Рожденная среди звезд - Керри Лемер

— Но я думал… — чуть заикаясь, отвечает медик.

— Вот именно, что вы думали, но не поинтересовались, а что думаю я! — прикрикнула на врача, вставая со стула. — Ни вы, не мой муж, ни даже генерал не интересуетесь моим мнением. Вы, вообще, в курсе, что я живой человек со своим мнением и работоспособными мозгами?

— Лея, пожалуйста, успокойся, мы можем все обсудить, — примирительно говорит Авелиус.

— А до этого у вас языки отсохли? Или вы говорить разучились? — В этот раз они так просто не отделаются.

— Госпожа Роуд, я хотел как лучше. — Бедный медик, на нем уже лица нет, но, может, хоть в следующий раз не будет совать нос куда не просят.

— Лучше для кого? Для вас? Быть может, для генерала или моего мужа? — По очереди указала на мужчин. — Что лучше для меня, имею право решать только я сама, но уж точно не вы!

Больше сил говорить спокойно у меня не осталось. Тяжело выдохнув, я оставила мужчин обдумывать мои слова, а сама иду в спальню. Сомневаюсь, что отец заставит себя долго ждать, и встречать его в таком виде не хочу. Я в принципе встречаться с биологическим родственником не горю желанием. Банально не верю в правдивость этой истории.

Мой папа раоланец? Ну нет же! Я видела его несколько раз и точно помню его невероятные зеленые глаза, которые унаследовала. Помню, что он улыбался и даже подарил мне игрушку. Я не расставалась с плюшевым зайцем, но в какой-то момент он исчез и отец тоже.

Если я дочь инопланетянина, он мог забрать меня, увезти с Земли, а не оставлять с этой женщиной. Язык не поворачивается назвать ее мамой.

Если это окажется правдой, то пусть не рассчитывает на теплый прием. У меня не было отца, не было детства, нормальной семьи, а порой даже еды. Я сама по себе была, теперь у меня есть муж.

— Госпожа Лея, ваш пульс зашкаливает, мне стоит приказать бионикам принести успокоительные препараты?

Хотя бы Фил интересуется моим мнением.

— Нет, Фил, все хорошо. — Если бы! — Сообщи мне, когда прибудут гости, — говорю напоследок, уходя в ванную комнату.

Мне просто необходимо смыть с себя умопомрачительные новости. Но ни вода, ни ароматная пена и сушёные цветы не помогли. Я с каждой секундой становлюсь злее.

А вдруг это не ошибка? Почему отец бросил меня? Почему не попытался связаться? Почему генетическая экспертиза на Земле ничего не показала? Столько вопросов и ни одного ответа. Еще и непонятно, почему молчала мама. Она-то уж постаралась бы продать меня подороже.

Нет, так я точно не приведу мысли в порядок. Со всей злостью выбираюсь из шикарной ванны, разбрызгивая пену во все стороны. Обмоталась махровым полотенцем и сразу направилась в гардеробную.

Скромной одежды у меня не очень много, но пара брюк и вполне приличные блузки все же нашлись, а вместе с ними закрытые балетки. Волосы оставляю распущенными, немного духов и никакой косметики, все же ночь на улице.

— Госпожа, ваш гость прибыл и запрашивает разрешение на вход в дом, — сообщает Фил.

— Он один? — Не хотелось бы знакомиться с его семьей.

Почему-то я думаю, что у отца кто-то есть. Жена, дети, может, и побратимы. Не знаю и не уверена, что захочу знать о его жизни. Боюсь, зависть к его детям сожрет меня изнутри. У них был отец, мать, детство — все то, чего была лишена я.

— Да, госпожа, — следует монотонный ответ, — господин Элсар прибыл один.

— Хорошо, можешь пропустить его, пусть бионики проводят его в столовую и подадут чай.

— Уже выполняю.

Глубокий вдох и выдох. Теперь я готова посмотреть в глаза правде.

Медленно выхожу из комнаты, нарочно оттягивая момент нашей встречи. Я точно знаю, что мне не нужны никакие ДНК-тесты, достаточно будет одного взгляда глаза в глаза. Я никогда не смогу его забыть, и от этого мне еще страшней. Вдруг это не он и тот мужчина тоже был обманом?

Спокойствие, Лея, только спокойствие. Еще ничего не ясно, а я уже накрутила себя.

— Лея? — звучит мужской голос, такой до боли знакомый и теплый.

Отрываю взгляд от пола и утопаю в зеленых глазах, таких же, как и мои. Они светятся изнутри и напоминают два изумруда.

— А вы? — голос дрогнул, срываясь на хриплый шепот.

Он будто и не изменился вовсе. Такой же красивый, темноволосый, высокий, с ямочками на щеках. Его нежная улыбка согревает душу. Я не могу злиться на него, когда он так смотрит.

— Даниар Элсар, но ты можешь называть меня папа, — осторожно подбирая слова, говорит он.

— Так сразу? И даже не убедишься, что я действительно твоя дочь? Анализы? Тесты? — Преодолев последние метры, останавливаюсь совсем близко к отцу.

— Нет. — Снова улыбается и рывком притягивает в объятья.

Я не шевелюсь. Руки словно онемели и повисли в воздухе, мне не хватает смелости, чтобы прижаться к отцу в ответ.

— Ты так выросла, лучик, так изменилась, — ласково шепчет, поглаживая по спине.

Лучик… Точно, так он называл меня во время редких встреч.

— Почему ты бросил меня? — обида так и льется из меня, ее не скрыть, не спрятать.

— Давай пройдем в столовую, — предлагает, отстраняясь от меня. — Кажется, твои бионики предлагали чай.

— Идем, — киваю и иду первой.

За это время успеваю немного расслабиться. Генерала и доктора нет, что тоже облегчает дальнейший разговор с отцом. Обиделись они или злятся, меня не волнует, пусть подумают над своим поведением.

— Итак, — говорю, присаживаясь на ближайший стул, — я хочу знать, как вы встретились с моей мамой и почему ты оставил меня на Земле.

— У тебя мой характер. — Он по-доброму усмехнулся. — Эта история лишена романтики и любви. Я был на вашей планете в качестве посла доброй воли, а твоя мама, она… — отец замялся и отвел взгляд в сторону. — Она подходила для переселения на другую планету, но испугалась в последний момент, не захотела улетать, а я остался, чтобы уговорить ее.

— Этого не может быть. — Я точно знаю, что она бы бросила нас, будь у нее такая возможность.

— К сожалению, это так. — Отец скривился, но все равно продолжил рассказ: —Она забеременела, я был очень рад, но твоя мать стала напирать, чтобы я женился на ней и перебрался на Землю, остался там, что было совершенно неприемлемо. Я предложил ей принять сыворотку после твоего рождения и улететь вместе, она снова отказалась, это был замкнутый круг. Когда ты родилась, я окончательно понял, что она никуда не улетит, тогда оставался