выдохнула я. — Только мама мне не разрешала их заводить, а я так мечтала о карликовом пуделе в своё время.

— И это я тоже знаю. Тебе было одиннадцать лет, ты возвращалась с одноклассниками из школы и хвасталась им, что скоро тебе купят щенка, я шёл следом и решил ускорить процесс. На следующий же день подкинул вам под дверь собаку, постучался и спрятался возле лифта. Помню, чуть не оглох от того как ты визжала от радости, когда дверь открыла.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ярким всплеском отозвался в памяти этот эпизод из прошлого. После того, как нашла щенка, целых два часа летала в облаках от счастья, а потом целую вечность ревела.

— Тем же вечером мама унесла куда-то щенка. Она сказала, что нашлись его хозяева.

— Прости, — прошептал Игорь Алексеевич. — Лена и правда ему хозяев нашла, ты не думай, не выкинула.

— Не извиняйтесь, хоть и всего несколько часов, но моя мечта лаяла в моём доме, — сказала я и, выдохнув, добавила. — Спасибо вам за это.

У нас за спинами что-то грохнуло, и мы, вздрогнув, обернулись. Как выяснилось, это Дмитрий запустил книгу в угол комнаты.

— Я сейчас от голода сдохну, а вы только и можете шевелить языками, да истории слезливые рассказывать. Ну вас, вижу без меня дело с мёртвой точки не сдвинется. Принимайте подмогу, буду вами командовать.

Пусть Яматов не старается. Он не так есть хочет, как боится, что познакомившись с отцом, поговорю с ним, сближусь, проникнусь доверием и приму его предложение уехать.

Конкуренция - страшная сила. Даже Яматова может заставить взять в руки поварёшку с ножом. Предполагала, что Дмитрий терпеть не может проигрывать и уступать, но что настолько… Ему куда проще сбагрить меня Игорю Алексеевичу и просто подождать, пройду я испытание огнём или превращусь в угольки.

— Допустим, на командный пункт тебя никто не пустит. Прости, но место капитана кухни уже занято, а вот в юнги приму, — хмыкнула я и вручила Яматову луковицу. — Почистишь и нарежешь.

И я, и Игорь Алексеевич, и даже Дима понимали, что нарезанный лук мне нет необходимости добавлять ни в одно утреннее блюдо, но все промолчали. Яматов с важным видом покрутил овощ в руках и, соглашаясь с заданием, кивнул.

Дмитрий, не промыв луковицу под водой, положил её на разделочную доску и, замахнувшись, отрубил ей сначала один хвостик затем другой. Блестяшка, вытянув шею, понаблюдала за горе поваром и на всякий случай убежала из кухни. Потом Яматов ногтями снял с овоща шкурку и разрезал на четыре разных по величине дольки.

— Готово!

Дима произнес это с такой гордостью, а я старалась не засмеяться, но не выдержала и от души расхохоталась.

— Что не так? — потребовал объяснить мою реакцию Яматов.

— Дим, всё хорошо, всё так, не переживай. Просто не удивляйся, когда я сегодня на обед подам суп, а там будет плавать вот это, — показывая на здоровые куски лука и едва сдерживая смех, пояснила я.

— Я не хочу сегодня суп на обед, — прищурившись на своё художество на доске, заявил Яматов.

Когда в тарелках дымилась каша дубль два, и вместо глазуньи я поставила на стол омлет, мы жадно накинулись на еду. Яматов расправился с кашей и, выковыривая собой же оставленные скорлупки в омлете, обратился к Игорю Алексеевичу:

— У меня к тебе просьба. Съезди в город и купи Маше одежду, а то у неё кроме моего халата и тех вещей, что были на ней, когда я её сюда привез, ничего нет.

— А можно мне тоже поехать?! — оживилась я, и оба мужчины резко на меня с осуждением посмотрели. Но если отец промолчал, то Яматов высказался.

— Нет. Тебе что, мало приключений на попу?

Как по столу не треснул для весомости слов.

— Я же просто спросила, — обиженно пробубнила я и уткнулась в тарелку.

— Машенька, не переживай, я кулю всё, что захочешь, ты мне только список напиши и пожелания, — строго глянув на Дмитрия, очень мягко сказал мне отец. — А пока я не вернусь, у тебя есть время подумать, с кем ты останешься - с Дмитрием или со мной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Не успел Игорь Алексеевич закончить фразу, как Яматов подавился отпитым только что глотком кофе.

— Опять двадцать пять, — прокашлявшись, возмутился Дима. — У тебя пластинку заело?