Тень для Великого - Дарина Энглас

Вэлмор знал про магистров боли. Это были жрецы, выбравшие для откатной магии, редкий путь боли. Но в основном страдало тело и внутренние органы. У Вэлмора же руки и лицо. Магия словно издеваясь над ним, за половину цикла изменила его до неузнаваемости.

Таких жрецов — магов иногда призывали для казни последователей темного культа.

— плачу за себя и моего спутника.

Вэлмор положил в протянутую шапку монеты.

— Я староста Ллой, там в повозке моя жена Гирэ и внучка. В соседней повозке две женщины из Урида. Одна болеет, не разговаривает. Кулик и Давр с сыновьями и женами. По пути присоединится ещё одна семья. Чтож путь не близкий, но думаю за квадру объедем все храмы и вернёмся в столицу. На все про все двенадцать седьмиц.

— Трогай!

Глава 27. Киллиан

Я сидела на краю обрыва разглядывала воды реки Веселухи и невесело размышляла.

По моему совету мастер Ась купил серого крана устроить для меня экзамен и уже через половину квадры, тот распался на двух других. Мастер был очень мной доволен и разрешал их иногда пасти, чем я с удовольствием пользовалась, чтобы как раньше побродить по просторам.

Выходить приходилось за город, а там через посевные поля, к изворотливой речке. Здесь на бескрайних полях мне становилось полегче. Или наоборот я плакала, чтобы никто не видел.

Как же я была наивна, полагая, что мне так просто удастся устроится на службу во дворец.

Мастер Ась мне приличных прогнозов не ставил. Максимум на что я могла рассчитывать, это быть донором магии для других, более одаренных магов. Но и на это мой резерв казался слишком скудным. Скорее всего направят лечить кранов или ещё какую нибудь живность при дворце. Там я навсегда осяду на скотном дворе и вряд ли смогу найти родителей. И это в том случае. Если менталисты не разглядят во мне девушку и не заблокируют магию. А если узнают, что я жена Великого, то вообще не известно какие будут последствия. Могут назад, в Скалу отправить.

Эх магия моя и почему ты такая слабая?

И всё же, несмотря на это, я полюбила эти силы внутри себя.

Чувствовать как в тебе, в начале звенит струна, натягиваясь все сильнее. Затем по телу пробегает невидимая дрожь и через руки освобождается энергия, которая своей силой преображает материю. Я могла только догадываться, что ощущают сильные маги. Или сам Великий! И понимала, почему они согласны терпеть боль и лишаться потомства, если не могли себе позволить тень. Существовал ритуал отказа от магии, но никто и никогда добровольно не шёл на это.

Внезапно тихо завибрировал мой артефакт связи, что висел на шее, вместе с защитным амулетом. Оглянувшись по сторонам и никого не увидев я сняла его и настроив включила. Это был Ро.

— Дала Киллиан светлой Дары вам.

Мы не связывались с ним очень давно и я надеялась, что он меня беспокоит по делу.

— Нашли ваших родителей. — произнес он и я едва сдержала крик, вскинув руки к груди.

— А где ваш амулет защиты? — пораженно спросил слуга проследив за моими руками. — Вы обещали всегда его носить.

— Не волнуйся Ро, он привязан к артефакту связи. Поговорю с тобой и одену назад. Так где они?

— Уехали в Перфирию. Маленький городок на юге страны. У них своя мельница и несколько десятков кранов. Ты легко сможешь их найти.

— Спасибо Ро, это новость самая счастливая для меня.

— А как твой муж, знать не хочешь? — неприятно ощерился слуга.

Я замолчала на несколько секунд, затем ответила.

— Думаю у него всё хорошо и он как всегда занят интересным делом.

— За половину цикла он не сделал ни одного артефакта. Правители в недоумении, совет в ярости. Все ждут. Он пропадает в своей лаборатории день и ночь. Не спит. Плохо ест и ужасно выглядит.

— Зачем вы мне это говорите? — еле слышно произнесла я.

— Прошу вас дать ему шанс и вернуться. Он тоскует…

— Если бы ему нужен был шанс, то он бы мне сам об этом сказал. Прощайте Ро.

Я отключилась, не став дослуживать все, что пытался выкрикнуть мне напоследок слуга. Обида вновь опалила моё сердце. Если быть честной, то я тоже скучала за ним. И тосковала. Не хотела этого, но ничего не могла поделать. Только о том, чтобы вернуться не могло было быть и речи. Зачем? Никто ведь не звал.

Следующие несколько дней я потратила на сборы. Объявила мастеру про отъезд и распрощалась с ним. Отпустила прислугу, выдав им оплату и даже несколько серебрушек сверху. Оставила только возничего. Путь был не близкий, пришлось брать повозку.

Выехали на заре и спустя пару часов покинули гостеприимный Куршон. Останавливались на ночлег в дорожных тавернах, мы постепенно продвигались на юг туда, где Опса граничила с ничейным землями.

В пути мы были уже почти три седьмицы, когда однажды, ночью подъехали к одному из старых храмов.

— Дал Кил, — заявил возничий — на ночь остановимся здесь. Ни деревень, ни городов по близости нет. Это лучше, чем спать под открытым небом прямо в поле.

— Хорошо Ганек — ответила я — надеюсь нам место найдется.

Возле храма, помимо нас стояли ещё три повозки, а рядом паслись краны. Двое мужчин одетых как паломники, беседовали возле затухающего костра.

— Храни вас Чан — пожелал мой возничий — мой Дал спрашивает, можем ли мы присоединится на ночлег и есть ли в храме место для нас?

— В храме Богини всегда есть место для путников. Откуда путь держите?

— Из столицы. Едем в Перфирию.

— А мы совершаем паломничество. Хотим посетить пять храмов белой Богини. Этот вот второй. Вы можете с нами проехать часть пути. Третий и четвертый храмы находятся по дороге в Перфирию. Потом мы свернем на восток. А вам на юг.

— С удовольствием присоединимся, так намного безопаснее. Слышал появились разбойники.

— Пользуются тем, что прорывы черников участились и магистрату некогда ими заняться. Вот и бесчинствует. — вздохнул один из мужчин.

Второй повернулся ко мне.

— Пойдёмте Дал, покажу вам где можно прилечь. Комнаты отдельно нет, этот храм один из небольших. Но мы подвинем наших братьев и всем места хватит. Есть ли у вас с собой матрасы?

За меня ответил Ганек.

— Есть, есть. Ты место покажи, а я постелю Далу.

В храме многие уже спали. Люди умаялись от тряски в повозках и от долгой ходьбы. Храм был круглый и имел всего одну большую