Что будет после расторжения помолвки? Книга 1 - Мари Морикава
– Какая жестокость! Разве можно допустить, чтобы такой человек стал следующим королем?
– В кругу семьи он ведет себя иначе. Остается надеяться, что с возрастом этот ребенок образумится. – Арклейн тяжело вздохнул и пожал плечами. – Возможно, другие уже говорили тебе об этом, но я повторю. Эстель, если на тебя нападут, как сегодня, – в первую очередь думай о собственной безопасности. Так ты защитишь и тех, кто находится рядом.
– Я поняла…
– Те, кто служит королевской семье, готовы ради ее защиты пожертвовать собой. Похоже, мне предстоит объяснить тебе, как вести себя в подобных ситуациях. Однако позволь выразить благодарность. Спасибо, что защитила Мейбел Цао…
Когда принц склонил голову, Эстель захлестнули чувства. Арклейн продолжил:
– Не будем больше об этом. С завтрашнего дня я буду учить тебя контролировать свои магические силы. Если развить способность чувствовать ману, то, возможно, ты сможешь раньше обнаружить присутствие Лидиса и сбежать.
– Разве такое возможно?
– Среди членов королевской семьи «пробужденные» не редкость, поэтому у нас из поколения в поколение передаются способы, как подчинить свои магические способности. Думаю, тебе тоже стоит попробовать ими овладеть.
– Я… не возражаю. Но можете ли вы мне открывать эти тайны?
– По правде говоря, следовало бы получить разрешение отца… Однако ты моя невеста и будущая принцесса, – его пальцы мягко скользили по волосам девушки, медленно перебирая пряди, – и если нам удастся развить твои способности, то мне это будет тоже выгодно. Так что я позволю себе сделать исключение из правил. – На лице Арклейна заиграла озорная улыбка.
– След от поцелуя побледнел. Может, стоит поставить новый? – прошептал принц.
Эстель невольно прикрыла вырез ночной сорочки, заметив, что взгляд Арклейна устремлен на ее грудь. Сегодня на ней снова было чересчур откровенное ночное белье. Как бы она ни протестовала, ни Лия, ни Мей не давали ей надеть что-то более скромное, и девушка перестала спорить с ними.
– Я-я так не думаю… Его ведь все еще видно…
– Но если не появятся новые, люди подумают, что я охладел к тебе. Нужно же показать всем, как ты мне дорога. Поэтому, думаю, лучше добавить еще…
Эстель залилась краской и потупила взгляд. Придворные относились к девушке с подобающим почтением только благодаря превосходной актерской игре Арклейна. Она понимала, что следы от поцелуев на ее теле делали все происходившее еще более убедительным, но девушку это невероятно смущало.
– Может быть, стоит сделать где-нибудь пониже? На животе или на бедрах? Если уж и оставлять, то лучше на более интимном месте…
– Лучше на груди! – перебила Эстель, сгорая от смущения, и тут же пожалела о сказанном. – Я-я не стану раздеваться… и сделайте там, где не так заметно…
В ответ на ее робкую просьбу мана Арклейна, переливаясь, ярко засияла, и принц рассмеялся:
– Стоит только немного пошутить, ты сразу же краснеешь. Эстель, ты такая милая. – Арклейн погладил ее по голове, как ребенка.
Девушка осознала, что принц снова играется с ней.
– Господин Арк, вы просто невыносимы! – Она отвернулась от него, все еще закрывая вырез сорочки.
Даже повернувшись спиной, она ощущала, как лучезарно сияет его мана. Принц явно наслаждался происходящим, что еще сильнее раздражало Эстель.
Услышав рядом тихое посапывание, Арклейн посмотрел на мирно лежащую рядом девушку. Эстель погрузилась в безмятежный сон, несмотря на то, что рядом с ней был здоровый крепкий мужчина. Впрочем, именно по его воле она оказалась в такой ситуации…
Арклейн всегда долго не мог уснуть и спал очень чутко. Несмотря на такой кратковременный и беспокойный сон, с самого детства утром он чувствовал себя отлично и не страдал от недосыпа. Именно из-за этой своей особенности принц, словно хищник, который всегда начеку, еще ни разу не дал Эстель увидеть себя спящим. Арклейн пришел к выводу, что его сон стал таким из-за обстановки, в которой он вырос. С самого детства принц не мог ослабить бдительность ни на секунду.
На мгновение у него появилось желание воспользоваться беззащитностью девушки, но Арклейн тут же подавил его. Не стоит разрушать столь хрупкое пока еще доверие, которое он с таким трудом завоевал. Будет намного лучше подождать месяц-два и получить прямое согласие. Глядя на спящее лицо девушки, Арклейн осознал, что она от него никуда не денется и принадлежит только ему. Похоже, с момента появления Эстель во дворце Весов в Арклейне пробудились собственнические чувства. Только этим и можно было объяснить эмоции, вспыхнувшие у принца, когда он услышал, что Лидис напал на его невесту.
«Этот мелкий паршивец…» – Арклейн мысленно разразился бранью в адрес сводного младшего брата, произнося подобное ругательство впервые.
Окруженный всеобщей любовью, Лидис вырос избалованным и эгоистичным ребенком. Да еще и постоянные сравнения со старшим братом окончательно испортили его характер. Для Арклейна он был надоедливым мальчишкой, вечно ищущим повод для конфликта. Разница в возрасте между братьями составляла целых восемь лет. К тому же Арклейн преуспевал во всем, за что бы ни брался. Он старался не сильно выделяться, опасаясь возможных покушений, но учеба в колледже все равно была непростой. Судя по всему, Лидис отчаянно старался, чтобы его оценки были не хуже.
Лишь в одном второй принц превосходил Арклейна – в унаследованном редком даре телепортации. Однако Лидису этого казалось недостаточно, он желал быть первым во всем. Второй принц всегда искал способы очернить Арклейна и, по всей вероятности, проник во дворец Весов, чтобы посмотреть на его невесту и найти в ней недостатки. Арклейну передали, что Лидис назвал Эстель «заурядной», но при этом добавил, что ему нравится боевой характер девушки. Эти слова младшего брата привели принца в бешенство. Было бы лучше, если бы он посчитал девушку не стоящей его внимания. Зачем она вообще стреляла в него?
Мейбел Цао была полезной пешкой. Арклейн ценил, что Эстель спасла ее, но его беспокоило, что теперь Лидис мог обратить на его невесту внимание. К счастью, младший брат, похоже, не догадался о даре девушки, но до его возвращения в колледж Эстель следовало спрятать. Обдумывая варианты, где они могли бы укрыться на время его выходных, Арклейн разглядывал ее лицо – и почему-то это безмятежно спящее выражение начало его раздражать. Принц задумался, как бы она отреагировала, если бы он попытался сейчас убить ее? Проснется ли девушка, почувствовав его враждебную ману? Одержимый внезапным порывом, Арклейн достал спрятанный под подушкой кинжал и обнажил лезвие. Это был поглощавший ману клинок, который они использовали, чтобы сымитировать следы от первой брачной ночи, когда впервые спали в одной постели. Для того чтобы причинить вред Эстель, через кинжал даже не нужно было пропускать ману, достаточно просто поднести обнаженное лезвие
