Любовь на гранях (СИ) - Вознесенская Дарья

Я вспомнила хрупкую и улыбчивую женщину, которая работала в секретариате, и удивленно покачала головой:

— Она совсем не похожа…

— Тем не менее мы познакомились еще тогда. Но к делу это не относится. В общем, у меня там остались приятели, и мы мало того, что поддерживали связь, так еще и навещали друг друга. До тех пор, пока это не стало запрещено.

— События двухлетней давности?

— Да. Тот конфликт на границе, а потом еще один. По ним было много слухов и вопросов, но всем занимались советники и дознаватели, а я, понятное дело, не лез. И я, и жена… мы ждали, что отношения вновь наладятся, и мы сможем снова общаться, — он задумчиво пожевал губу, потом выдал, опомнившись, представление в духе «пьяный идиот развлекает друзей» и продолжил. — Несколько оборотов назад я получил странное письмо. Не буду пояснять, каким образом, но… Дальний родственник жены и по совместительству мой хороший друг сообщил, что, похоже, те конфликты были спровоцированы третьей стороной. И что он пытается выяснить подробности. К сожалению, я не мог ему ответить. Более того, больше писем я не получал, а по размышлении обратился к твоему отцу. Он ведь отвечает… отвечал, в том числе, и за внешнеполитические отношения.

До меня как сквозь вату доходила новая информация.

Кажется, я уже начала понимать, к чему ведет да Валонгу.

— И он…

— Обещал присмотреться к ситуации. Напряжение на границе нарастало — туда не зря отправили лучших, твоего брата, в том числе… В Ангра-ди-Эроим съехалось немало народа под предлогом стажировок на границе. И я… я поехал туда, чтобы проверить уровень боевых магов. Так случилось, что мы сблизились с пятеркой Питера-Дамиена, к тому же твоему брату оказался косвенно известен наш разговор с твоим отцом.

— То есть, все что дальше произошло… — я почувствовала, как пальцы стискивают, выкручивая, ткань юбки, и правый кулак успокаивающе накрыла ладонь Вальдерея.

— Возможно, я, в какой-том мере, это спровоцировал, — магистр задрал подбородок, — Но ты прекрасно понимаешь…

— Что это случилось бы так или иначе, — закончила я хриплым голосом. — Вы знаете, что именно произошло?

— К сожалению, очень мало. Могу только предполагать. Доподлинно мне известно, что первые объвинения, что прозвучали в сторону твоего отца, были в шпионаже… В это же момент исчезает Питер-Дамиен — как мне кажется, исчезает осознанно, но его пятерка, сколько бы их не допрашивали, ничего не знает. Мне удалось пообщаться с ними — парни в растерянности. Все остальное… мои домыслы. Что в дело вмешался Эроим, или же то самое третье лицо… А может вся ситуация вовсе не такая, как кажется. Но я, как и ты, не верю в предательство твоего отца.

— А как мог поверить король? — спросила горько. — Вы же сами говорите — он всегда опирался на свою пятерку.

Мужчина вздохнул.

Замялся, но все-таки выдал:

— По слухам, доказательства были неопровержимы. Его застали на какой-то сделке не в том месте и не в то время… и он подтвердил это во время допроса.

— Что? — ахнула.

— Я тоже растерян… Но Его Величество был в бешенстве: во дворце говорили, что он едва не казнил советника тут же.

Я стиснула зубы и постаралась успокоиться. Только получалось не очень, меня хватило лишь на то, чтобы жалостливо спросить:

— Может это все какой-то хитроумный план, чтобы ввести в заблуждение… кого надо?

— Хитроумный план уже приведший на плаху нескольких человек, а твоих близких — в камеру пыток?

Я едва не вскочила в ужасе, но была поймана Вальдереем и прижата к его надежной груди.

— Вы могли бы не говорить этого, — прошипел парень бешено.

— Я не хочу, чтобы Эва-Каталина питала ложные надежды, — не менее жестко ответил магистр. — И прежде чем действовала дальше — как она действовала сейчас, рискуя нарваться на магический патруль и лишиться… определенного милосердия короля — четко отдавала себе отчет, что может ее ждать.

Вдох-выдох.

И проговорила:

— Я справлюсь.

— Я знаю, — да Валонгу смотрел уже мягче. — Скажи, Питер- Дамиен связывался с тобой?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В тот момент, когда я открыла рот и собралась было рассказать о записке, по моей руке, которую все еще держал Вальдерей, аккуратно стукнули указательным пальцем дважды.

Мы разработали свою сигнальную систему для Игр, чтобы незамеченными подавать друг другу знаки, и вот этот означал…

«Нет».

В мгновение в голове пронеслось множество мыслей.

Что именно «нет»? Не рассказывать? О чем?

Он догадался, что я могу сказать что-то про брата?

Пусть по дороге я в подробностях пояснила, что было в письме Габриеля, про Питера-Дамиена не упоминала ни разу. Не столько потому, что не доверяла… просто закономерно опасалась, что капитан сделает свои выводы и вполне может догадаться, зачем я вообще согласилась на Игру.

И как-то помешать мне это сделать, обеспокоившись моей безопасностью.

Но это его «нет» точно относилось к вопросу магистра, который выглядел и вел себя именно так, как мог вести человек в данной ситуации…

Кажется.

Мне пришлось принимать решение очень быстро, ориентируясь лишь на этот знак…

И я его приняла.

Состряпала почти страдальческое лицо и выдохнула:

— Нет… Мне сказали, что он погиб. И хотя я не хочу в это верить… прошло так много времени, а он нигде не появился, даже своей пятерке ничего не передавал.

— Уверена?

— В сообщении об этом не были ни слова…

— Что ж… — магистр насупился, а потом снова вошел в роль разбитного пьяницы, — Будем надеяться, он все же жив, и мы об этом узнаем. А пока надо выжидать, Эва-Каталина, ты понимаешь это? Не делать резких движений и не показывать, что ты что-то знаешь. Мы обязательно еще встретимся и поговорим, если появятся новости. Просто жди моих указаний.

— Конечно.

Я вымученно улыбнулась.

Голова шла кругом от непонимания происходящего, непонимания, кто друг, а кто враг. Мне очень хотелось поговорить с Даниелем, но это можно было сделать лишь позже, когда мы останемся одни.

Веселье в кабаке достигло своего пика, и пусть мы ничего не слышали, по хаотичным движениям я догадывалась, какой вокруг стоял шум.

— Поздно уже, — вдруг сказал Вальдерей, — Нам надо вернуться в Академию. Вы говорили, что хотите что-то показать?

— Да, — магистр окинул парня цепким взглядом и кивнул, — Я выйду первым. А вы через несколько минут — буду ждать вас в переулке.

Он бросил на стол несколько монет, и, пошатываясь, встал, заодно снимая полог.

Меня опять едва не оглушило.

Говорить в этом месте точно не было смысла, потому я просто смочила пересохшее горло, поправила платье и кивнула Вальдерею.

Мы вышли на темную улицу.

— Здесь недалеко, — рядом возник магистр. — Пойдемте.

Я постаралась запомнить путь, но быстро запуталась в поворотах и ходах. А потом мы оказались перед небольшим и довольно хлипким строением, на вид нежилым.

Сглотнула и быстро отвела взгляд, чтобы никто не успел заметить шок в моих глазах.

— Я хотел бы, чтобы ты поставила свой личный маячок на это место, Эва-Каталина.

Посмотрела на магистра, старательно разыгрывая недоумение.

— Это место… одно из укрытий, где можно спрятаться в случае опасности. Для тебя, для меня, для тех, кто на нашей стороне. Мало ли, что произойдет, — да Валонгу вздохнул, — Внизу есть подпол. Он защитит даже если домик будет гореть. Пока я не понимаю происходящего, но чувствую что напряжение нарастает. И считаю своим долгом хоть немного защитить тебя. Ведь мы не были чужими с твоим отцом…

Я могла только кивнуть.

Тщательно прописала на поверхности домика специальный магический знак, надеясь, что никто не заметить дополнительной закорючки, совсем немного меняющей структуру камня, и отошла.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я выведу вас на свободную улицу, — тут же заторопился магистр. — Там легко найти экипаж до ворот или даже до Академии.

— Мы справимся, — подал голос Вальдерей.

Мужчина кивнул и быстро пошел прочь.