Облачная академия. Битва за пламя - Ольга Иванова
– Если я его увижу, то непременно поговорю, – с жаром заверила Вайолетт.
– Спасибо. – Я улыбнулась. – Это было бы неплохо. Скажи ему, что мне просто надо переговорить с ним. Он поймет, о чем я.
– Хорошо. – Вайолетт тоже улыбнулась. Ободряюще. – Не скучай. И отдыхай. А я постараюсь что-нибудь придумать, чтобы еще разок заглянуть к тебе.
– Буду ждать. – Я помахала ей рукой на прощание и откинулась на подушку.
Ох уж этот неуловимый Данте… Я даже не могла быть уверена, что он действительно вернулся. Возможно, он благополучно добрался до своей таверны и уже далеко отсюда. Как и планировал… А может, разгуливает себе где-то по замку, но отчего-то решил не давать о себе знать.
Слабость, все еще владевшая моим телом, в какой-то момент одержала верх, и я задремала. Мне приснился кошмар, где я снова была окружена огнем и спасалась от орктикуса. А потом появился Данте и спас меня. На этом я проснулась, но сон не шел у меня из головы, еще и навевал грусть. После него мне еще сильнее захотелось увидеться и поговорить с Данте.
Остаток дня прошел спокойно. Иногда ко мне заходил лекарь, давал какую-то укрепляющую микстуру. Ни Вайолетт, ни кто-либо еще из моих одногруппников ко мне больше не заглядывали. О Данте тоже ничего не было слышно.
На ночь Флайт заставил выпить меня успокаивающий отвар, и я быстро погрузилась в сон, однако он по-прежнему был тревожным и неглубоким. Наверное, именно поэтому меня так легко разбудили приглушенные голоса посреди ночи. Они были взволнованными, даже испуганными.
– Давайте его сюда, вот на эту кровать, – первый, строгий и самый собранный, принадлежал лекарю. – Осторожнее кладите…
– Кажется, он вообще не дышит, – ответил другой голос. Похоже на магистра Лойда.
– Дышит, – после некоторой паузы сказал Флайт. – Просто все процессы в его организме слишком замедлились…
О боги, о ком это они? Сон как рукой сняло, и я полностью обратилась в слух.
– Это полное иссушение? – уточнил как-то судорожно Лойд.
Я ждала ответа лекаря вместе с ним, но он не последовал. Вместо этого раздался чей-то тяжелый вздох. А в следующую секунду послышались торопливые шаги кого-то еще.
– Господин ректор, магистр Драг, – громким взволнованным шепотом приветствовал Лойд.
– Что стряслось? – спросил ректор.
Мне показалось, что он стоит прямо у моей ширмы, и я закусила губу, чтобы даже вздохом не привлечь к себе его внимание.
– Мы нашли его таким под главной лестницей, около полуночи, – быстро стал объяснять Лойд. – Вначале его сосед по комнате сообщил миссис Харт, что он пропал. Его оставил на отработку Кроуэлл, но после нее парень не вернулся. Миссис Харт решила еще некоторое время подождать, дать ему шанс, так сказать, но после пошла его искать сама. Я случайно встретил ее в коридоре, она мне все и рассказала. Ну и моя первая мысль: снова побег! Это ж как эпидемия: один начал – и все сразу за ним…
– Ближе к делу, – перебил его ректор.
– Я уже собрался идти к вам, спустился вниз, а тут он… У лестницы, – продолжил Лойд. – Не шевелится. Вроде не мертвый, но… Как иссушенный, – последнее он произнес прерывистым шепотом.
– Это действительно похоже на иссушение, – заговорил лекарь. – Точнее, на крайнюю его степень. Почти необратимую. Но как это могло произойти всего за несколько часов? В других известных случаях до такого состояния иссушенные доходили через недели.
Снова повисла тишина, такая глубокая, что я испугалась, как бы они не услышали бешеный стук моего сердца.
– Что с его пламенем, магистр? – наконец произнес ректор.
– Откуда же мне знать? В последний раз, когда я осматривал хранилище, было на месте, – ответил Драг, плохо скрывая раздражение.
– Так проверьте, – голос ректора похолодел. – Сейчас же. Я буду ждать вас в своем кабинете.
– Да, господин ректор, – бросил Драг. Его шаги стали отдаляться.
– Какой прогноз? – поинтересовался ректор.
– Не могу пока ничего сказать, – голос лекаря звучал озадаченно. – Конечно, если бы вернуть ему магию, он бы восстановился, ну а так… Не знаю, как долго он продержится. Но я сделаю все от меня зависящее.
– Если возникнут какие-либо изменения в его состоянии, сразу же сообщайте мне. В любое время суток. Магистр Лойд, пойдемте, нужно много чего обсудить…
– Конечно, конечно… А что с родителями парня? Надо им сообщить… – голос Лойда звучал все тише и дальше, как и шаги.
– И это мы тоже обсудим, – было последнее, что я услышала из уст ректора.
Лекарь Флайт еще какое-то время возился с новым пациентом, но вскоре тоже покинул лазарет. Я не знала, надолго ли, но решила рискнуть. Любопытство, помноженное на страх, толкало меня на риск. Мне просто необходимо было узнать, кто сейчас лежит на соседней койке!
Я, превозмогая боль и слабость в теле, сползла с кровати и отодвинула шторку-ширму. Лунный свет из окна освещал лицо парня с заостренными чертами и впалыми щеками. В голову ударила кровь, перед глазами заплясали мушки: я узнала его. Это был мой одногруппник Орвал Рэнделл.
Глава 18
Я вернулась в свою кровать и до утра боялась пошевелиться. О том, чтобы заснуть, и речи не было. К Орвалу, наверное, каждый час приходил лекарь и оставался у него по минут десять – пятнадцать. Ни ректор, ни другие наставники больше не появлялись. Ко мне лекарь тоже заглядывал пару раз, но я уже привычно прикидывалась спящей. Даже если он мне и не верил, то вида не показывал.
Я же ни секунды не могла не думать об Орвале и том, что с ним произошло. В голове подобное просто не укладывалось. Кто мог с ним такое сотворить? И связано ли это с иссушениями, которые происходили у нас в городе? А главный вопрос – зачем? Одно ясно: в случае с Орвалом использовали сосуд с его магическим пламенем. И это явно облегчило дело преступнику.
Сосуд! Я подскочила, вспомнив кое о чем. Кое о чем, что из-за всех личных проблем начисто выветрилось из головы. Пустая ячейка в хранилище с сосудами. Тогда я слишком спешила, чтобы разобраться, емкости с чьим именем недостает. Какая там шла буква по алфавиту? Вроде между «К» и «Е». Но если так, то сосуд с именем «Орвал Рэнделл» не мог находиться там, он был дальше, в другой стороне, куда я даже не доходила. Был ли он там? Я не помнила.
Демоны! Я закрыла лицо руками. Моя теория разваливалась, не успев выстроиться. И тем не менее та пустая ячейка не давала мне покоя. Может, стоит сказать ректору? Все
