Особенности магической любви (СИ) - Задорская Виктория

— Куратора? — переспросила я.

Кажется, на парах что-то об этом говорили, но я тогда слушала информацию вполуха, думая о чем-то своем.

— Да, я — твой куратор и буду следить за успешным прохождением практики. Считай, что буду твоим названным братом на чужой территории.

— Вот так, — буркнула себе под нос.

Не хватало мне еще Кая! Учитывая то, что я отправляюсь во владение братьев Томнатиков совсем с другой целью, получить единоличного надзирателя чрезвычайно неуместно.

— Не волнуйся, все будет хорошо. Я буду рядом, подскажу, помогу. Будем на связи двадцать четыре часа в сутки.

Я разозлилась. Ну, за что мне это? Мало того, что нужно будет попасть на запретную территорию, которая (я в этом убеждена) находится под особой защитой братьев, так еще и слишком заботливый куратор осложнит мне задачу.

— Я вижу, ты не в восторге от этой информации, — сделал вывод Кай, анализируя мою мимику.

— Скажем так: ты не входил в мои планы.

— Зато ты входила в мои, — улыбнулся парень.

— Я вижу, привычки не меняются, — огорчилась я.

— Не беспокойся, правила университета об отношениях четкие, как никогда. Поэтому отношения у нас будут рабочие. Что ж, не буду задерживать тебя. Надеюсь, появишься вовремя.

— Да, конечно.

— Да, конечно, куратор Новак, — поправил меня юноша и, не дожидаясь ответа, направился дальше.

— Выскочка, — прошипела я тихонько, чтобы он меня не услышал.

* * *

Карета была великолепная. Огромная черная колесница, запряженная четверкой вороных, как сама ночь, пегасов. Как только она приземлилась на площадь, открылась дверца, и оттуда выскочил самый младший из братьев.

— Святослав Томнатик, — галантно поклонился.

Не просто так Агата от него млела. Блондин выглядел безупречно, как настоящий заморский принц. Начищенные до блеска сапоги, тесные штанишки с лампасами, свободная белая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, открывающая натренированные грудные мышцы. Кай на его фоне казался какой-то бледной поганкой, низкосортной пародией на настоящего мага.

— Кай Новак, — протянул ладонь для приветствия мой куратор, но Свят, проигнорировал его жест, выпучив светло-голубые глаза на меня.

— Если не ошибаюсь, нам отец говорил, что практикантом будет парень…

— Хм… Ну… На самом деле… — на мгновение растерялся Кай, но наконец овладел собой и с достоинством ответил. — По правде говоря, мне о ваших договоренностях ничего неизвестно. Комиссия выбрала эту студентку для прохождения практики в ваших владениях.

— Ладно, — тяжело вздохнул колдун. — Пусть будет так. Отец потом поговорит с Бенедиктом.

Он лениво щелкнул пальцами, и чемоданы поползли внутрь кареты.

— Садитесь, дорога будет долгой.

Я сразу залезла внутрь. Ведь среди двух мрачный мужчин чувствовала себя крайне неудобно. Очевидно, практика у меня будет веселая.

В карете было очень просторно: два мягких диванчика, обитые розовым бархатом, в центре стол с напитками и едой, а с граммофона звучала инструментальная музыка.

Как только все разместились, карета мягко поднялась в воздух.

— Как тебя зовут? — без лишних церемоний спросил меня Свят.

— Злата Октябрь, — коротко ответила.

— И чем ты заслужила такую честь, как прохождение практики у нас?

— Понятия не имею, — пожала плечами, чувствуя себя, как на настоящем допросе.

— То есть на протяжении обучения не было никаких особых достижений и успехов?

— В зависимости от того, что называть достижениями…

— В прошлом году Злата разоблачила коварный план Ярика Ясноликого, — спас меня Кай. — А еще она — успешная студентка своего факультета, победительница антимагического квеста и исключительно одаренная боевичка, ведь обладает магией четырех стихий.

— Всех четырех стихий? — слегка удивленно уточнил блондин.

— Да, — кивнула я.

— Незаурядный талант. Жаль, что он достался лицу женского пола.

Я чуть не подавилась собственной слюной. То есть «вред»? Этот напыщенный павлин, очевидно, вообще не знаком с современными феминистическими тенденциями. Застрял в своем прошлом веке, и смотрит на всех сверху вниз. И в сравнении с ним Кай — ангел с характером ягненка. Вот надо же было сказать только одну фразу, чтобы мгновенно перечеркнуть всю харизму и привлекательность.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Больше мы не общались. Томнатик погрузился в чтение книги, Кай уныло смотрел в окно, а я мечтала, чтобы все быстрее закончилось. Практика, обучение, проблемы… Нутром чувствовала, что скоро начнутся настоящие перипетии. В течение всего семестра атмосфера в магическом обществе только ухудшилась. Студенты с ума сходили от своих любовных переживаний, преподаватели — от чрезмерной власти. Теперь продолжается полный штиль и ничего нового не происходит, и я знаю, что это только заблуждение, затишье перед бурей, имя которой Селена.

— Прибываем, — через некоторое время сказал ведьмак.

На улице стемнело, поэтому куда именно прибывали, я не видела. Карета начала снижаться и уже через несколько минут копыта пегасов коснулись твердой земли…

Глава 34. «Ужин»

Дверцы открыл старенький горбатый мужчина.

— Прошу, госпожа, — проскрипел он сухим голосом и подал сморщенную руку.

Я осторожно прикоснулась к ней и вылезла на свежий воздух.

Мы стояли посреди ухоженной лужайки, а позади кареты возвышалось имение Томнатиков, похожее на небольшой частный замок, снаружи украшен богатым декором: барельефами, витражами, флюгерами. Справа поднималась башня с курантами, а внизу был разбит великолепный сад с декоративным озером в центре. Дом настоящих аристократов.

— Этот дом — наша личная неприступная крепость, — сказал Святослав, наблюдая за моей реакцией.

— Так много окон… — удивился Кай.

— Да, благодаря нестандартному архитектурному решению и обеспечена его магическая мощь. Ведь в имении триста шестьдесят пять окон (как дней в году) пятьдесят две комнаты (как в году недель) и двенадцать входов (как в году месяцев). В каждый кирпич вложено столько магии, сколько вам и не снилось.

— Достаточно щеголять, — из тени сада появился еще один брат (если не ошибаюсь, это был средний их их трио — Бром). — Еще начни рассказывать, что здесь посажены редкие породы магических деревьев.

— Магических деревьев? — переспросила я.

— Да, — с гордой рожей ответил Свят. — Самшит, катальпа, сосна Веймута, канадская ель, японская голубая вишня, розовый бук, итальянская Глиница; из кустарников — дейция, гортензия… Перечислять можно долго.

— Не обращайте внимания, Святослав у нас травник. Все эти растения — его любовь. Ужин уже давно подан, мы ждали вас на полчаса раньше, — Бром криво улыбнулся и пошел в имение.

— Пришлось сделать крюк через несколько воздушных вихрей, — ответил Томнатик и последовал за братом.

Мы с Каем переглянулись и потянулись за ними.

Внутри поместья было холодно и неуютно. Высокий потолок, тесные коридоры и влажность, которой был пропитан сам воздух. Сложилось впечатление, что мы зашли в пещеру, а не в жилой дом.

— Сюда, — направил нас Бром, и через несколько минут мы зашли в просторную столовую.

За длинным столом сидели двое мужчин, удивительно мрачных и похожих друг на друга. Единственное отличие в том, что у одного из них лицо было испещрено морщинами, а в черных волосах серебрилась седина.

— Вы опоздали, — прокомментировал он.

— Простите меня, отец, — ответил Свят и, уныло опустив голову, сел возле старшего брата.

Агата когда-то называла имя, помнится, оно идеально подходило ему… О! Вспомнила — Мстислав. Самый старший из братьев и главный наследник — Мстислав Томнатик.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мы с Каем стояли в дверях, как два соляных столба, и не знали куда идти, с кем здороваться, где садиться, о чем говорить.

— Гутын Томнатик, — сказал отец братьев, устремив свой орлиный взгляд на меня.

— Злата Октябрь, — ответила я.

— Кай Новак, — представился куратор.