Ловец магических животных - Валентина Ильинична Елисеева

— Она в поте лица трудится над «питательным и сбалансированным питанием» для больных, — поёжился главнокомандующий, и король тоже невольно вздрогнул.

— Страшные вещи творят люди во благо человечества, — ухмыльнулся Вайко. — Этакими темпами мы уничтожим тварей быстрее, чем планировали.

…

Спустя два дня крылья феи посерели, а сама она обессилено растянулась на книжной полке. Денно и нощно наблюдающие за ней военные и артефакторы заволновались:

— Как бы концы не отдала… Надо её в клетку перетягивать и экспериментировать скорей!

— Чтоб в клетку посадить, магические ловушки отключить надо, а вдруг тварь только притворяется слабой? Мы уберём магический купол, а она как рванёт!

— Давай мощность одного артефакта снизим, окошко в куполе приоткроем и огненным шаром её шибанём!

— А если спалим дотла? Нас король казнит за порчу образца!

— Воздушным ударом приложим, так риск убить меньше. Вначале тихонько по башке стукнем, оценим результат и будем добавлять понемногу, пока в нокаут не отправим.

Отвесив крохотной девчушке десяток сильных оплеух, экспериментаторы удовлетворённо уставились на переставшее двигаться тело с запрокинутым, белым как мел личиком. Дезактивировали ловушки, постоянно находясь настороже, и заперли феечку в клетке. Прутья клетки были опутаны нитями, пропитанными кровью дракона, и не приходилось волноваться за ответный магический удар очнувшейся пленницы: кровь дракона давно доказала свою эффективность в деле удержания магических существ.

— Какая-то она блеклая и некрасивая для феи, — почесал голову главный артефактор.

— Крылья есть — значит, фея. Потащили в темницу, пока не очнулась.

В тёмной камере, освещённой лишь светом магических лампочек, пленница пришла в себя и по-змеиному зашипела на тюремщиков. Попробовала дёрнуть прутья клетки и оскалила зубы, получив болезненный магический разряд. На задаваемые ей вопросы пленница не реагировала, только злобно зыркала в ответ и шипела, а у допрашивающих всё сильнее разгорались сомнения, какой именно вид твари они заперли в камере.

— Может, феи совсем неразумны, как прочие магические звери, как драконы и фениксы? Сходство с людьми ещё не гарантирует наличия интеллекта. С другой стороны, в легендах феи — говорящие и достаточно разумные существа… Фея это или нет? — нахмурился главный артефактор.

— А я почём знаю? Я живность Запретных Земель по книгам не изучал, — откликнулся главнокомандующий, пришедший в камеру с инспекцией, как поживает подопытный. — У ловцов спросить надо.

Отправленные на задание гонцы вернулись с сообщением, что все известные столичные ловцы отбыли охотиться за живой магической тварью в надежде получить королевское вознаграждение. Спустя сутки заточения пленница всё так же шипела и всё меньше походила на прелестную цветочную фею.

— Скорей бы Сейтан вернулся, он-то её верно опознает, он много времени в Запретных Землях провёл, всех видел, — поскрёб щетинистый подбородок главный вояка королевства.

— У нас же старый эльф есть! — подскочил артефактор. — Он всю жизнь в Волшебном лесу прожил, его зовите!

— Да-да, но зовите вежливо, нам ни к чему раньше времени разогревать конфликт с высшей расой Запретных Земель, — заволновался главнокомандующий, инструктируя подчинённых. — Всё-таки эльф — не бессловесная неразумная тварь, и ему не следует знать о наших экспериментах!

Когда высокий седовласый эльф вошёл в камеру, склонив голову, чтобы протиснуться в низкую дверь, главнокомандующий притворно почтительно заговорил:

— Дорогой Арни, помогите понять, кто с тёмной целью пробрался в королевскую библиотеку. Насколько опасна для людей эта магическая тварь, и какие злобные замыслы она может вынашивать?

Эльф бесстрашно подступил к клетке и внимательно осмотрел зашипевшую на него маленькую женщину. Пленница лежала на полу, свесив тёмно-серые крылья, и с трудом поднимала голову, чтобы шипеть в лицо своим тюремщикам. Её длинные ушки уныло свернулись, как засохшие листочки, и жалко было смотреть на кроху, находящуюся в таком плачевном состоянии. Впрочем, жалко было далеко не всем.

— Вы намерены держать её здесь? — осведомился эльф, жестом указывая на сырые, покрытые плесенью стены подземного каземата.

— Конечно, тут самое безопасное место! Если быстро сдохнет — не беда, Сейтан скоро… э-ээээ…, — главнокомандующий запнулся и исправился: — Если опасное существо погибнет, нам не придётся волноваться, что оно причинит вред нашему королю и членам его семьи, в том числе принцессе Корианне.

— Оригинальное рассуждение. Вам не приходило в голову, что это опасное существо тут не сдохнет, а быстро наберётся сил и магии? — насмешливо спросил эльф.

— Как так? — глупо захлопали глазами вояки и артефакторы. — Почему?

— Видите ли, болотные ведьмы живут, соответственно, на болотах, и сырость, темнота, прохлада, запах плесени создают для них максимально комфортные условия. Я так понимаю, раньше эта пташка измучилась на свежем воздухе в хорошо проветриваемом и светлом помещении, а затем вы приволокли её сюда, где любая болотная ведьма быстро восстановится. Очень рекомендую усилить магическую защиту камеры и отойти подальше от клетки.

Экспериментаторы дружно сдали назад.

— Я ж говорил, это не цветочная фея! — воскликнул главный артефактор.

— Строго говоря, ведьмы тоже относятся к роду фей, только к другому их подвиду. Куда более опасному, чем цветочные феи! — хмыкнул эльф. — Зачем она вам понадобилась? Выставьте её на солнце и дело с концом, а то эта мнимо беспомощная малышка может натворить немало бед.

— Спасибо за консультацию, Арни, мы так и поступим, — обозначил вежливый поклон главнокомандующий, и эльфа проводили обратно во флигель.

— Для начала предлагаю испытать принцессин растворитель, — зашептал главному вояке артефактор. — Проверим, действительно ли тварь набралась сил в темнице, хватит ли ей магии защититься и залечить повреждения.

— Доверяй, но проверяй, — согласно кивнул главнокомандующий. — Несите экспериментальное зелье против тварей.

Эффект от опрыскивания ведьмы вышел ошеломительный и полностью подтвердивший слова старого эльфа! Стоило каплям раствора растечься по серым крыльям и впитаться в них, как пленница вскочила, сверкнула радужной магией и с диким криком заметалась по клетке. Крылья её засверкали всеми цветами радуги, явственно доказав, что магии в твари много, ей даже удалось полностью нейтрализовать губительное действие раствора.