Анна Лоуренс (СИ) - Рябченкова Марина

А что если…? А может быть…?

Эти вопросы никак не уходят из моей головы. В поведении Джона ищу подвох, и мне трудно поверить, что его нет.

Джон склонился ко мне. Почувствовав на своих губах терпкий вкус сигары, рассудок, отвечающий за здравые мысли, опять оставил меня.

— Твои чулки ждут твоих нежных запястий… — сквозь поцелуй проговорил мне Джон, и я оцепенела.

Когда двери лифта расступились, почти сразу меня окликнул человек за стойкой администрации гостиницы.

— Вы секретарь мистера Хэнтона? — спрашивает человек в синей форме.

— Да, — рассеянно подтверждаю я.

— Примите сообщение.

Я принимаю лист из рук служащего, в нем аккуратным почерком сказано, что завтра в полдень Мелисса Бауэр пребывает в Юдеско. Она хочет, чтобы ее встретил Хэнтон.

Чувство такое, будто мне дали под дых.

Не слишком хорошо справившись со жгучей ревностью, решительно шагаю в ресторан. В брюках и джемпере свободно прохожу в двери, за дальним столиком к завтраку меня ждет Джон. На мужчине деловой костюм.

— У тебя встреча? — спрашиваю я.

— Да.

— Я еду с тобой?

— Тебе не нужно.

— Надолго?

— Вернусь к вечеру, — сказал мне Джон. Мужчина странно смотрит на меня. Спрашивает:

— Ты не хочешь присесть?

Взгляд мой забегал, и я смутно осознала, что все еще смотрю на Хэнтона сверху вниз.

— Мелисса хочет, чтобы ты встретил ее завтра на вокзале, — говорю я, опустившись на стул. Меж пальцев у меня зажат лист с посланием — небрежно бросаю его на стол, к рукам Хэнтона.

— В какое время? — спокойно спрашивает Джон, даже не взглянув на сложенный пополам листок.

— Ее стилпоезд пребывает в полдень, — не сразу и мрачно говорю я.

Джон облокачивается о спинку своего стула.

— Хорошо, — равнодушно бросил он.

— Хорошо? — удивленно выгибаю бровь, а взгляд мой становится острым. Многое начинаю понимать. — Когда ты разговаривал с Мелиссой?

— Вчера, — безмятежно отозвался Джон. Меня выводят из себя его односложные ответы. Скрипнула зубами и говорю прямо:

— Ты согласился, чтобы она приехала сюда.

— Она моя невеста. Что тебя в этом удивляет?

Мне опять дали под дых.

— Когда ты собирался мне об этом рассказать? — рассерженная, спрашиваю я.

— Сейчас, — терпеливо изрек он и сразу же твердо процедил:

— Неоднократно говорил и повторю снова, мы все обсудили.

— Иди к черту, Джон! — вспылила я, не скрыв ярости в собственном голосе. За соседними столиками на нас бросают удивленные взгляды, и мне стоило больших усилий не послать к черту и этих людей тоже.

— Держи себя в руках, — жестко предупредил Хэнтон.

Услышанное стало бы отличной предпосылкой для новой уничтожающей вспышки гнева, но я достаточно легко беру свои эмоции под контроль.

— Ты прав, — неожиданная мягкость моего голоса удивительным образом сочетается с припрятанным в рукаве козырем. Облокачиваюсь о спинку стула, приложив руку к лицу и, обдумав немного, решительно заявляю:

— Завтра я еду с Майклом в Илсити.

Взгляд Джона стал до неприятного проницательным.

— Это для начала, — многозначительно добавила я.

— А что потом?

— Вернусь в Данфорд и сниму квартиру.

Хэнтон заметно расслабился и спокойно сказал:

— Что ж, у тебя есть деньги, и их должно хватить надолго.

— Смысл в том, Джон, что я больше не хочу быть одной из твоих женщин. Я буду не против выпить с тобой чашку кофе и даже поболтаю о жизни, но не жди меня в своей постели! — зло и прямо говорю я. — Ты можешь вернуть мне документы, своим разводом я займусь сама. Как ты правильно заметил, у меня есть для этого необходимые средства.

За нашим столом воцарилась долгая тишина.

— Я понял тебя, Анна, — сказал, наконец, Джон. — Квартиру менять не обязательно, обещаю входить только по приглашению.

У меня сразу распахнулись губы, чтобы дать решительный отказ, но мелькнувшая здравая мысль остудила мой пыл.

— Спасибо, — говорю я.

Странно тратить столь ценный ресурс, как деньги, на квартиру, когда мне ее предлагают бесплатно. Конечно, с этим наверняка будут сопряжены некоторые неудобства, но, если что-то вдруг пойдет не так, за мной возможность сменить жилье в любое время, когда мне только этого захочется.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я даже улыбнулась мужчине, но Джон не улыбнулся мне.

— Джеферсон продолжит вести твой развод, — сказал он, не сводя с меня прямого взгляда. С очевидной прохладой в голосе добавил:

— Любовника я не потерплю. Мои условия в этом остаются неизменны. Всегда.

Взгляд мой становится хмурым.

Неужели меня не поняли, или Джон не захотел принять то, что я говорю ему?

— Прекратив с тобой отношения, я оставляю за собой право делать все, что посчитаю нужным, — с той же прохладой в голосе предупреждаю я.

В глазах цвета холодной стали сгустились тучи и взгляд стал по-особому мрачным.

— Намерена найти любовника? — спрашивает он и послевкусие от этих слов, будто дали пощечину.

— Это тебя уже не касается, — без страха и очень решительно отвечаю я. Встаю и опять смотрю на Хэнтона сверху вниз. — Квартиру освобожу по первому требованию, как только посчитаешь нужным…

Глава 12

На вокзале Юдеско собралось много людей, все они хотят стать частью важного события города — увидеть первое отправление нового стилпоезда по направлению к Илсити через горы Ханди. Этот маршрут в разы короче того, что проложен длинной дугой у подножия гор, ибо раньше не представлялось возможным проложить путь через холодные и неприступные Ханди.

— Технология будущего еще раз доказала, что для нее нет ничего невозможного! — восторженно объявил Майкл Гроуз, окруженный репортерами в вестибюле вокзала. В темном, распахнутом настежь пальто и в серой шляпе, на фоне темной статуи своего великого предка, Майкл уверенно дает ответы на вопросы, демонстрируя фоторепортерам свою широкую и непревзойденную улыбку.

Майкл Гроуз не пытается поскорее уйти от репортеров, ему не приходится даже терпеть их, он с энтузиазмом разговаривает с ними, а к некоторым даже обращается по именам.

Мне думается, что Майкл Гроуз всегда выступает от лица компании на торжественных событиях подобных этому, так легко ему дается эта роль!

Я терпеливо дождалась, когда репортеры наконец разойдутся и подошла к Майклу, чтобы выказать ему свои поздравления, а также лично поблагодарить за найденное для меня купе в стилпоезде — вчера, сделав ему звонок, я слабо рассчитывала на это.

— Вы бесподобны! — легонько аплодирую я.

— Тоже могу сказать и о вас, Анна — улыбнулся мне Гроуз.

Под руку с Гроузом идем в конец вестибюля, через высокую прямоугольную арку в центральный зал.

В свете дневного солнца золотистые стены центрального зала кажутся много ярче, чем при свете ламп в вечер, посвященный торжественному открытию вокзала.

Здесь больше нет банкетных столов, а взамен красного локомотива на стальной линии стоит стилпоезд насыщенного синего цвета, своими формами он напоминает самолет, только без крыльев. Стилпоезд разделен на несколько длинных вагонов, и под окнами вагона первого класса золотыми буквами значится: «Технология будущего». Того же цвета парные гигантские колеса по обе стороны машинного вагона.

— Как же вы его спрятали, мистер Гроуз? — поразилась я. С перрона, вздернув подбородок вверх, рассматриваю машинный вагон, где чуть ниже панорамного окна расположен большой круглый фонарь. В золотистом металле широкого ободка глубокая гравировка: «Технология будущего. Основатель Филипп Гроуз. 1886 год». Сразу под фонарем большими золотыми буквами выложено название стилпоезда: «Прогресс».

— Мы спрятали его в закрытом депо, — просто и с улыбкой ответил Гроуз. Мужчина смотрит на стилпоезд глазами победителя. — Перед вами, Анна, стилпоезд, которому по скорости, мощностям и комфорту нет равных в стране!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Это еще предстоит оценить, — задумчиво изрекла я.

— Ах, Анна, ваши шпильки, — дружелюбно смеется Майкл, заглянув мне в глаза. — Я не знаком с вашим супругом, но хочу встретиться с этим необыкновенно терпеливым человеком.