Вадим Воинроз - Тет-А-Тет с Отражением

Таша заплакала и убежала, она понимала, что вскоре нам всем придется принести страшную клятву. Обет мести. И каждая из нас должна будет при встрече уничтожить Изольду.

— Она действительно обречена — ответила я. — Она и ее обреченная любовь. Между двух перекрестных огней не выжить.

— Нет повести печальнее на свете… — хмыкнула Ева, в ее глазах виднелся блеск слез. Это была серьезная потеря. Рваная рана в наших душах. — Надо собрать совет. Еще раз. Мы должны что-то сделать. Хотя бы попытаться. Я не намерена так легко сдаться. Я уже знаю, что нам нужно сделать, осталось все обсудить и согласовать с остальными.

Что ни говори, я понимала, насколько сильной была Изольда. Она не побоялась идти против всего что есть. Но я не знаю, что такое любить. Возможно ли то, что и я когда-то смогу поставить на карту все что имею? Идти одной против всех. Когда весь мир против тебя. Любовь ослепляет, вот только спасет ли она ее, или причинит боль и смерть? Все ли эти понятия неразрывно связаны? Изольда и Ярослав оказались одни против целого мира. И ответы на все вопросы сможет дать только время…

Глава 11

Иллюзия Любви

И

Прикосновение к Истине.

…"Начну обманывать безбожно,

Чтоб не любить, как я любил;

Иль женщин уважать возможно,

Когда мне ангел изменил?

Я был готов на смерть и муку

И целый мир на битву звать,

Чтобы твою младую руку —

Безумец! — лишний раз пожать!

Не знав коварную измену,

Тебе я душу отдавал;

Такой души ты знала ль цену?

Ты знала — я тебя не знал!"

М. Ю. Лермонтов

— Ты когда-нибудь любила так, как говорила о своей любви Изольда? — спросил я Аду и посмотрел ей в глаза.

Девушка встала с моих колен, и подошла к единственному зеркалу в избе.

— Я красивая? — вопросом на вопрос ответила она.

Я вспомнил нашу первую встречу с ней. Тогда, словно наваждение завладело моим телом. Я потянулся к ней, как цветок тянется к солнцу, и даже смог без угрызений совести изменить своей девушке. Я даже не вспомнил о ней в тот вечер. Бедная Наташка. Как она там сейчас? Ей многое, наверное, пришлось пережить, ведь она не смотря ни на что, хотела остаться со мной. Но так будет лучше, я лишь огородил ее от страданий, от еще большей боли. И пусть я решил это за нас двоих, я уверен, что поступил правильно.

— Да. — Просто ответил я.

— Ты сейчас говоришь это искренне? Может я все же уродина, старая морщинистая бабка с клюкой, а то, что ты видишь, это лишь то, что я желаю, что бы ты видел?

Наваждение. Может и вправду, я вижу лишь то, что она хочет? Вампирам подвластен гипноз, я сам применял его, да к тому же она по-прежнему оставалась ведьмой.

— Ты вампир. Ты не можешь состариться физически. Так что, то, что я вижу, это не обман, а вот то, что я испытываю к тебе, это иллюзия.

— Иллюзия… А ты способен ей сопротивляться? — она взяла локон своих волос и задумчиво накручивала его на свой указательный палец, по-прежнему не отрываясь от зеркала.

Я понимал, что не могу даже сделать попытки. Она имела надо мной власть. Но что это была за власть? Ни ее природу, ни ее сущность я еще не в силах был осознать. Поэтому мне оставалось лишь промолчать. Я не знал, что ответить.

— Молчишь? — спросила девушка и перестала накручивать волосы на палец. — Я смогла понять, что это за чувство. Чувство, которое сильно на столько, что способно уничтожить целые цивилизации. Любовь повергла в прах многие могущественнейшие империи. Из-за любви всегда велись беспощадные и кровопролитные войны. Я всей своей душой, что у меня осталась, если конечно вообще она существует, боюсь этого чувства. Красота уничтожит мир. Запомни мои слова.

— Значит ты никогда не испытывала то, что испытала твоя сестра?

— Многие из нас погибли так и не испытав физической близости с человеком. Но любить… нет. Я никогда не любила. Любовь это роковая ошибка человечества. Вспомни хотя бы Елену Троянскую, да я тебе могу привести в пример тысячи женских имен, которые известны истории, из-за которых покалечены многие судьбы. А всему причиной — любовь. Я лишь потом осознала, что это можно использовать в своих целях, как оружие, которое содержит в себе ключ к управлению над целым миром. — Ада отошла от зеркала, и легла на кровать, на которой я не так давно лежал, повернувшись лицом ко мне. — А ты любил?

— Любил. — Быстро и холодно ответил я.

— Ааа. Ты говоришь про ту девушку, Наташа кажется, верно? Видела я ее пару раз. Ничего особенного. Я лучше, правда? — теперь во взгляде Ады было что-то дьявольское, хитрое и ужасное.

Мне стало противно. На самого себя. Я понял, что никогда не смогу простить ей ничего. Она отняла у меня все. Все.

— Скажи мне, Андриан. Чем я хуже нее?

Во мне копилась злоба, но я понимал, что не смогу даже оцарапать ее. Прошлая моя попытка не увенчалась успехом.

— Раз ты в свой день рождения предпочел ей меня, то значит я лучше, правда? — Ада усмехнулась, и поманила к себе пальцем. — Может, повторим?

Я резко встал, и направился к выходу, но, взявшись за старую ручку, почувствовал слабость во всем своем теле. Я еще не окреп. Мне стало лучше, но я не чувствовал своих сил.

— Я любил ее.

— Ну и где сейчас твое чувство? Где она сейчас? Где твоя любимая? Я тебе обещаю подарить весь мир. А что может дать тебе она?

Я чувствовал, как каждое слово обретает форму и со звоном стекла разбивается о мою спину. Я чувствовал на себе огонь ее взгляда.

— Любовь. Ее ты никогда не сможешь дать мне. Ты сама сказала, что боишься ее как черт ладана.

— Я хочу посмотреть своему страху в лицо, Андриан. И ты — мой избранник.

Я обернулся и посмотрел на нее в упор.

— Любовь не берут силой, насильно мил не будешь. Ты не заставишь любить себя никого. Быть с тобой рядом, безропотно превозносить, да. Но любить… Такими способами никогда не добиться того, что ты хочешь.

Мое тело сделало шаг к ее направлению.

— Но ведь в ту ночь ты любил меня? — лукаво улыбнулась девушка. Одной рукой она стала расстегивать свою блузку.

— Это было влечением. — Я сделал еще один шаг.

— Я смогу получить от тебя любовь. Ты будешь любить меня. Сегодня. Сейчас.

Резко закружилась голова. В глазах потемнело. Я пытался что-то сказать, но весь звук оборвался, оставаясь лишь эхом в гортани, ноги стали ватными, и я начал медленно оседать на пол, отчаянно пытаясь за что-нибудь ухватиться руками. Я сделал еще несколько шагов и почувствовал край кровати, пытаясь зацепиться за нее. В горле жутко пересохло. Хотелось пить. Я поднял голову и увидел над собой… Наташку. Она нежно смотрела на меня сверху и улыбалась.