Открой мне свою душу - Юлианна Лунная

- Но я не владею ей. Как я могу ее найти?

- Сначала ощути ее снаружи… - сказал он и пустил по моему телу ветерок.

Он был ненавязчив: то оплетал руку, то гладил по щеке, то играл с волосами – через несколько минут все прекратилось.

- Теперь попробуй отыскать схожую магию в своем теле.

Так мы делали еще час: у меня упорно не выходило найти в себе воздух.

- Ну же, Амелия. Распределяющий артефакт определил в тебе способности – значит: и магия есть. Это упражнение для детей.

- Ну, нет во мне воздуха: с чего ты взял, что он есть? – прервала я свою медитацию и уставилась на него.

- У любого таурилийца есть основная магия и небольшие способности к второстепенной. Смотри.

Между нами закружился маленький воздушный вихрь. В его основании он был красного цвета. И этот цвет стал расти, сначала окрашивая воздух в едва заметный цвет, а затем и вовсе весь вихрь превратился в огненный: словно кто-то поджег воздух.

- Вааааау… я тоже так смогу?

- Нет, твоя стихия не находится в свободном пространстве. Но мы с тобой противоположности – как ты уже поняла: я воздушник с второстепенной магией огня. Я могу «заставить гореть» свой воздух. На что-то большее эти крохи-искры не способны. Ты наоборот: сможешь «тушить» огонь противника, путем изъятия кислорода из него с помощью своих крох воздушной стихии. Ведь что делают с огнем? Водники его тушат водой, воздушники «отбрасывают» от себя подальше, а маги земли засыпают его почвой. Но когда твой противник одинаков с тобой в стихии, вам обоим приходится уклоняться от чужого огня. Ты сможешь погасить его огонь.

- Мне не нужна второстепенная стихия. Я не собираюсь ни с кем воевать…

- На счет войны точно не скажу. А вот чтобы овладеть магией души в первую очередь: надо познать себя всю полностью, каждую клеточку своего тела и своих возможностей.

- Я не понимаю, - устало вздохнула я.

- Когда ты найдешь в себе воздух, тогда я покажу тебе твою душу… - заинтересовал меня декан.

Так мы и занимались еще несколько дней. Мы вели себя согласно субординации и наконец: между нами возникло что-то похожее на перемирие. Мы не затрагивали личных тем, без острой необходимости не касались друг друга. Наш хрупкий мир обрастал доверием и взаимопониманием, пока в один из дней у Арила не лопнуло терпение:

- Ты понимаешь, что мы уже пятый день пытаемся сделать то, что десятилетний ребенок делает за один?! – рычал на меня мужчина.

- А тебе не говорили что ты: …кхм-кхм… так себе учитель! – парировала я. – Я не понимаю твоих объяснений!

- А я и не нанимался в преподаватели!

- А кто же ты? - «зависла» я.

- Эммм… потом расскажу, - «замялся» он.

- Тогда учи меня так: как учили тебя самого.

- А это идея, - засветились лукаво его глаза и он хитро прищурился.

- Судя по твоему выражению лица: меня не ждет ничего хорошего, - пошла на попятную я.

Арил встал с кресла и протянул мне руку. Я замотала головой.

- Ты мне не доверяешь? – спросил он, пытаясь что-то разглядеть на моем лице.

- Доверяю, но боюсь твоего вдруг вспыхнувшего азарта.

- Тебе понравится, - улыбнулся Арил и я вложила свою руку в его. – Держись крепче, - притянул он меня к себе, обнимая.

И нас унесло магическим вихрем. Кружило нас очень долго. Мне становилось тошно, и обед просился наружу. Как вдруг: все закончилось, и я упала от головокружения на песок… «Песок?» - мелькнула мысль и я огляделась. Мы оказались на морском побережье.

- Я никогда не видела море… - прошептала я в восторге.

- Мы на юге континента. Тебе скоро станет жарко: советую раздеться.

- Зачем это? – уставилась я на мужчину, стягивающего с себя пиджак костюма.

- Мы будем купаться. Зачем же еще нам море?

Я поднялась и принялась быстро сбрасывать с себя одежду. Слово «купаться», да еще и в море – волшебным образом меня исцелило от недомогания. Арил ухмылялся надо мной, но мне было все равно: я хотела в воду. Оставив на себе нижнее белье, мы взялись за руки и отправились навстречу стихии. Небольшие волны разбивались о наши ноги, брызги покрывали наши тела и улыбающиеся лица. Я была в неописуемом детском восторге от волн. Чуть позже мы поплыли на глубину.

- Амелия, я должен спросить: насколько сильно ты мне доверяешь? – задал вопрос Арил, когда мы остановились в своем заплыве.

- Не знаю… - мне захотелось подшутить над ним. – Ровно на столько, насколько адепт может доверять своему преподавателю.

- И все? – удивился он. – Нет, так ничего не получится. Давай поплаваем и вернемся в академию, - тяжело вздохнул разочарованный декан.

- Я пошутила. В чем мне измерить степень своего доверия?

- Тебе лучше знать… - прищурился он, но увидев, что я глубоко задумалась, продолжил. - Как другу веришь?

- Да.

- А как брату?

- Да.

- А как фамильяру?

- Возможно.

- А как мужу?

- Скорее всего… эммм… - ответила я и тут же смутилась, даже не знаю от чего конкретно: его вопроса или своего ответа.

- Я рад, - победно улыбнулся мужчина.

- Ты меня «подловил», - насупилась я. – Просто у меня никогда не было настолько близких знакомых мужского пола помимо отца.

- «Подловил» на правде? Амелия, ты стесняешься признать, что кредит твоего доверия ко мне максимально возможный?

- Я еще не знаю, какое у тебя ко мне доверие. Ты – таурилийец, и я больше ничего о тебе не знаю. В то время как я у тебя как на ладони.

- Хорошо, задай мне любой вопрос: я отвечу правду. Только хорошо подумай: один вопрос – один ответ.

«Хмммм… господин декан… хотелось бы мне просто залезть в вашу голову. Итак: вопросы о расе и магии отпадают – он итак меня учит; вопросы о нем самом – да вот он передо мной и я думаю что он не делает это тайной, я просто не спрашивала; вопросы о его эмоциях… решениях…».

- Почему ты отверг меня? – дааа… боль той ситуации до сих пор в моем сердце.

- Потому что ошибался: думал, что не могу быть