Нэнси Хольдер - Наследие

Великан в леопардовой шкуре стал показывать зрителям свою невероятную силу: поднял над головой двух старателей вместе с табуретками, согнул лопату и завязал узлом железный прут.

— Утром, днем и вечером Силач Шандор принимает три столовые ложки моего эликсира жизни! — объявил доктор Деверу. — Всего один доллар, и флакон ваш!

— Пап, и нам тоже надо купить, — сказала Джинни.

— В другой раз. Целый доллар — это дороговато.

Старатели охотно покупали средство. Кое-кто начал принимать его сразу же, не откладывая в долгий ящик.

— А теперь, друзья мои, смотрите и удивляйтесь! Сейчас я продемонстрирую вам чудеса магии! — воскликнул доктор Деверу.

Он хлопнул в ладоши, щелкнул пальцами — и его руки окутались пламенем. Все ахнули. Доктор взмахнул руками над головой, и в небо взлетел огненный столб.

Питер захлопал глазами. Джинни опять восхищенно вздохнула.

— Папа, как это у него получается?

Огонь погас, Деверу поклонился, и старатели оглушительно захлопали. Прекрасные ассистентки кружились, делали реверансы. Доктор указал на девушек, и те с очаровательными улыбками медленно поднялись в воздух. Они взлетели высоко над фургонами, порхая словно бабочки.

Наступила тишина. Все замерли как громом пораженные.

— Это проволока, — шепнул Питер.

Джинни наклонилась к нему.

— Не волшебство?

— Конечно нет, — ответил он, помедлив, будто сам не верил своим словам.

Девушки спустились на землю. Старатели захлопали, принялись топать ногами, кричать, свистеть, улюлюкать.

— Благодарю, джентльмены! — Доктор Деверу сорвал с головы цилиндр и приложил его к сердцу. — А теперь обратите ко мне свой слух. Я поведаю вам, какие чудеса творит мой эликсир. С ним вы излечитесь от любой болезни, как по волшебству. Однако все это — плоды науки, друзья мои. Никаких эльфов и цветочных фей! Только наука открывает нам новые горизонты с такими чудесами, как мой патентованный эликсир жизни!

Ассистентка порхнула к нему с флакончиком из зеленого стекла. Она подала бутылочку доктору, словно это был драгоценный камень.

Деверу вынул пробку и поднес бутылочку к губам.

— Эта жидкость придаст вам силы десятерых! С ней шевелюра станет гуще, а в глазах появится блеск!

Он сделал глоток, обнял девушку за талию и легко поднял ее над головой, а сам тем временем сделал еще один глоток.

— Да, джентльмены! Мой патентованный эликсир наполнит вас жизнью!

Доктор поставил девушку, спрыгнул на землю и подошел к фургону сзади. Присев, он оторвал повозку от земли.

— Папочка, — шепнула Джинни, — разве такое бывает?

Питер засмеялся.

— Это все фокусы, — сказал он недоверчиво.

— Сними меня, — попросила девочка. — Мне не нравится, что меня видит.

— Он тебе ничего не сделает, — успокоил отец.

Она помолчала и добавила:

— Папа, он такой сильный, что мог сломать дамбу.

— Джинни, — прошептал Питер. — Бедная моя девочка!

И вдруг доктор посмотрел прямо на нее. Взгляд его черных глаз был как пощечина. Деверу прищурился, сдвинул брови… Ни дать ни взять сам дьявол — только и ждет, чтобы сцапать ее и съесть.

Девочка прильнула к отцу и закричала:

— Папочка, забери меня отсюда!

На них стали оборачиваться. Старатели усмехались, глядя на испуганную малышку, будто сами они, взрослые, рассудительные мужчины, только что не глазели на трюки доктора Деверу, как малые дети.

— Не бойся, девочка. Это всего лишь представление, — прошамкал морщинистый, седой старик и похлопал Джинни по коленке. Девочка вздрогнула, будто ее обожгло.

— Папочка! Ну пожалуйста!

Она вырвалась и юркнула в толпу.

— Джинни! — крикнул Питер и стал протискиваться между зрителями, бормоча: — Простите. Извините, пожалуйста. Джинни!

И куда она только успела подеваться? Никто ее не видел. Питер весь лагерь обыскал. Представление шло своим чередом, новые покупатели выстраивались в очередь за эликсиром. Несчастный отец запаниковал.

— Вам помочь? — наконец спросил доктор.

Он продал последнюю бутылочку средства. Ассистентки ушли в фургон, а силач в леопардовой шкуре сидел на козлах, уплетая за обе щеки жаркое.

— Я везде смотрел, — признался Питер, вытирая пот со лба.

Он встретился взглядом с доктором и замер, приоткрыв рот.

Голова закружилась. Да что там голова. Ему стало так плохо, будто он заболел. Глаза Деверу… Они были совсем черные. Если смотреть в них долго, тогда… тогда…

Питер встряхнулся, приподнял шляпу и быстро сказал:

— Благодарю вас, сэр, я сам разберусь.

Доктор величественно кивнул.

— Как хотите, мистер…

И до самой смерти Питер не мог понять, почему ответил:

— Кавендиш. Мартин Кавендиш.

— Кавендиш, — медленно повторил Деверу. — Приятно познакомиться.

Он еще раз приподнял цилиндр.

— Если вам понадобится помощь, смело обращайтесь ко мне. Мы с труппой остановимся неподалеку от лагеря.

— Спасибо за предложение, сэр.

Питер кивнул и отошел. Он нутром чувствовал подвох. Неизвестно почему, но на Деверу он взглянуть не мог без содрогания. Лучше было убраться отсюда побыстрее.

Джинни. Она прячется в фургоне. Внезапно он почувствовал это с такой же уверенностью, с какой понял, что девочка не зря испугалась доктора. Что-то здесь было не чисто. Им грозила беда.

Не оборачиваясь, Питер зашагал к своей повозке. Вскочил на сиденье, схватил вожжи. Вот хорошо, что лошадей не распряг!

— Джинни? Ты тут? — позвал он через плечо.

— Тссс, — шепнула девочка. — Он услышит!

— Все будет хорошо. Поехали.

Он стегнул лошадей. Деверу как раз садился в свою повозку. Приподняв шляпу, он поглядел вслед фургону. В темноте лица было не разглядеть, но Питеру представилось, что в глазах доктора горит неутолимая злоба. Катерса неизвестно почему бросило в дрожь, но он, как ни в чем не бывало, дернул вожжами и крикнул:

— Ийи-х-ха!

Лошади пустились галопом, и повозка исчезла в ночи.

«Не остановлюсь, пока до Сиэтла не доедем», — подумал Питер.

Доктор Деверу, которого на самом деле звали Поль Деверо, проводил взглядом фургон Кавендиша. Почти неразличимый в темноте шарабан, чьи деревянные борта освещали одни лишь звезды, увозил весьма любопытный груз: мужчину и девочку. В ее жилах текла ведовская кровь. Деверо чувствовал это, как если бы девчонка пахла как-то особенно.

Кавендиш. Надо запомнить эту фамилию.

Прошло несколько месяцев. Он путешествовал, устраивал представления и продавал свой эликсир. В Сан-Франциско его нашло письмо от друзей из Верховного ковена, которые хранили верность дому Деверо и не отказались бы свергнуть нынешних правителей. Муры по-прежнему сидели на троне и грозили недругам своей властью над временем сновидений, в тайны которого проник старый сэр Ричард, правитель Земли Ван-Димена.