Лиза Смит - Темное воссоединение

- Сальваторе, если не ошибаюсь, - сказал он, сделав поклон. - И, конечно же, красивая Елена. Красивая мертвая Елена. Прибыл, чтобы присоединиться к ней, Стефан? Вы двое были созданы, чтобы быть вместе.

Он выглядел молодым, старше, чем Стефан, но все же молодым. Но он таковым не являлся.

- Стефан, уходи сейчас же - прошептала Елена. - Он не может причинить боль мне, зато тебе может. Он может заставить случиться чему-то, и это будет следовать за тобой из сна.

Рука Стефана только сильнее прижала ее к нему.

- Браво! - мужчина в плаще поаплодировал, оглянувшись, как будто поощряя невидимую публику. Он немного шатался, если бы он был человеком, Стефан подумал бы, что он пьян.

- Стефан, пожалуйста, - шептала Елена.

- Некультурно уходить, не представившись друг другу, - сказал белокурый мужчина. Он подошел на два шага ближе, держа руки в карманах. - Разве ты не хочешь узнать, кто я?

Елена трясла головой, не в отрицании, а в поражении, и опустила голову на плечо Стефана. Он провел рукой по ее волосам, и прижал голову к себе, желая оградить всю ее от этого сумасшедшего.

- Я хочу узнать, кто ты, - ответил он, смотря на белокурого мужчину.

- Не понимаю, тогда почему ты все это время не спрашивал об этом меня лично, - рассуждал мужчина, царапая щеку своим средним пальцем. – А, расспрашивал обо мне других. Я единственный, кто может тебе ответить. Я живу уже долго.

- Насколько? - спросил не впечатленный Стефан.

- Довольно долго… - пристальный взгляд белокурого мужчины стал мечтательным, как будто он начал вспоминать прошлое. - Я ломал шеи еще, когда ваши предки строили Колизей. Я убивал вместе с армией Александра. Я боролся в троянской Войне. Я стар, Сальваторе. Я, один из Древних. В моих самых ранних воспоминаниях я носил бронзовый топор.

Медленно, Стефан кивнул.

Он слышал о Древних. О них шептали среди вампиров, но никто из тех, кого знал Стефан, не встречал их. Каждый вампир был обращен другим вампиром, в последствии обмена крови. Но давно, очень давно, появились Древние, те, кто не был обращен. Они были теми, с которых все началось. Никто не знал, как они появились, сразу будучи вампирами. Но их Силы были легендарны.

- Я помог уничтожить Римскую империю, - мечтательно продолжал белокурый мужчина. - Они называли нас варварами, и ничего не поняли! Война, Сальваторе! Нет ничего подобного ей. Европа тогда была захвачена. Я решил придерживаться сельской местности и наслаждаться. Странно, ты знаешь, люди никогда не чувствовали себя комфортно рядом со мной. Часто, только взглянув на меня, они крестились и убегали. - Он потряс головой. - Но одна женщина пришла и попросила у меня помощи. Она была девицей в домашнем хозяйстве барона, и ее маленькая хозяйка была больна. Умирала, как она говорила. Она хотела, чтобы я сделал с ней что-нибудь. И так… - улыбка вернулась к нему и, становилась все шире и шире, - я это сделал. Она была той еще штучкой.

Стефан повернул свое тело так, чтобы Елена была как можно более защищенной от него, и потом, какое-то мгновение, он тоже тряс головой. Он должен был знать, должен был предположить. И так все воспоминания вернулись к нему. Смерть Викки и Сью было его рук делом. Он вспоминал цепь событий, которая закончились здесь.

- Катрин, - сказал он, поднимая голову, чтобы посмотреть на мужчину. – Ты, вампир, который обратил Катрин.

- Спас ее жизнь, - поправил белокурый мужчина таким тоном, как будто Стефан сглупил на уроке. - Которую твоя маленькая возлюбленная забрала с собой.

Имя. Стефан пытался вспомнить имя, зная, что Катрин когда-то его упоминала. Он мог слышать слова Катрин в своих мыслях «…я проснулась посреди ночи, и увидела мужчину, которого привела моя горничная, Гудрен. Я испугалась. Его звали Клаус, я слышала, что люди в деревне говорят, что он злой…»

- Клаус, - белокурый мужчина сказал мягко, как будто с чем-то соглашаясь. - Именно так она называла меня. Она возвратилась ко мне после того, как два маленьких итальянских мальчика бросили ее. Она сделала для них все, обратила их в вампиров, подарив им вечную жизнь, а они просто бросили ее. Очень странно.

- Все было не так, - сквозь зубы выдавил Стефан.

- А еще более странно то, что она никогда не брала верх над вами, Сальваторе. Особенно над тобой. Она всегда была между вами. Я пытался вызвать у нее чувства ко мне, но у меня так ничего и не получилось. Возможно, мне следовало просто убить ее, я не знаю. Но за это время я привык, что она всегда рядом. Она никогда не была самой яркой. Но она была хорошенькой, и знала, как развлечься. Я показал ей, как можно наслаждаться убийством. В конечном счете, она немного рехнулась, ну и что с того? Я не хотел, чтобы она стала такой.

В сердце Стефана больше не было и частички любви к Катрин, но он понял, что все еще ненавидит мужчину, который сделал ее такой, какой она была к концу своей жизни.

- Люблю ли я развлекаться? - Клаус ткнул себя в грудь, словно в неверии. - Ты уничтожил Катрин, хотя это скорее заслуга твоей маленькой подружки. Прямо сейчас, она является пылью. Едой червей. Но твоя крошка, к сожалению, вне моей досягаемости. Ты находишься в высшем мире, разве это не странно, Елена? Почему ты не здесь с нами?

- Если бы я только могла, - прошептала Елена, подняв голову и бросив на него ненавистный взгляд.

- О, это хорошо. А пока мне хватит и ваших друзей. Сью была такой сладенькой девочкой. - Он облизнул губы. - А Викки была привлекательной. Тонкое тело, все при ней. Она больше напоминала девятнадцатилетнюю, чем семнадцатилетнюю.

Стефан шагнул вперед, но Елена его поймала.

- Стефан, не делай этого! Это его территория, он ею управляет. А его Сила намного больше наших.

- Точно. Это, моя территория. Нереальность. – Клаус вновь усмехнулся своей странной злобной усмешкой. - Где совершенно бесплатно осуществляются ваши самые жуткие кошмары. Например, - сказал он, взглянув на Стефана, - Какой бы ты хотел увидеть свою возлюбленную в ее настоящем обличье? Без косметики? - Елена издала мягкий звук, похожий стон. Стефану показалось, что она напряглась.

- Сколько времени прошло с тех пор, как она умерла? Примерно шесть месяцев? Знаешь, что происходит с телом, когда оно лежит под землей в течение шести месяцев? - Клаус снова облизнул губы, как собака.

Теперь Стефан все понял. Елена задрожала и, согнув голову, пыталась от него отойти, но он только сильнее прижал ее к себе.

- Все в порядке, - он сказал ей мягко. И обратился к Клаусу:

- Ты забываешься. Я не человек, который боится темноты и трясется от вида крови. Я знаю о смерти, Клаус. Она не пугает меня.

- Да, но разве она тебя не волнует? - Голос Клауса понизился и прозвучал низко и словно опьянено. - Разве это не возбуждает? Зловоние, гниль и жидкости разлагающейся плоти? Разве это не приводит в восторг?