Факультет звездокрылов - Маргарита Блинова

Видишь ли, большая часть людей живет с мыслью, что им присуще что-то одно. Суди сама! Даже здесь, в академии, мы говорим: дружелюбные, как звездокрылы, и высокомерные, как небовзоры. Прямолинейные, как ядожалы, и веселые, как звездокрылы. Мудрые, как небовзоры, и сильные, как ядожалы…

Госпожа Магни стянула резинку и небрежным жестом растрепала свои удивительные волосы, черные с пепельными кончиками.

— Видишь ли, правда не в том, что я крутая… Хотя и это тоже имеет место быть! Правда в том, что я и звездокрыл, и небовзор, и ядожал. Все и сразу. Теперь поняла?

— Поняла, — покладисто кивнула, прикусила губу и созналась:

— Вообще-то ни слова.

— Адриана, — тяжелый выдох, — главная и самая сложная задача — это принять себя. Принять все, что способен принять, и взяться за изменение там, где принять не можешь.

Манжета на руке декана вспыхнула, показывая, что ни о каких получасах и речи быть не может. Ректор рвался вернуться на свое рабочее место с энтузиазмом законченного трудоголика.

— Все. Тебе пора. Было приятно поболтать. Будешь выходить, не забудь жалобно всхлипнуть, а то еще не поверят, что раскаялась. А нам оно надо?

Кивнув, я торопливо поднялась со стула и пошагала на выход.

«Принять все, что способен принять, и взяться за изменение там, где принять не можешь», — повторяла мысленно, стараясь не потерять зыбкого озарения, нахлынувшего от этих слов.

— Да, и ещё!

Я обернулась и встретилась с испытующим взглядом Эрики Магни.

— Пока мы не разошлись, как облака на небе… Сходи в лекарское крыло.

— Опять? Госпожа Магни, да я же только что оттуда! — застонала я. — Ну, правда, это перебор! Клянусь, если господин Горячий попросит нацедить ему ещё одну пробирку крови, то я заподозрю в нем упыря!

Дорал-кай улыбнулась уголками губ и тотчас стала серьезной.

— Этой ночью один из ядожалов вытащил из воды девочку. Она захлебнулась и лекарям не удалось ее спасти. Того ядожала, что нашел ее, зовут Кристен Арктанхау.

Меня прошиб холодный пот. И как-то сразу вспомнился тот странный разговор по переговорнику. И стала понятна паника, звучавшая в голосе Кристена. И просьба поговорить с ним.

О, боги… Как же паршиво ему сейчас!

— Подумала, что тебе следует это знать, — сказала матриарх завров и напомнила. — Всхлипнуть не забудь.

Я кивнула, вышла в приемную и… картинно всхлипнула.

Все, как и договаривались.

ЭПИЛОГ

Лекарское крыло встретило меня тишиной и запахом антисептика.

Я прокралась к посту медсестры, готовая прятаться и сливаться с невыразительными стенами коридора при малейшем намеке на приближение Тихона Горячего с его маниакальной жаждой нацедить из меня пробирку-другую крови. Лекарка долго и категорично не желала выдавать мне сведения о поступившем ночью ядожале. Мол, и чувствует себя адепт Арктанхау неважно, и вообще у него постельный режим и оздоровительная программа из капельницы, и вообще, как не стыдно, почему-то мне, довели парня до такого серьезного истощения!

Под конец прочувственных обвинений я не выдержала и включила в себе ядожала:

— Послушайте, это лекарское крыло или тюрьма строгого режима? Мне что, необходимо сходить за адвокатом, чтобы добиться встречи? Так без проблем! Я сбегаю! У ректора как раз выдалась свободная минутка и подходящее настроение для разборок.

Фраза возымела на лекарку удивительный эффект. Сперва та поджала губу, после закатила глаза и с обреченным вздохом, в котором уместились страдание и апломб целой театральной труппы, назвала номер палаты.

— Спасибо, — повела я себя как хорошая девочка, развернулась, проигнорировала раздраженное бормотание дежурной и отправилась на поиски Кристена.

Нужная палата оказалась в конце коридора, возле лестницы. Вежливо постучав, я заглянула внутрь и обнаружила Кристена.

Он сидел на постели, привалившись спиной к изголовью. В больничных штанах и белой майке, подчеркивающей большие мускулистые руки, с исхудавшим лицом и глубокими серыми тенями под глазами.

В руках пациент держал книгу с потрепанным корешком, которую с нескрываемым интересом читал. Вот сильные пальцы перевернули страницу, и на губах северянина появилась предвкушающая улыбка хищника, почуявшего кровь.

Ну прям Темный Властелин, нашедший формулу всевластия!

— Кристен, — позвала я.

Не отрывая взгляд от занимательного чтива, Арктанхау поднял голову, кинул быстрый взгляд в мою сторону и снова вернулся к чтению. Пару секунд ничего не происходило: я в нерешительности топталась на пороге, Кристен был все так же увлечен чтением, а потом снова посмотрел на меня и только тут до него дошло.

— Адриана… — выдохнул он, быстро захлопнул книгу и спрятал за спину.

Заинтригованная странной реакцией на меня, всю такую сострадательную, я уточнила:

— К тебе можно?

Вместо ответа северянин подвинулся и приглашающе похлопал по постели рядом с собой. Я зашла в палату, закрыла дверь и подошла к кровати, но садиться постеснялась.

— Госпожа Магни рассказала про девочку. Мне так жаль, что…

— Я могу попросить тебя об одолжении? — перебил Кристен.

— Смотря каком.

Арктанхау показал на сгиб левой руки, куда безжалостные лекарки воткнули иглу оздоровительной капельницы.

— Не могу согнуть, — не то посетовал, не то констатировал он. — Можешь переплести мои волосы? Мешают жутко.

Я с подозрением уставилась на его светлую макушку. Арктанхау и Хезенхау чтили традиции своего народа и даже в академии ходили с заплетенными волосами или затягивали те в короткие хвостики на затылках.

Вот и сейчас волосы Кристена были заплетены в две тугие косы, плотно прилегающие к коже. Просто волосок к волоску. Идеально!

Вопрос: что там может мешать?

— Спасибо за веру в мои таланты, но я такое не повторю.

— Сделай как получится.

Кристен хитро улыбнулся и сел ко мне спиной, тем самым не оставив выбора. Пожав плечами, я сняла форменную сине-желтую куртку, кинула ее на металлическую перекладину изголовья и провела пальцами по ровной тонкой косе. Кристен неосознанно вздрогнул.

— Уверен, что это нужно?

— Как никогда.

Чувствуя себя варваром, уничтожающим культурное наследие и память далеких предков, я стянула с его волос резинку и принялась распутывать волосы. Кристен прикрыл глаза и молчал. Смолчал и когда за неимением расчески я пропустила его волосы через свои пальцы. Даже не пикнул, когда собрала пепельные густые пряди в хвост и потянула на себя. Наоборот, безропотно отклонился назад, делая все, чтобы мне было удобно заниматься с его волосами.

Дрожащими пальцами я торопливо плела косу. Одну! На две моего мастерства точно не хватило бы. Плела и гнала от себя навязчивое ощущение, что, сама того не понимая, делаю для Кристена нечто большее, чем банальная прическа.

— Все, — объявила я, закрепив резинку, и отступила на шаг, чтобы критическим взглядом оценить старания.

Старания со стороны выглядели как издевательство. Косичка заметно