Стихийный мир. Морской эмир - Сильвия Лайм

— Мои слуги ищут тебя до сих пор, — ответил он, нахмурившись и убирая прядь моих волос куда-то назад.

От этого движения я вздрогнула и невольно зажмурилась. Но все же спросила:

— И никто не сумел найти девчонку, которую унес морской конек-переросток?

Тиррес нахмурился.

— Все магнумикусы жестко привязаны к своим хозяевам, — проговорил он. — Тебя не мог унести ни один из них, они не подчиняются чужим приказам.

— Да, это я заметила, — фыркнула в ответ. — Но разве никто не видел, как я уезжала на одном из этих животных?

Тиррес покачал головой, еще сильнее нахмурившись.

— И куда привез тебя конь? — спросил он тогда, стиснув зубы и потерев подбородок рукой. На меня он больше не смотрел, впрочем продолжая обнимать свободной кистью. Создавалось впечатление, что он о чем-то напряженно думает.

— К черной земле, на которой стояли черные дольмены, — ответила я уже без былой ярости. Ну, почти.

Тиррес кивнул.

Его рука тем временем скользнула по моему позвоночнику вниз, замирая на бедрах. Я хотела ее убрать, но почему-то не стала этого делать.

— Туда не может заплыть ни одно живое существо, и содержимое этой земли не видно со стороны. Дольмены…

— Заколдованы, я знаю, — хмыкнула я. — Удалось изучить их изнутри.

— Правда? — тихо спросил эмир и с какой-то долей восхищения, не перекрывавшего беспокойство во взгляде, добавил: — Удивительно, что ты выбралась. Когда рыбы, дельфины и акулы день за днем приносили мне вести о твоем отсутствии в Айреморе, я… отчаивался. В какой-то момент даже решил, что ты погибла. И только связь нашей магии заставляла посылать слуг на поиск дальше. Я ощущал, что ты жива. Но найти тебя это не помогало.

— Это не слишком-то радует, Тиррес, — проговорила я в ответ. — Если бы не рудис по имени Бу, я была бы уже мертва на самом деле.

— То, что ты заключила договор с демоном воды, стало ясно сразу, — мрачно произнес он, снова ласково касаясь моих волос и глядя на них так, словно ему нравилось их просто трогать. Несмотря на жестокие и жесткие слова. — Теперь стало ясно, почему ты это сделала. Мы найдем решение, не бойся. Хотя… легко это не будет.

— Но почему? — выдохнула я поток воды. — Ведь ничего ужасного не произошло! И рудисы — это вовсе не демоны воды на самом деле, да и вообще… Как вы узнали, что со мной что-то не так?..

Тиррес как-то странно взглянул на меня, и на его красивом, вечно улыбающемся лице так и не промелькнуло тени привычных эмоций. Он махнул рукой и кивнул на ледяную стену у меня за спиной. А когда я посмотрела в указанном направлении, оказалось, что лед там, медленно потрескивая, начал превращаться в хрустально чистое, невероятно красивое зеркало, в котором… отражалась я.

Только теперь казалось, что это какая-то злая шутка. Потому что метаморфозы, происходившие в зеркале, могли бы напугать даже самого стойкого и крепкого нервами человека. Не то что бедную меня.

Сперва все выглядело почти как обычно, даже чуточку лучше. Моя кожа светилась. Словно изнутри, или будто кто-то намазал ее травяной мазью Азазелло. Кожа стала белой-белой, еще белее, чем у самого Тирреса. Но это еще далеко не все.

Волосы тоже светились изнутри. И теперь их цвет стал будто бы ярче. Если прежде я оставалась блондинкой с лиловым оттенком, то теперь цвет приобрел насыщенность и силу. Более того, мелкий переход между неокрашенными корнями и осветленными прядями полностью пропал.

Кажется, то, что мне когда-то обещал Сициан, произошло само. И это вызывало как минимум недоумение.

Я навсегда останусь такой? Как это возможно?..

Но я продолжала глядеть на себя, и необычность происходящего только усиливалась. Теперь мои глаза были ярко-серебряными, сверкающими изнутри калено-белым светом, почти как у Тирреса. Я была похожа на красивую морскую ведьму, словно много лет назад меня родили в Айреморе, где-то среди водорослей, анемонов, медуз и ракушек.

Но порадоваться в некотором роде даже приятным изменениям я не успела. Моргнув в какой-то момент, я ощутила, как зрение словно перестраивается. В ушах слегка зашумело, а может, это море стало громче. Но едва мои веки снова поднялись, зеркало будто вспыхнуло. И оттуда на меня взглянула настоящая морская колдунья. У нее больше не было ног. Это была женщина с длинными лиловыми волосами, оканчивающимися головами маленьких змей, вместо ног имевшая дюжину хвостов — щупалец. Они шевелились вокруг моего тела, развевались, двигались и танцевали в хаотичном необъяснимом ритме.

Сердце пропустило удар.

Я моргнула, и картинка снова изменилась. Теперь у меня была не белая кожа, а темно-обсидиановая. И на ее фоне глаза и вовсе казались белыми, а волосы — ожившими молниями. Вместо щупалец у меня был длинный сиренево-жемчужный хвост с дивными вуалеобразными плавниками, как у огромной рыбы. Пальцы стали тоньше, а ногти превратились в тонкие когти-иглы.

— Какого морского ежа?.. — выдохнула я, холодея от ужаса, и снова моргнула.

Теперь из зеркала на меня смотрела почти прежняя я. С ногами. Только кожа, волосы и глаза продолжали светиться, выдавая метаморфозы.

— Что это было? Мне это почудилось? — выдохнула я, резко опустив руки и щупая обнаженные и почти не прикрытые коротким платьем бедра.

Ноги были на месте. Пока.

— Не почудилось, — покачал головой Тиррес. — Это твои новые лики. Ты можешь выбрать любой из них.

— Я могу выбрать щупальца вместо ног? — сдавленно спросила я, внимательно глядя на эмира. — Вот уж дудки.

— Ты можешь стать другой, да, — кивнул он без улыбки. — Само по себе это не так уж плохо. Смена облика не считается предосудительной в Айреморе. Хвосты есть почти у всех чароводниц и чароводников. Но проклятье рудиса подарило тебе облик Морской ведьмы.

— Это все видят? — скривилась я, представив, как вхожу в зал, а всем вместо меня является светящаяся дама со щупальцами. Так и инфаркт хватить может.

— Только чароводники, — покачал головой эмир, снова обнимая меня и прижимая к себе. На этот раз со спины, потому что я не могла отвести взгляд от волшебного зеркала и того, что оно мне показывало. — То есть почти все. Айремор именно тем и отличается от остальных держав, что у нас почти каждый гражданин эмирата от рождения в той или иной степени обладает магией. Кто-то более сильной, кто-то более слабой. Но полностью лишенных сил людей, как в империи Огненной луны, например, у нас нет.

— В империи чарогница или чарогник — большая редкость. В основном люди лишены магии, — тихо выдохнула я, снова моргнув и на краткий миг