Верховная ведьма. Любовь сквозь ненависть 2 - Валентина Игоревна Колесникова

class="p1">— Я думала, что ты умер, — слезы вновь текли по щекам, остановить это было невозможно.

— Я тоже так думал, — тихо шепнул в ответ гном, — я рад, что Вельзевул нашел меня и не жалею о своем выборе.

Зел нашел? Но почему? Я думала, что Адольф сам добрался до арены, хотя… Как бы он смог это сделать, если изначально не был посвящен в детали плана Ярна.

Я невольно посмотрела на демона, который самозабвенно спорил с Саяром. Он получал от всего происходящего истинное наслаждение, но я не понимаю причины его поступков.

Он спас меня из жалости? Или из-за того, что благодаря мне в будущем сможет насобирать еще больше невинных душ?

Я не понимала Вельзевула, но и не должна была. Он демон, он сам по себе и не вмешивается, так? Он знал мою маму, он знал, кто мой отец.

Он все знал!

И просто смотрел.

Теперь я понимаю: его слова о том, что он наблюдает за всем со стороны, имеют куда более глубокий смысл.

— Что ты знаешь, Адольф? — тихо спросила я, смотря на гнома. Он держал мою руку, не отпускал ее, словно молил о прощении.

— О многом я могу лишь догадываться, — говорить гному было трудно, он растягивал слова, делал паузы, — но я знаю, что Ярн был сильно в тебя влюблен. Появление Вэя все изменило. Раньше я не задумывался, но теперь некоторые его действия кажутся мне странными. Когда наш отряд сформировали, он и Санн постоянно отправляли доклады. Бесконечное множество, но потом Ярн прекратил это делать. Он стал во многом тебе помогать и иначе относиться к твои промахам. Он влюбился…

— А потом появился душка Вэй и все испортил, — хмыкнул Зел, — какой плохой раманш! Прям бесит всех, сил терпеть нет! Что, даже так не получилось спровоцировать? Как скучно с вами стало.

Все молчали, даже головы в сторону Зела не повернули, что дико обидело демона.

— С появлением Вэя изменилось все, — Адольф зашелся кашлем, — Ярн не хотел тебя предавать, но стоило ему понять, что ты влюблена, как его разум просто сломался. Дикая ревность поглотила его целиком.

— И не достанься же ты никому! — вновь хмыкнул демон.

— Вы правы, — подтвердил его слова Адольф, — это объяснение очень подходит. А что по поводу Санн — ты ей нравилась, но…

— Долг превыше всего! — вновь Зел перебил гнома, но даже так на него никто не отреагировал.

— Да, именно так, — вновь подтвердил Адольф, — она боялась, что раманш ее раскроет, но так же она понимала, что Вэй находится в связи и это заметно его ослабило.

— Мне тебя так жаль, ты столько пережил, бедный Адольф! — на этот раз слова демона эффект произвели. Даже Саяр вылупился на него, словно произошло что-то из ряда вон выходящее, — ну хоть так обратили на меня внимание! Свершилось чудо, демона заметили!

— Вэй, ты ведь знаешь его слабое место, да? — тихо спросил Норвэн, изучая Вельзевула своим особым кровожадным взглядом.

— Знаю, — тихо подтвердил раманш и вот тут Зел забеспокоился по-настоящему. Было видно, что он не претворялся, обижено надул губки, заерзал на стуле и глянул на раманш как на предателя, — но пока не скажу.

— Я думаю, мы друг друга поняли, — тихо ответил маг, — по крайней мере в этом моменте.

На этом их разговор закончился. Я не понимала, как Вэй может так легко говорить с Норвэном, когда меня воротило от одного его вида.

Да уж, родителей не выбирают, верно? Любовь у них была? Сбежать хотели?

Хотели, но не вышло.

Были другими, скрывая тьму в своей душе, но потом показали все, на что способны.

А я такая же?

— Такая же, — холодно сказал Саяр, наблюдая за мной. Видимо, я слишком громко думаю, — ты такая же. Мы все такие же и понять, способны ли переступить ту самую грань, можем только тогда, когда к сердцу приставят кинжал. Тогда я был другим человеком. Тогда, когда узнал, что ты жива и здорова, я принял решение. Повторю еще раз — ты не несешь ответ за мой выбор, ты не обязана меня принимать и тем более любить. Ты можешь встать и уйти в любой момент, как и все, кто здесь присутствует. Глядя на тебя, я убедился, что больше не обязан служить, защищая тебя. Это были мои оковы, возведенные мою лично, и они наконец пали.

— И на кого будет направлен бушующий в тебе гнев, солнышко? — промурлыкал демон, видя, как разгораются фиолетовым пламенем глаза мага.

— На тех, кто сделал меня чудовищем.

— Ты сам сделал себя таким, — заметил Вэй, — хоть изначально твои намерения были благородные.

— Этого я тоже не отрицаю, — маг не разозлился на слова раманш, более того, он был с ними полностью согласен, — а также то, что каждый из нас в этом зале та еще тварь. Верно говорю?

Молчание было ответом.

Нам всем нужна была тишина. Кратковременная, беззвучная тишина, как глоток воздуха.

Думать я уже не могла. И как бы ни отвратительно это признавать, я просто сдалась. Сидя рядом с Адольфом, держа его за руку и смотря на то, как гном не выдержал и уснул, я не могла думать о будущем.

Я просто не видела этого будущего.

— Вот так гаснет пламя, — Саяр нарушил молчание, — твои глаза больше не пылают жизнью. Они потускнели. Ты сдалась, Сэрех. Ты — верховная ведьма, которая уже почти дошла до конца.

— Она не сдалась, — говорить сил тоже не было, поэтому Вэй взял эту ответственность на себя, — она простой человек, которому, как и всем нам нужен не просто отдых, а план. Четкий и продуманный.

— Вижу, у тебя есть идеи? — заметил маг, не способный сдержать ухмылку. Он жаждал крови, а я уже утонула во всем этом по горло.

— Да, но моя идея вряд ли понравится Сэрех…

— Говори, — мой голос меня подвел, он не просто дрожал, он осип. Говорить было трудно, горло саднило, а перед глазами все поплыло. Слушать раманш было тяжело, но еще сложнее было принять то решение, которое он предлагает, глядя мне прямо в лицо.

Да, у него был отличный план, в результате которого правитель Эрмера умрет, а вместе с ним и альры. Вот только маленькое, но очень весомое дополнение к этому плану окончательно вбило гвоздь в крышку моего гроба.

— Я не проживу и года, — по щекам текли слезы, я смотрела на Вэя, испытывая лишь одно желание — спать. И чтобы меня оставили в покое.

— Со мной — проживешь, — уверенно заявил раманш, — тебе нужно спать. Много