Второй шанс для «старушки» - Гришутка Мишутка

Тут хозяйка пока еще ты. Купчую мне никто еще не давал. Долг-то все еще висит. — Я вытерла руки о передник и отправилась в комнату.

— Это на бумаге трактир мой, а на деле твой уже давно. Оживила ты это место.

— Четырех серебряных хватит? — спросила я из комнаты, достав мешочек из-под пола.

— Конечно, хватит, даже много.

— Маш, много — не мало. Купи яиц десятков двадцать. У Пахома как раз должны были за эти дни уже собраться. Если нет, то по деревне пройдись. Надо яйцом закупиться и мясом. А по дороге заскочи в пекарню, возьми хлеба.

Маша ушла. На кухне, уже помыв зелень, Ева ее измельчала.

— Яйца закипели, можешь снимать с огня. Вылей воду и налей ледяной из бочки, они легче будут чиститься.

— Я думала, мы сейчас тесто месить будем, — растерянно пролепетала девушка.

— Будем, но не сейчас. Сначала основное приготовим, а пироги позже, как раз когда это съедят, тогда и пироги поспеют. Я пока начищу картошку. Машка вроде уже начала ее чистить.

— А мне потом что делать?

— А ты зелень измельчи, потом остывшие яйца почисти и тоже измельчи, все в одну миску сложи. Возьми поглубже миску, чтобы не высыпалось.

Решаем проблемы по мере поступления.

— Я смотрю, у вас завал сегодня? — В дверях стоял Шень.

— Да-а, есть немного, — улыбнулась ему. — Неожиданный наплыв посетителей, рук не хватает.

— Там дочурка моя пришла, если в помощь надо, она с радостью поможет.

— Зови ее сюда. Будет помогать.

— Сюицы, подойди, дочка.

— Что-то случилось? — встревожилась девочка.

— Нет, милая. Лилии нужна помощь, останься, помоги, а вечером вместе домой пойдем.

— Хорошо, пап, — кивнула девчушка и уставилась на меня.

— Проходи, не стесняйся. Резать мелко зелень умеешь?

— Да, кухне мама с малых лет обучила.

— Тогда, Ева, меняйся с ней местами. Пусть она режет, а ты пройдись по комнатам, уточни у постояльцев, как они устроились, не нужно ли чего сейчас. И сообщи, во сколько выходить к ужину. Запиши всех, кто будет есть у себя.

— Хорошо, — вытирая помытые уже руки, кивнула девушка и отправилась в зал.

— Лилия, я уже все доделал по лестнице, сейчас осталось закрепить перила, и можно смело подниматься наверх.

— Да вы что? Отлично, — искренне обрадовалась я.

— Ну, тогда я вас оставлю. — И мастер тоже ушел в зал.

— А куда измельченную зелень? — прервала тишину Сюицы.

— Там рядом с яйцом миска стоит, в нее сыпь.

— А зачем так много?

— О, это не много, это на начинку для пирога. А часть потом еще на салат.

— Никогда не ела пирог с начинкой из зелени, — хмыкнула она в ответ.

— А там не только зелень будет. Надо будет еще добавить яйца, которые ты почистишь и тоже измельчишь, — улыбнулась я ей.

— Спасибо вам за брата, — вдруг снова сказала она.

— Пожалуйста. Обращайтесь, если что.

— У меня тоже есть небольшой дар целителя, но я всего лишь могу напитать зелье для укрепления, как и тетя Маша. А вот сращивать что-то не получается. Как вы так научились?

— Меня Маша научила. И то тогда с ногой твоего брата я просто испугалась. Такому она меня не учила, я импровизировала, поэтому не заметила, как опустел резерв, — пожала я плечами.

— Понятно. Но это было чудесно. Мне было интересно наблюдать, как вы вливаете магию в рану, поэтому я решила пойти учиться в академию. Отец уже начал копить деньги для поступления. Надеюсь, все получится.

— Милая, у тебя есть дар, а это уже значит, что получилось. Теперь главное — расширить резерв и научиться пользоваться знаниями. Читай много книг, практикуйся. Не останавливайся, если что-то не получается, пробуй снова и снова, пока не получится, а как получилось — закрепи результат, сделав это много раз. Продолжай совершенствоваться, и увидишь — из тебя выйдет отличный лекарь.

— Благодарю за наставление. Я обязательно постараюсь, — расцвела девчушка, принимаясь чистить яйца. — А почему вы не хотите развить свой дар? У вас ведь так все отлично получается.

— Э нет, — выставила я руки перед собой. — Я хоть и выглядела как превосходный маг, но на самом деле безумно боюсь крови. И если бы я не выпила успокоительное перед приходом, думаю, упала бы в обморок, еще не начав его лечить.

Девочка засмеялась, видимо не особо поверив мне.

— Странный целитель, боящийся крови. Любит всевышний пошутить.

— Это да, он тот еще шутник, — улыбнулась я в ответ.

— Лиля, я все узнала: в первых двух комнатах семьи с детками будут есть у себя, остальные пять выйдут в зал. В седьмой комнате мужчина попросил что-нибудь перекусить до ужина, с утра не ел. Отнесу ему борщ, — на ходу доставая поднос и сметану, доложила Ева.

— Да, хорошо. Не забудь рассчитать его сразу. Если будет возмущаться, зови меня, разберусь.

— Хорошо, — накладывая в тарелочку сметану, ответила девушка.

— Хлеба отрежь ему, там немного оставалось. Маша принесет к ужину еще. Народ в зале есть?

— Нет, пока никого, — ставя миску с борщом на поднос, отозвалась Ева. — Я сейчас отнесу, возьму плату и приду помогать.

— Ев, а лошадей в конюшни-то отвели?

— Конечно. Маша сразу всех туда отправляла. В стойлах убрано, овес и вода есть, не переживайте за это.

Девушка ушла, а мы продолжили заниматься кухонными делами.

Вскоре подоспела Маша, и дело пошло веселее. Потом хозяйку сменила Ева, а Машу отправили за барную стойку. Ева принялась за тесто.

Хорошо, когда у всех задания и каждый свое выполняет.

В таком суматошном режиме прошло три дня.

Так как в город ехать было некогда, мы договорились с местными о поставках мяса и овощей. Из пекарни — хлеба и муки. Я потратила из своих монет четыре золотых и пятнадцать медных.

Пахом ездил в город, на обратном пути купил нам три бочонка пива и две бочки вина.

Мои гроши уменьшались со скоростью света. Осталось тридцать пять золотом и мелочь. Зато заработали за эти три дня двенадцать золотых. Мы с Машей были несказанно рады, так как местные добавляли нам дохода. Все золотые отложили в мешок для уплаты долга.

«Вот бы еще пара таких деньков», — мечтали мы с ней вечером за чаем на кухне.

Но люди разъехались, и доход, как и настроение, пополз вниз.

А из плюсов — Ева научилась вязать тапочки и носочки, даже придумала несколько узоров на свой вкус. Эти носочки мы выложили в корзину у барной стойки и продавали по десять медных за пару.

За неделю по вечерам Ева навязала пятнадцать пар. В основном женские тапочки. А я связала носки для