Лиза Смит - Влечение

— Стефан, тебе не кажется, что пора уже перестать ждать, когда придет старший брат и тебя спасет?

Он вошел внутрь, схватил меня за запястье и выкинул из склепа. Я врезался в противоположную стену и обрушился на мраморный пол. С Лекси Дамон обошелся аккуратнее, но ненамного. Она приземлилась рядом со мной — невесомое тело, неуклюже разбросавшее ноги.

Пыль и каменная крошка висели туманом в воздухе. Я моргнул, пытаясь сориентироваться среди одинаковых стен.

— Держи, — Дамон протянул мне серебряную фляжку, — без этого вы не убежите.

Я приложился к горлышку фляжки. Кровь. Сладкая, сладкая кровь. Внутренний голос кричал, что кровь человеческая, на я залил его глотком густой жидкости. Я пил и пил ее и закричал, когда Дамон отобрал у меня фляжку.

— Оставь немного для леди.

Лекси пила жадно и тихо, кровь капала с подбородка и размазалась вокруг губ. Кожа, высохшая и побледневшая, как у старухи, налилась жизнью, стала розовой и гладкой.

— Спасибо, парень, — выдохнула она, — мне это было нужно.

Как лампа заливает погреб светом и теплом, Сила потекла по телу, возвращая мне чувства, наполняя меня легкостью, которой я не чувствовал с того момента, как начал питаться животными.

Когда зрение вернулось в норму, я чуть не задохнулся. За Дамоном стояла черноволосая женщина. Одна ее рука касалась виска а вторая была сжата в кулак. Глаза были закрыты, а все тело слегка дрожало. Как будто ей было очень больно, а на месте ее удерживали мучения одновременно духа и тела.

Маргарет.

Она была не одна. Перед ней на полу извивался от боли еще один человек, и я в ужасе понял, что мучили не ее. Что это она мучила кого-то. Люция. Сверхвампира, такого могущественного, что он стал личным слугой Клауса, демона пришедшего прямиком из ада. Люций убил целую семью, поймал меня и Лекси, как мышей. И он сжимал голову руками и кричал так, что вся часовня тряслась.

— Это Маргарет? — ошарашенно спросил я.

Дамон поднял меня и толкнул к двери.

— Мы не можем ее бросить!

— С ней все будет хорошо.

— Но…

— Все вопросы потом! Беги!

И, еще раз взглянув на женщину, которая бросила к своим ногам сам ад, я выбежал из своей тюрьмы под лунный свет.

28

Мы втроем выбежали из часовни и, покинув поместье Ричардсов, оказались в лесу. Подлесок опутывал ноги, пока мы бежали вниз с холма по сырой земле, а высокие сосны закрывали от нас лунный свет, пробивавшийся сквозь облака. Если бы мы были людьми, то оскальзывались бы и падали на гниющие листья. А, не видя ничего дальше ярда перед собой, влетели бы в какое-нибудь огромное дерево.

Вместо этого мы скользили в ночи, как хищники, как сотни лет делали вампиры, стремительно летевшие по лесу в поисках следующего поселения будущих жертв, преследуя тех, кто самонадеянно отделился от стада и решил отправиться в путь в одиночестве.

Несколько унций человеческой крови, плескавшиеся в моих жилах, почти заставили меня потерять голову и забыть, от чего мы бежим.

Потом раздался шум.

Он начался как долгий раскат грома, перешедший в крещендо нечеловеческого воя, и закончился отчаянным визгом. Шум был везде, стоял в ушах, заливал долину, в которую мы спускались, заполнял небо над головами.

Испугавшись, мы остановились.

— Думаю, вампир свободен, — пропыхтел Дамон.

— Маргарет… — начал я.

— Поверь, с ней все в порядке. Ты видел, что она с ним сделала?

— Кем надо быть, чтобы сотворить такое?

— Ведьмой.

— Как Эмили? — Моя теория подтвердилась. Мир что, полон ведьм, вампиров, демонов и черт знает кого еще, кого не замечают люди?

— Я понял, что она не такая, как все, когда не сумел зачаровать ее, — объяснил Дамон, — тогда я спросил. Она ответила, прямо и честно.

— Так она…

— Наложила защитные чары на себя и свою семью. И жгла Люция с помощью какого-то дара, чтобы дать нам немного времени. Немного. Надеюсь, защитные чары все еще действуют.

Снова раздался рев.

— Пошли, — велела Лекси, и мы побежали дальше.

Деревья чернели, как будто сама природа в ужасе ожидала приближения древнего вампира. Земля дрожала под его шагами.

Мы с Дамоном прыгнули через глубокий овраг, и на какое-то мгновение наши движения идеально синхронизировались. Но потом мы втроем поспешно затормозили, чтобы не свалиться с края утеса, нависшего над Манхэттеном.

— Гм. — Дамон с сомнением глянул вниз.

— Нужно найти другой путь, — я обернулся, глядя туда, откуда мы пришли, — тропинку или…

Лекси с криком бросилась вниз с утеса.

Я смотрел на нее в ужасе.

— Найти другой путь? — В голосе Дамона слышалось разочарование. — Все еще думаешь как человек? — Он последовал за ней.

Когда я увидел, как он исчез в кустах внизу, у меня перехватило дыхание. А потом и я прыгнул.

Хотя падать было очень страшно, падение подарило мне невероятное чувство свободы, Я ничего не весил и словно плыл в воздухе. Ветер свистел в волосах и растопыренных пальцах. Я почти летел.

Я упал на толстый слой листвы, перекатился и встал, отделавшись вывихнутой лодыжкой, которая, впрочем, тут же прошла сама собой.

Дамон и Лекси стояли на месте. Девушка подняла голову, вслушиваясь во внезапную тишину.

— Он нас потерял, — триумфально заключил Дамон, — не понял, что мы спрыгнем. Он…

— Он перед нами, — выдохнула Лекси. К югу от нас тишина была полнейшей, как будто все живое умерло или затаилось. Мы подождали, не зная, что делать, хотя, наверное, было уже поздно.

Потом мы услышали, как согнулась и сломалась травинка.

— БЕЖИМ! — закричала Лекси.

Мы рванули с места. Я сделал ошибку — обернулся. Видел я одно, а слышал другое. Казалось, что за мной с неожиданной быстротой бежит старик. Но тень в лунном свете принадлежала чему-то огромному и не похожему на человека. Кусты и деревья ломались и падали от одного его прикосновения.

Я удвоил скорость.

У нас не было выбора — мы бежали на юг. Лес редел, цивилизация подняла свою уродливую голову: одинокая ферма, брошенные хозяйства, большое поместье, отель, земляные тропинки сменились мощеными улицами, запруженными лошадьми, повозками, кэбами и даже людьми, несмотря на поздний час.

За нами, восстанавливая силы в каждом пятне тени, следовал древний.

Мы завернули за угол, обрушив корзины с фруктового лотка; гнилая вонь дыхания древнего обжигала мне шею. Мы неслись через трущобы, пытаясь не запутаться в бельевых веревках и не свалиться в мусорные ямы, а он отбрасывал в стороны любые препятствия и даже людей, чтобы добраться до нас. Мы подумали, что оторвались в узких переулках и кривых улочках, но мы чувствовали его Силу и напряжение, дрожавшее в ночи.