Дженнифер Руш - Измененный

В дверях он остановился.

— Какой цвет ты бы выбрала?

— Что? — не поняла я.

— Когда я пришел, ты смотрела в окно.

"Для рисунка", — вот что он не сказал. — "У тебя было такое выражение лица, словно ты рисуешь".

Вернулось жжение в носу, взгляд затуманился. Казалось, прошла вечность с того момента, когда мы в последний раз обсуждали погоду и внешний мир, и какими бы красками я его рисовала. Я скучала по этому. Очень сильно скучала.

— Лавандово-серый.

Сэм кивнул и отвернулся.

— Спокойной ночи, Анна.

— Спокойной ночи.

Я выдохнула с облегчением, услышав, как он спускается по лестнице. До этой секунды я и не осознавала, как сильно хотела, чтобы он мне доверял. Неважно, через что нам придется пройти, я всегда буду на его стороне. Всегда. Даже если это меня убьет.

На следующее утро я проснулась поздно. В доме стояла мертвая тишина. Я прикрыла глаза рукой, защищаясь от падавшего в окно солнечного света. Голова раскалывалась. Путь вниз по лестнице был бесконечным, каждый шаг — мучительным. Все суставы при движении хрустели. Я чувствовала себя так, будто прошла недельные курсы по боевым искусствам.

На кухне я прошла мимо Трева, едва заметив его. Достав из шкафчика пузырек с жаропонижающим, проглотила две таблетки.

Обернувшись, я увидела Трева всего лишь в футе от себя.

— Ты в порядке?

— Нет. Скверно себя чувствую.

— И выглядишь так же.

Мне удалось разлепить веки, чтобы сердито посмотреть на него.

— Вот спасибо. — Я хотела обойти его, но он остановил меня, схватив за запястье.

— Иди сюда. — Он обнял меня, и я мгновенно растаяла. Он пах чаем и сосновым соком, вероятно потому, что собирал дрова. Я замерла, наслаждаясь тем, как уютно и привычно мне рядом с ним.

— Где все? — спросила я приглушенно, уткнувшись ртом в его свитер.

— Сэм на пробежке. Кас и Ник в гараже возятся с генератором. Что-то замкнуло прошлой ночью.

Я отстранилась.

— А ты? Что делаешь ты?

Прядь черных волос упала ему на лоб.

— Я? Ухаживаю за тобой.

Я вздохнула.

— В этом нет необходимости. — Заглянув ему за плечо, я увидела, что стол покрыт листами бумаги. — Что это?

— Сэм большую часть ночи занимался этим.

Я плюхнулась в кресло и взяла один лист. Бумагу заполняли неразборчивые каракули, написанные почерком Сэма. Ни одна из записей не была мне понятна.

Трев встал и, повозившись в кухне, вернулся через минуту с кружкой в руке.

— Выпей.

— Спасибо.

Я отпила осторожно, ожидая кофе, но это оказался свежезаваренный зеленый чай. Я пила его только когда болела. Папа заваривал кружку, используя листовой чай и маленькую металлическую сетку с цепочкой на конце.

"Твоя мама любила делать это старомодным способом", — говорил он.

Трев сел на стул рядом со мной.

— Я всего лишь вытащил чайник из камина. Это не то же самое, что приготовить чай на плите — по мне, так на вкус как сгоревшее дерево, но что-то лучше, чем ничего.

— Идеально. Спасибо. — Я взяла в руки записи Сэма. — Он расшифровал код?

— Ага, — Трев вытащил из стопки лист. — Вот что он успел расшифровать.

Наверху страницы был набор букв. Много "X" и "I" и несколько других. Затем внизу: "Ищи доказательства в порту Кадия. Используй шрамы и татуировку, чтобы найти местоположение. Ты найдешь его — на татуировке отмечено место. От указанного места это будет третье дерево, шестьдесят шагов к северу.

Распахнулась задняя дверь, и вошел Сэм, его темные волосы блестели от пота. Вытерев лоб рукавом, он исчез в кладовой и через секунду вернулся с бутылкой воды.

Я помахала листом бумаги.

— Ты разгадал шифр. И что теперь?

Прежде чем ответить, он беглым взглядом осмотрел мое лицо. Я не потрудилась посмотреться в зеркало и сейчас гадала, действительно ли выгляжу так ужасно.

Я чувствовала, что мое лицо опухло, и была уверена, что, пока спала, у меня появились новые синяки.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Прекрасно.

Я снова помахала листком.

Трев поднялся.

— Раз ты вернулся, пойду и я пробегусь.

— Ты с телефоном? — спросил Сэм. Трев похлопал по карману. — Будь настороже.

Кивнув, Трев вышел через переднюю дверь. Сэм сел во главе стола, так сильно сжав бутылку, что она смялась.

— Первая часть какая-то бессмысленная, поэтому не знаю, правильно ли я ее расшифровал.

— Как ты думаешь использовать шрамы и татуировку? Может, ультрафиолетовый свет…

Он покачал головой.

— Кас осмотрел меня сегодня утром.

Я ссутулилась, расстроенная. Не только потому, что он не нашел ответа, а потому что он не попросил меня осмотреть его. Хотя, может, на этой стадии он хотел, чтобы его осмотрели более тщательно, что, вероятно, означает…

Я покраснела от этой мысли.

— Но ты знаешь, куда мы должны отправиться, — сказала я, расправив листок бумаги перед собой. — Порт упоминался в твоем файле. Кто бы не писал те записи, он, должно быть, имел в виду порт Кадия, так ведь?

Сэм отодвинул в сторону бумаги и облокотился о стол.

— Возможно. Но я не могу ехать туда, не зная, где искать. — Он потер лицо руками. — В первой части может быть предупреждение. Мне нужен четкий план, прежде чем выдвигаться.

Я смотрела на перемешанные буквы вверху страницы. "X" и "I" казались смутно знакомыми, но я никак не могла понять, почему. Чем дольше мы будем расшифровывать первую часть сообщения, тем ближе будут к нам Коннор и Райли.

Глава 23

Я посмотрела на висевшие над камином часы. Прошло шесть часов с тех пор, как я приняла последнюю дозу обезболивающего. Я провела большую часть дня в удобном кресле в гостиной, делая новый набросок Трева, анализируя свои заметки о парнях и перечитывая отрывки из маминого журнала.

Один из самых первых рецептов, который она добавила в книгу, назывался " Ужин на двоих в дождливый вечер". Это была запеканка из тунца, и рецепт вроде был нормальный, но мама в конце приписала:

"КАТАСТРОФА. Артуру ужасно не понравилось".

Папа. Такое ощущение, что я недели с ним не общалась. Я даже не знала, позаботился ли он о своей ране, выписали ли его из больницы. Я все еще волновалась о доме. Кто будет заниматься им, когда меня нет? Необходимо собрать и выбросить в лес листья. Достать из гаража зимний ковер и постелить его в прихожей. Окна в гостиной должны быть подготовлены к непогоде. Вспомнит ли папа, что все эти вещи нужно сделать ему самому?

Мне очень хотелось позвонить ему, услышать его голос, узнать, что у него все хорошо.