Мой любимый Киборг (СИ) - Анна Кривенко

* * *

Адмирал Йохан Майрус

— Адмирал! Срочное донесение! Внутри звездолета из ангара № 17 что-то происходит! Камеры внутри не работают, но там, очевидно, зажглись огни! Похоже, бортовая система корабля подключилась!

Я вскочил на ноги.

— Быстро! Отряд особого реагирования! Оцепить звездолет! Шлюзы задраить! Тревога в корпусе номер 7!!!

— Слушаюсь, сэр!..

Не просто киборг…

Руэль

Кажется, я вспомнил, что боль бывает разной. Иногда она легкая, ноющая, надоедливая, но вполне сносная, если к ней привыкаешь. Но иногда она острая, как клинок. Иногда она режет быстро и беспощадно, прорезая ткани сердца до самой глубины…

Да, я вспомнил о такой боли. Почему «вспомнил», а не «познал»? Потому что когда-то я уже испытывал подобную боль, вот только это было слишком давно, и я ничего не помню…

Сегодня же это воспоминание вернулось ко мне с удвоенной силой.

Я не спал: киборги не спят, но мои системы были частично выключены. Исида пошла в душевые прямо посреди ночного времени суток. Вслед за ней встал Макс Беллен. Первым моим порывом было поспешить вслед за ними, потому что острое и жгучее чувство, которое я классифицировал, как «ревность», обожгло мою внутренность.

Но потом я задумался. Задумался о том, о чем размышлял в последние три дня…

Я киборг! Я создан искусственно. Я вовсе не человек. И хотя я не знаю, кто меня создал и почему я способен чувствовать, но… я понимаю, что Исиде лучше не любить меня. Это не рационально для нее. Это не выгодно для нее. Это не принесет ей того, что живые люди в этом мире называют счастьем. Она хочет семью, и я это знаю. Она хочет в будущем иметь детей, и это мне тоже известно. Ей нужен живой мужчина, а не искусственный.

Макс Беллен живой человек. Он — лучше, чем я…

Я думал об этом, лежа на своей койке, но упорные сигналы чувств пульсировали внутри, заставляя меня быть напряженным и скованным. Мое рациональное мышление сделало очень правильные выводы. К этим выводам стоит прислушаться. Но чувства противятся моему разумному рационализму, и мне тяжело их сдержать…

Не смог. Не сдержал. Не думал, что они настолько сильны.

Телепортировался непроизвольно и очутился прямо в душевых.

Макс сжимал Исиду в объятиях и страстно ее целовал. Она не отвечала, а скорее, шокировано осмысливала его поступок, но мне вдруг стало больно, как никогда. Кинжал боли вошел вовнутрь сердца по самую рукоятку, а потом его словно провернули, выворачивая сердечную плоть едва ли не наружу.

Исида увидела меня. В ее взгляде был страх.

Боль затопила меня, несмотря на мой железный рационализм. Все-таки чувства — это что-то ужасное, властное, подчиняющее без остатка!

Будет лучше, если Исида полюбит ЖИВОГО человека, ведь я не более, чем просто машина. Но скорбь мою никто отменить не мог…

И я сбежал. Непроизвольно потянулся к чему-то СВОЕМУ, родному, и очутился в СВОЕМ звездолете. Внутри…

Я до этого только лишь остро ОЩУЩАЛ его, но сейчас, наконец-то, увидел.

Это было так странно! Экраны, ниши, повороты коридоров — все было мне до боли знакомо. В прошлом я уже когда-то прикасался у этой панели управления и летел сквозь пространство, прорезая космос гиперпрыжками. Я знал, для чего здесь нужна каждая деталь, но все это словно происходило со мной в другой жизни…

Вдруг темная стена передо мной резко вспыхнула, заиграла огнями, пробежала рябью, и внутри моей головы прозвучал тихий знакомый голос:

— Приветствую вас, принц Руэллианин Маррашанелл Синоарим! Рад видеть вас в добром здравии!

Это был голос ПРОВОДНИКА. Да, так звали это искусственное существо, ставшее частью моего звездолета, но в то же время оно было и частью меня самого…

— Приветствую тебя, Проводник! — проговорил я вслух и понял, что говорю на языке, которого нет в базе данных Иширского Альянса Планет.

— Принц Руэллианин Маррашанелл Синоарим! Позвольте доложить вам обстановку… — начал Проводник, но я поднял руку, останавливая его.

— Повтори мое имя, — прошептал я осипшим голосом всё на том же, очевидно, для меня родном языке…

— Принц Руэллианин Маррашанелл Синоарим… — послушался Проводник, а я… погрузился в какой-то транс…

Небо с фиолетовым оттенком и с белыми пузатыми облаками. Деревья высокие, раскидистые и очень редко — зеленые. В основном, желтые, иногда красные, с большими мясистыми листьями и широкими изогнутыми стволами…

Земля похожа на глинистую, немного оранжевая, но встречается и ярко-вишневая, как будто на тропинку кто-то вылил вишневый джем…

Воздухом дышать легко, радостно — не надышишься! Светило, сияющее над головой, ласковое, не пекущее, потому что над планетой купол…

Планета Нуэррани Мрритенно Диимора, что означает Ласковая Мать Всех Живущих… Мое сердце трепещет в груди. Моя Ласковая Мать… Я чувствую глубокое единение с планетой и со всеми живущими на ней существами…

Навстречу бежит девушка. Ее зовут Зора… Дальше имени не помню. Она улыбается мне, протягивает руки. Ее длинные золотистые волосы струятся до самых колен, а большие серебристого цвета глаза наполнены счастьем.

— Руэль! — кричит она мне. — Ты же не пропустишь сегодняшнюю встречу с послами Саалона???

СААЛОН!!!

От одного только этого слова все резко изменяется. Меня начинает трясти. Красота окружающего мира полностью исчезает, превращаясь в почерневшее небо, выкорчеванные деревья, ярко-алую землю от пролитой на нее крови…

Предательство… Смерть… Уничтожение…

И я, умирающий, лечу в звездолете совершенно один. Потому что, кроме меня, не осталось вообще никого…

Принц? Уже не принц! Потому что править больше не над чем…

Я вынырнул из этих образов так резко, что зашатался и едва устоял на ногах… Внутри все раздиралось от боли. На сей раз боли потери, боли поражения…

Кто же я все-таки? Воспоминания все еще туманны и почти ничего не объясняют. Некогда моя родная планета, уничтоженная цивилизация…

Выходит… я не просто киборг. У меня есть имя!!!

И хотя в душе все еще горели болью ужасные воспоминания о трагическом прошлом, перед глазами вдруг всплыла Исида.

Сердце дрогнуло, все внутри сжалось. Я вдруг понял, что еще никогда — даже в той своей туманной прошлой жизни — не испытывал ни к кому такого острого чувства, которое горело в моем сердце к ней. Это было что-то особенное. Что-то, что росло с каждым днем, несмотря на все мои попытки мыслить рационально.

У людей это называется «любовь». Она такая сильная! Она такая беспощадная!

Но… теперь я знаю, что я не столь ничтожен, как думал ранее! У меня есть имя! И у