Елена Звездная - Опасность кровного наследия

подходит, и как ты имела возможность убедиться, несмотря на заявления «Я на ней никогда не женюсь», Алар уже относится к ней как к собственности, а значит, мой расчет был совершенно верен.

Я же никак не могла забыть слова леди обо мне, которые она не стеснялась произносить до того, как увидела кольцо, и вот в связи с этим вдруг возник вопрос:

– Леди Тьер, а как вышло, что будучи истиной парой императора, вы стали женой лорда Тьера?

Усталый взгляд темных глаз, легкая улыбка на губах и сев удобнее, леди начала рассказывать:

– Я родилась на девять лет позже Анаргара, и с самого своего рождения была помолвлена с ним. Мы оба принадлежим к императорскому роду Анаргат, у нас схожая сила, одинаковое воспитание, ну и наши отцы слишком хорошо знали – сила в единстве. Так что выбор мне никто не предоставил, я всегда знала, что мой безупречно красивый, добрый, обходительный и очень галантный кузен станет моим супругом.

Тяжелый вздох и она продолжила:

– Не могу сказать, что я была чем-то недовольна – Анарг умел соблазнять даже взглядом, и я таяла от каждого его прикосновения лет с пятнадцати. Да уж, – усмешка, – единственное, что нас тогда удерживало от совместно проводимых ночей, это запрет налагаемый на всех леди высшего света – до восемнадцати нам запрещено даже думать об этом. – Леди Тьер вновь тяжело вздохнула. – Я была юной аристократкой, немного взбалмошной, немного безголовой и очень самовлюбленной. Мне бесконечно нравился мой будущий супруг, но… – улыбка, – я не пренебрегала вниманием лордов империи. Балы, прогулки, императорские охоты, ресторации… Я всегда была окружена поклонниками и как же мне это нравилось. Излюбленным способом покорения всесильных лордов, конечно, были ганцы о, сколько раз они теряли контроль даже не по завершению, в середине алетара.

Взгляд леди Тьер сделался мечтательным.

– Признания в любви, бесконечные комплименты, но в этом океане всеобщего восхищения имелась скала, не поддающаяся моему обаянию.

И почему-то я сразу догадалась:

– Лорд Тьер.

– Да, – она улыбнулась, – Рдаэн Тьер.

Она с таким чувством произнесла это имя, в этом было что-то восторженно-обожающее, какое-то бесконечное восхищение.

– Я ненавидела его! – почти с яростью. – О, Бездна, как же я ненавидела его! Каждый раз, когда все вокруг соревновались за толику моего внимания, состязались в остроумии, дабы вызвать мою улыбку, готовы были убивать, лишь бы прикоснуться ко мне… я знала – стоит обернуться и увижу чуть насмешливый взгляд темно-карих глаз. Неприступный лорд Тьер!

Резко выдохнув, леди Тьер продолжила:

– И когда приезжал Анарг, великолепный, обольстительный, галантный, предвосхищающий каждое мое желание – за его спиной всегда был Тьер. Я называла его «верный пес», а он лишь загадочно улыбался в ответ. Я устраивала ему пакости – он посмеиваясь избегал всех ловушек. Я приглашала его на танец, зная, что там мне нет равных, он неизменно отклонял все мои приглашения, используя банальное «Леди моих друзей неизменно не в моем вкусе». И как-то так вышло, что по ночам мои мысли занимал уже не Анарг, нет, я тратила девичьи мечты исключительно на изобретение очередной каверзы верному псу моего суженного. Ненавидела его. Всем своим сердцем.

Тихий смех, и почти горькое:

– Боюсь тебе никогда не понять, что значит, действительно кого-то ненавидеть, а я стала одержима этой ненавистью. Этим сжигающим изнутри желанием отомстить. И на балу в честь нашей с императором помолвки, мне удалось выманить Тьера на танец. Невестам не отказывают, а приглашение было выдвинуто при всех и в такой форме, что он просто не сумел отшутиться как поступал всегда. Ваер танец истинной срасти, он не осознавал, на что подписывался, пока не заиграла мелодия, и отступать было поздно. Л я, – грустная улыбка, – я не осознавала, что подписала приговор не ему, скорее себе. Я так наивно полагала, что смогу унизить его перед всеми, просто унизить и доказать Анаргу, что его друг не так безукоризненно-безупречен как он и все остальные полагали. И я, начала танец коварной соблазнительницей, в столь близком соприкосновении с партнером, что не заметить его желание было бы сложно. Ликование! Каким же невероятным было мое ликование в середине танца. Я поняла, что нравлюсь ему, что oн, как и все, желает меня, что он все же попал под влияние моих чар и когда струнные утихли – я прочла в его взоре признание о полном

и абсолютном поражении. Я победила… В тот краткий миг я была победительницей и не посчитала нужным скрыть свое ликование. Его взгляд изменился в то же мгновение, предоставив мне возможность убедиться в легендарном самоконтроле Тьера. А потом вступили ударные – началась его партия.

Судорожный вздох и почти шепотом:

– Он только начал, а я вдруг поняла, что не желаю, чтобы он останавливался. Он касался, с такой нежностью, а я таяла от каждого прикосновения, словно сгорала в огне. Единственным отступлением от норм танца, было его ласковое касание пальцами к моей щеке, но я потянулась за его ладонью, как домашняя кошка… Стали ли наши чувства очевидными для окружающих? Он свои скрыл, подтвердив репутацию самого сдержанного из темных

лордов, а я не сумела. И когда танец завершился, я смотрела на него широко распахнутыми влюбленными глазами – а в его взгляде читалась лишь прежняя чуть снисходительная насмешка. В тот момент мне хотелось умереть.

Она замолчала, потом продолжила:

– Равнодушие всегда ранит, равнодушие любимых – убивает. И глядя как он уходит, спокойный и уверенный в себе как и прежде, мне оставалось лишь повторять про себя «Я Тангирра Анаргат, я блистательная Тангирра Анаргат». И я заставила себя улыбаться. Улыбаться, смеяться, флиртовать со всеми и каждым, не могла лишь смотреть на наследника. Анарг все понял. Абсолютно все понял, а может, понимал и раньше, что за моей лютой ненавистью скрывается совсем иное, гораздо более сильное чувство. Не понимала только я.

Снова пауза, чтобы собравшись с мыслями, продолжить:

– В тот же вечер, как символ помолвки, Анарг подарил кольцо своего рода, – леди протянула ладонь, позволяя мне рассмотреть артефакт, – в тот миг, когда кольцо было надето на мой палец – камень стремительно почернел. Почернел… – она протянула это слово, с какой-то затаенной яростью. – Все вокруг открыто выражали восторг и восхищение, бурные овации, слова напутствий от наших отцов. Знаешь, никогда прежде, брак заключенный представителями рода Анаргат не был истинным. Такого не ожидал никто… А я стояла, смотрела на почерневший камень и мне хотелось завыть от отчаяния. К сожалению, оборотней в роду не наблюдалось, так что мечты оказались несбыточными, и мне не оставалось ничего иного, кроме как начать подготовку к свадьбе.