Упрямая. (Не)пара для волка - Кира Райт

никогда не будет со мной, что тот, кого я люблю, никогда не ответит мне взаим…

Так, а ведь про чувства он ничего не говорил. Говорил про парность, что бы это ни было. Но разве оборотни лишены чувств? Разве он не может любить кого-то, кто ему не пара? Кажется, у нас тут намечается выход из этой непростой ситуации.

– Эмиииин, – позвала, не забывая наслаждаться видом готовящего обед и раздетого по пояс мужчины.

Он обернулся вопросительно, окидывая меня жадным взглядом. Ну вот вижу же, что нравлюсь, а. Тем более, зря что ли лежу в этой неудобной, но красивой позе?

– Про пару спросить хочу.

После того, как он в очередной раз продинамил меня сегодня, мы стали как-то даже ближе, как бы тупо это не звучало. Мне совершенно расхотелось ему выкать. После такого пусть вообще скажет спасибо, что продолжаю с ним общаться. По идее я должна была оскорбиться и уйти в закат, или рассвет, но главное – показать, что я себя не на помойке нашла, и если он не ценит, то на кой нам такое счастье. Но у меня другой план.

– Спрашивай, Эли.

– Это значит, когда встречаешь её, то сразу влюбляешься?

Он замешкался.

– Не уверен.

– А как тогда?

– Я сам никогда не испытывал такого, поэтому не могу сказать точно, но по тому, что слышал, это скорее притяжение на гормональном уровне и пара сразу становится дорога, не можешь без неё, – так неприятно было это слушать, понимая, что ко мне такого не испытает, а он всё продолжал описывать, как сильно эта связь приковывает оборотней к паре, упомянув только, что сами чувства приходят позднее, когда узнаёшь свою половинку лучше, ведь на одном физическом притяжении тоже далеко не уедешь.

Так-то всё верно говорит. Но выходит, что любовь, уважение и забота не так уж связаны с парностью. Вот что семьи может не получиться, плохо, конечно. Я бы хотела парочку карапузов с такими же вот раскосыми серыми глазами. На самом деле мы были немного похожи с ним, только я рыжая. И когда-то слышала такую примету, что если в паре оба похожи, то это добрый знак.

Да и отчего-то казалось, что будут у нас дети. И точка. Разве имеет для меня значение, можно так или нельзя. Если прежде такого не случалось, значит придётся смириться его стае, что всё бывает в первый раз.

Но вернёмся пока к насущным вопросам.

– То есть я могу нравиться тебе без всего такого, да?

Грациозно поднялась со своего лежбища, плавно направляясь к нему, а Эмин почему-то шагнул назад. Мой вкусный оборотень меня, кажется, немного побаивается. Облизнулась. И он явно почувствовал моё настроение, загораживаясь кастрюлькой.

Глава 29 Не пара

Я же спокойно приблизилась и, протянув руку за его спину, взяла со стола морковку, услышав снова шумный выдох у своей щеки. Моя ты зая.

Отодвинулась, облокотившись пятой точкой на стол, и, не отводя глаз, обхватила губами самый кончик овоща. Зрачки Эмина расширились, но тут я с громким хрустом откусила кусочек, и он поморщился, отворачиваясь. Даже знать не хочу, что он там себе представил. Хотя фантазия уже всё сделала за меня.

– Ты не ответил.

– М?

– Я шпросила, а ты мне не отвещил, – кажется, разговаривать с набитым ртом входит в привычку. Но мне правда было важно услышать его ответ. Хотела убедиться в своей правоте, что для настоящих чувств не нужно ничего того, о чём он говорил.

– Да, ты мне можешь нравиться и без этого.

Отлично! Как-то же обычные люди обходятся без всяких там истинных. Вот и мы обойдёмся. Только Эмин у меня вот какой-то странный стоит тут, руки подрагивают… Вряд ли я его так испугала, скорее… Вгляделась в его глаза внимательнее, ну точно – всполохи эти его оранжевые, значит либо нервничает, для чего нет причин вроде, либо возбуждён… Ах да, морковка же!

– Будешь? – протянула ему то, что не доела сама.

– Не хочу.

– А что ты хочешь? – вопрос прозвучал провокационно, хотя обещала же держать себя в руках. Но его чувства действуют и на меня тоже, что невозможно просто! Магия не иначе.

– Эли, я и так еле сдерживаюсь, прекрати меня провоцировать.

А я бы и хотела, да только ж как остановиться-то?

– Я теперь не могу спросить тебя, что ты хочешь на обед? – захлопала ресницами, но пока образ святой невинности проваливается с треском, судя по его скептическому взгляду.

– Лисичка…

– Скажи так ещё раз, – прошептала, не выдержав.

Каждый раз от такого обращения меня насквозь пронзали миллионы ниточек удовольствия. Отказаться от них в здравом уме и доброй памяти – выше всех моих сил.

Он застыл, глядя на мои губы. И они даже заныли под таким горячим взглядом.

– Лисичка… – повторил хрипло.

Ну и зачем нам его вот это пара-не пара?!

– Иди ко мне, – поманила пальчиком, будучи на расстоянии вытянутой руки.

Только кое-кто и с места не сдвинулся.

– Да ты издеваешься! – хлопнула я по столу, и Эмин вздрогнул.

– Я не остановлюсь потом, не смогу…

Мы стояли друг напротив друга, он полураздет, я пока одета, но это можно легко исправить. Эмин уже поставил свою кастрюльку на плиту и теперь стискивает поварёшку так, что она согнулась, превратившись в загогулину. Только всё равно не замечает этого, продолжая смотреть на мои губы. Держится, мой золотой, из последних сил.

– Эмиииин, – протянула ласково.

– Эли… Я не могу дать тебе того, чего ты хочешь. Чего ты заслуживаешь.

Можно мне пожалуйста менее принципиального и правильного оборотня? Не другого, этого же, просто без принципов…

– Но я же не прошу.

– Пока да, но однажды ты это попросишь, и что тогда?

– Тогда ты меня бросишь, – пожала плечами, хотя ни за что не позволю случиться такому. Ни при каком раскладе. Но зачем пугать-то сразу. Хотя то, что он сказал дальше, только подтвердило мою уверенность в собственной позиции.

– Я не смогу…

– Бросить?

– Отказаться от тебя.

– Пока у тебя вполне успешно получается, – хмыкнула я. Правда, как кремень. В другой ситуации восхитилась бы его выдержкой.

– Если бы ты знала, как это сложно…

– Сложно что?

Он наконец посмотрел мне в глаза и встряхнул головой, словно приходя в себя:

– А о чём мы сейчас говорили?

Я мило улыбнулась. Вот значит как. Временное помутнение.

– Ладно, проехали. Я тебя поняла.

– И что ты поняла?

– Всё, что ты сказал, – старалась говорить отстранённо, вроде безразлично, даже отвернулась, типа занята рассматриванием нашего небогатого провианта.