Седьмая звезда (СИ) - Риз Лаванда

— Что ты ей такого сказал?!! — вдруг прогремел позади голос Зура, и взгляд чёрных въедливых, как смоль глаз, полоснул молодого учёного. Энн не успела защитить свои мысли и эмоции, прежде чем Зур прикоснулся к ней, взяв её под локоть. — Я так и знал, что здесь не обошлось без него! Этого … — прошипел он, испепеляя их своим взглядом. — Свидание окончено или как?

— Зур, это не то, что думаешь! — возразила Энн.

— А здесь даже думать не надо, достаточно посмотреть на твоё лицо!

— Не нужно давить на неё, Зур, — вмешался Натан, — Ведь она любит всех вас больше всего остального! И здесь тоже даже думать не нужно, достаточно только её послушать. Я бы хотел ещё спросить о вашем отце? Где тот человек, который вырастил мою сестру?

— Нашего отца зовут Тиар, и о нём можно рассказывать бесконечно много, — устало произнесла Энн, и рука Зура уже не отпускала её. — Многослойной души человек, неиссякаемый источник силы и энергии. Я иногда удивлялась, как у него одного хватило столько выдержки воспитать всех нас? Может быть это связано с его огромным опытом и стальной волей, бесстрашием и целеустремленностью. А ещё, в его характере всегда присутствовал огонёк таинственности, некоего пиратского очарования, вроде бы он открыт перед нами, как на ладони, но в то же время что-то оставалось скрытым от нас.

— А теперь все это сокрыто даже от него самого! — вмешался Зур, желая побыстрее окончить раздражающий его разговор. — Кроме всех вышеперечисленных качеств, наш отец, в своём прежнем состоянии сознания, был достаточно сумасброден, кстати, в этом они с Энн очень похожи! В его жизни всегда присутствовали острые моменты и враги, которые однажды застали его врасплох. Теперь наш отец больше похож на домашнее животное — преданное и запуганное, лишенное способности размышлять!

— Травма мозга или его сознание подвергли принудительной фильтрации, используя реагенты или атомное зондирование? — заинтересовался Натан, в его глазах тут же вспыхнул профессиональный интерес.

— Всё намного проще, — покачал головой Зур, горько усмехаясь, — Ему подсыпали порошок какой-то редкой травы. Дрянь стопроцентная!

— Я могу взглянуть на него? Просто иногда мы сталкиваемся с подобными исследованиями о регрессии сознания и механизмами обратного запуска функций мозга. Возможно, вашему отцу можно помочь. На нашей станции есть специалисты такого уровня.

Не раздумывая, Зур тут же снова отрицательно покачал головой:

— Прежний Тиар не одобрил бы этого! Старый пират предпочел бы умереть в таком ничтожном состоянии, чем вернуть свою память на станции имперцев! Тиар ненавидел Империю и всё, что с ней связано! Он проклянет нас, если мы позволим имперским учёным его вылечить. Так что лучше мы будем искать свои пути его исцеления. … Вам пора убираться с «бронтозавра», а нам уносить от сюда ноги.

— Да-да, конечно, — понимая, с лёгким огорчением, вздохнул Натан, покосившись на девушку.

— Ты позволишь мне попрощаться, без твоего надзирательства? — Не оборачиваясь к Зуру, настойчиво высвобождая свою руку, сердито поинтересовалась Энн.

И уступая ей, Зур сделал ровно один шаг назад.

— Конечно, этого времени не достаточно, чтобы восполнить годы, но мы попытались заполнить пустоту в своём прошлом. — Натан закусил губу, точно так же как это делала Энн.

— Мы соединили порванную цепь, все звенья на месте, главное чтобы она не заржавела, — согласилась она, повторяя его жест.

— Теперь мои мысли будут вращаться не только вокруг моих научных исследований и разработок, вокруг обязанностей мужа и норм нашего общества, но ещё … мои мысли, время от времени, будут возвращаться к моей сестре, — Натан улыбнулся, порываясь обнять её.

Энн протянула руки, и они крепко обнялись на прощание.

— Не рассчитываю на скорую встречу, но надеюсь, эта будет не последней, — прошептала девушка.

— До встречи Энн, я буду отслеживать все события, чтобы случайности помогали мне быть в курсе твоих дел. Мы ещё обязательно встретимся!

С противоположной стороны, сквозь прозрачную перегородку между отсеками, Энн наблюдала, как Натан поднялся на борт своего корабля, как загерметизировались люки и открылся выпускной шлюз. Ещё пол минуты, двигатель запустился и «веретено» покинуло их борт. Два корабля разошлись в разные стороны. «Бронтозавр» большим неуклюжим пятном лег на пиратскую тропу, обходящую имперские трасы, прячась в тени или зависая в облаках пыли, следуя выбранному наугад курсу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Через смотровой экран, Энн задумчиво смотрела на звёзды, молчаливо хранящие вечную тайну создания этой бесконечной вселенной.

— Жалеешь, что не полетела с ним?

Энн удивилась, она была уверенна, что после встречи с Натаном первым её отыщет Лакур, но никак не Зур.

— Ты должен знать, что я и не собиралась.

— Несмотря, на то, что он имперец, похоже он неплохой парень.

— Да, мне тоже так показалось. Я буду рада, если мой родной брат окажется достойным человеком, хотя бы из-за того, чтобы ты, наконец, убедился, что среди них есть и хорошие люди.

— То, что ты убедишь меня в этом, всё равно не изменит нашего положения — мы против их законов.

— Это не важно, главное чтобы ты согласился со мной хоть в чём-то!

— По-моему, имя Энн гораздо лучше, чем Анелла.

— Здесь не буду с тобой спорить, — Энн улыбнулась и повернулась, чтобы увидеть глаза Зура. — Ты бываешь таким кретином, когда ревнуешь! Почему ты никогда не говоришь мне об этом?

— Зачем? Ты и так это знаешь, — пожал он плечами. — Или для женщин твоей расы становится очевидным, только когда это произносят вслух?

— Один разок не помешал бы, вместо «ты принадлежишь мне!» — вызывающе усмехнулась девушка, не спуская с него ожидающих глаз. — Или в твоём химерском сознании не заложено воспроизведение этих простых слов?

— В том-то и дело, что они слишком простые, они не передадут всей силы моего чувства к тебе, — потянулся к ней Зур. — Но если тебя это потешит, — наклонившись над её губами он прошептал, — Я люблю тебя, Эннжи.

Глава 11

Империя снова сотрясалась от очередной войны! Которая приносила выгоду лишь великим вождям, уродливо отражая их захватнические чрезмерные аппетиты, принося с собой простому населению только потери, страх, ненависть и боль. Великие имперские вожди были так же и великими манипуляторами, стимулируя своих марионеток с помощью разрушительной ненависти и священного долга перед Империей. Имперцы ненавидели своих врагов, посягнувших на их территорию! Но эта война была объявлена им чужеродной расой химеров и расой скворан, заключивших между собой союз. Это был необычный противник! Их логика и поступки не всегда поддавались человеческому пониманию. Жестокость и беспощадное желание скворан нести за собой разрушение и хаос, соединилось с расчетливой хитростью, силой и уничтожающей яростью химеров. Их союз — был словно клокочущее жерло адского вулкана, готового испепелить всех, кто будет стоять у них на пути!

Империя ожесточенно обороняла свои рубежи, а химеры целенаправленно наносили удар за ударом, укрепив свои технологии секретным оружием скворан.

В первую очередь страдали ближайшие колонии и планеты, находящиеся неподалёку от межевых секторов галактики. Если скворанцы высаживались на одной из колонизированных планет — они уничтожали и выжигали всё живое, не останавливаясь ни перед мольбами людей, ни перед слезами детей. Чудовищные существа из глубин далёкой галактики не знали пощады, не ведали сострадания! Отчаянное сопротивление лишь разжигало в них огонь ярости, заставляя бросаться в бой с новыми силами, не чувствуя боли, не ощущая страха.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Пираты, как ни кто могли скрыться от этой войны, но могли и потерять гораздо больше. Они были зажаты между двух огней!

С одной стороны, вражеский, не признающий их союз химеров и скворан, тут же палящих на поражение, лишь заметив вблизи пиратские корабли, а с другой стороны имперцы, преследующие их в любом из своих секторов, и на основании законов военного положения — стреляющие на полное уничтожение.