Невозможно удержаться (СИ) - Орлан Нари

Мама шумно вздохнула и, ворча себе что-то под нос, вернулась в дом.

— Слушай, — заговорил Слава брату, — ты вообще хорошо дерешься. Я ведь в свое время единоборствами занимался. Да и практика была. Тебе бы найти применение своим кулакам и силе. Кем работаешь?

— Грузчиком…

— Лучше б охранником пошел. Тебе бы больше подошло. Ты же парень серьезный, других на место ставить умеешь, да и воришку б какого в два счета поймал. Я прав?

— Конечно! — задрал подбородок брат.

— Так что ты подумай, — похлопал его по плечу Слава.

— А я вот, кстати, все перепробовал! А охранником — нет.

Ко мне они подошли с радостными лицами, вот только брат грязный и помятый, а Слава — чистенький и расслабленный. Боря, увидев, как мы смотрим друг на друга со Славой, прошмыгнул мимо меня в дом.

— Ты — первый человек, который смог скрутить моего брата.

В ответ Слава лишь пожал плечами.

— Доча, — послышалось сзади.

Я обернулась — мама протягивала мне мой смартфон.

— Зашла в комнату, чтобы постелить гостю, а там мобильник разрывается…

На экране мигало имя подруги, и я сразу подняла трубку, уходя с порога дальше во двор.

— Я уже думала, с тобой случилось что! — выкрикнула Лиля прямо мне в ухо.

— Тоже самое, между прочим. Почему не отвечала?

Тишина. А потом:

— Да я только смартфон нашла. Лучше скажи, мистер Волшебник приехал?

— Вот, значит, откуда у него адрес, — тихо проговорила я и подумала, что надо подальше отойти. Забрела в глушь сада по узкой тропинке и присела на деревянную скамейку под виноградом. А Лиля в это время рассказывала мне, как впустила Ярослава в квартиру, как потом прибежал Костя, как оставила их в комнате…

— Пока не дала ему твой адрес, не хотел уходить. Принимай мои поздравления — ты его таки подцепила, серьезно так.

— Рановато так думать…

Какое-то время она пыталась меня переубедить в противоположном, пока я не прервала ее, услышав сигнал звонка со второй линии. Костя. Попрощалась с подругой и переключилась.

— Он рядом? — сразу спросил Костя.

— Если ты о Славе, то именно сейчас нет. Но он недалеко…

— Будь осторожна, — подозрительно серьезным голосом сказал друг. — А еще лучше было бы, если б держалась от него подальше.

— Что такое? Он тебе не понравился? — хихикнула я.

Вместе с тяжелым дыханием в трубке, я услышала тихие шаги где-то близко. Подняв голову, заметила во мраке фигуру Ярослава. Он не спеша шел мне навстречу по тропинке, чудом не спотыкаясь в кромешной темноте.

— Тома, — проговорил Костя, — я еще никогда такого не видел. Но этот Слава — он нечто. Он не человек.

— Что ты такое говоришь… Он просто волшебник…

— Нет, Тома, нет. Не просто. Он демон.

По голосу Кости не было похоже, что он пьян или накурен. Наоборот, трезв, серьезен.

— Ты не замерзла? — спросил Слава.

Я ошарашенно смотрела на него, пока Костя в трубке говорил:

— Тома, я его разозлил, и он показал свою демоническую сущность. Он без усилий поднял меня за шиворот над землей, пока вокруг нас комната кружилась, как сумасшедшая. А его глаза были, как у нечистой силы…

— Я перезвоню позже, — бросила я и быстро нажала на отбой. Ярослав аккуратно развернул плед и укрыл им мои плечи.

— Здесь невероятно чистый воздух, — говорил он, присаживаясь рядом.

Если не спрошу его сейчас, то буду думать об этом постоянно. Слова Кости кажутся бредом, но лучше сейчас вместе над ними посмеяться, верно?

— Костя звонил. Сказал, что ты его одной левой над землей поднять смог, — нервно посмеиваясь, сказала я и стала ждать реакции.

Тишину нарушил его вздох. А лучше бы смех.

— Что, правда?

— Да, я сильнее обычного человека. Но не бойся, тебе вреда не причиню.

Не согревал меня плед, а бил озноб.

— Ты не просто маг? Ведь так?

— Больше я не могу ничего тебе рассказать.

А это значит, ответ “да”. Я закуталась в плед, отодвинулась, отвернула голову. Что мне думать? Придумай ответ сама — сказал бы он. Я слышала лишь о вампирах и оборотнях — они сильнее обычных людей, но ни на тех, ни на других Слава не похож.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я не могу раскрыть правду о себе, потому что запрещено.

— Но я никому не расскажу. Ни единой живой душе. Унесу правду с собой в могилу.

— Не говори так…

Его рука легла мне на плечи. А потом он и вовсе развернул меня, обнял, прижал к себе. Я не чувствовала в нем ничего демонического, лишь тепло, обволакивающее, согревающее. Я бы сразу поняла, еще раньше, что он плохой. Нет, я не верила словам Кости. Он преувеличивает.

— Ладно, — вдруг сказал Слава. — Но у меня есть условие.

— Какое? — ожила я.

— Если кому-то проболтаешься, то мне придется изменить тебе и тому человеку воспоминания. Поняла? Проговоришься — забудешь меня насовсем.

Глава 20

Когда я согласилась держать язык за зубами, Ярослав какое-то время смотрел на меня. Может, пытался понять, действительно ли я буду молчать, или сомневался…

В эти секунды тишины ко мне пару раз приходила мысль — забрать свои слова назад. Что, если мне вправду лучше не знать. Страшно… Невероятно интересно… Не знаю, какое чувство из этих двух так лихо гоняет кровь по телу. Сердце настолько быстро и громко стучит, что, кажется, его слышно далеко за пределами грудной клетки.

Сколько же можно томить ожиданием!

— Ну… я внимательно тебя слушаю.

— Не здесь. Когда будешь спать.

— Спать?

— Именно.

— А… Ты не хочешь, чтобы нас кто-то услышал. И ты мне как воспоминания вложишь информацию в голову, да?

— Не совсем. Увидишь.

Кольца на его руке я сегодня не приметила. Значит, все-таки именно с помощью него я в прошлый раз так быстро уснула. Вот это я отмочила тогда, украв его волшебное кольцо!

— А пока мы наслаждаемся тихим поздним вечером, — заговорил Ярослав, притягивая меня ближе к себе, — расскажи-ка мне кое-что. К кому ты ездила в больницу?

— Э… К другу. К давнему другу. Его избил мой брат. Это ему деньги нужны были…

Чтобы быстро уйти от дальнейших объяснений, нужно перевести стрелки.

— Ревнуешь?

— Нет, конечно, — спокойно ответил Слава. — Иногда бываю крайне любопытным. Ты еще не знаешь эту сторону моего характера. А приходила ко мне домой зачем?

Один вопрос похлеще другого… Хорошо, что темно и не видно моего сконфуженного выражения лица.

— А почему тебя дома не было? Куда ты уезжал?

— А откуда ты знаешь, что я уезжал? Нет, давай по порядку. Зачем приходила ко мне?

— Зачем изменял мне воспоминания?

— Ты хотела снова меня увидеть?

А ну, ход конем!

— А ты не хотел меня увидеть? Почему в машине набросился на меня? Не сдержался?

В темноте сверкнула его улыбка. А я оказалась права. Хотел сдержаться, но не смог. До невозможного приятно это осознавать. Может, у него тоже немного едет крыша от меня…

— Погоди, — сказал он, запуская пальцы в мои волосы, — а где мне постелит твоя мама?

— Вообще-то на данный момент у нас есть одна свободная кровать — моей сестры. И стоит она, понятное дело, рядом с моей.

— Даже так…

— Ты о чем подумал! В соседней комнате родители будут спать!

— Хм, скажу так. Я думал об этом и раньше, поэтому кровати рядом — не причина моих мыслей. Причина — ты.

Он приблизился лицом ко мне, но я отпрянула, оборачиваясь по сторонам и прислушиваясь. Если звуков я никаких не слышала, то тени от деревьев игрались со зрением — мне кто-то чудился то за одним стволом дерева, то за другим.

Слава заботливо поправил съехавший плед с моего плеча, и возле самого уха я услышала его голос:

— На расстоянии метров пятидесяти нет никого, кроме сонных птиц, пары крыс и кошки на заборе соседнего дома.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Распахнув глаза от удивления, повернула голову к нему. Его лицо было совсем близко.

— Только не говори, что видишь в потемках…

Еле слышно он ответил:

— Я могу видеть дальше обычного человека и лучше различаю предметы в темноте.