Джилл Монро - Повелитель Гнева

В нескольких шагах вниз по улице в ларьке его привлекла золотая цепочка. Он не знал, носила ли Бриана подобные украшения в прежней жизни. Единственным ее украшением были аккуратно сделанные старинные часы, висящие на ее шее. Но это ожерелье подходило ей больше, судя по тому, что он уже узнал о ней,  поэтому он купил и его тоже.

С тремя пакетами в руках, Осборн все еще не узнал того, что хотел. Ему нужна была информация. Он подошел к первому ларьку, где он купил духи.

- Вы не слышали ничего о сражениях? – спросил он.

Осборн сжал зубы. Он хотел спросить это ради женщины. А не войны.

Лицо женщины встревожилось.

- Здесь?

Осборн пожал плечами.

- Хоть где-нибудь.

- Судя по твоему виду, ты хочешь предложить свои услуги воина. Ты весьма мускулистый, - сказала она, осматривая его сверху вниз.

Осборн покачал головой.

 – Нет, я лишь узнаю это для… друга.

- Я не слышала ни о чем таком, но сходи к Кагану, с левой стороны предпоследняя лавка. Он продает специи со всего царства. Если где-то бой и назревает, он должен о нем знать.

Устремившись к своей истинной цели, Осборн протиснулся сквозь растущую толпу к продавцу специй. После того, как он расспросит Кагана, он обеспечит  безопасность Брианы.

- Как базилик? – спросил он продавца, когда от него отошел клиент.

- Самый ароматный из всех возможных. Сюда, - сказал он, открывая сумку со специями.

- Цена не подскочила? – спросил Осборн, уловив острый земляной аромат трав. – Я слышал, где-то идет война и торговые пути были заблокированы.

Человек со специями покачал головой.

- Не с базиликом. Вам стоит беспокоиться лишь о росте цен на оливковое масло. Элден находится под осадой, а самые старые деревья можно найти лишь в тех краях. Я бы на вашем месте скупил все имеющееся оливковое масло, позже вы не сможете его найти.

По нему пробежал холодок. Ярость берсеркера проснулась.

 – Элден?

- Никто не может туда добраться. Отсюда вывод -  плохи там дела. Королева и король мертвы. Наследники исчезли.

Он почувствовал что-то похожее на удовлетворение. Элдену, наконец, воздалось. Он сожалел лишь, что это случилось не от его рук. Ему всегда приходилось сожалеть от неудовлетворенной мести. Берсеркер в нем призывал его накинуть шкуру. Может быть, он смог бы нанести смертельный удар и отправить этих хладнокровных вампиров на тот свет.

Осборн почувствовал облегчение. Элден сеял в нем хаос и поглотил большую часть его жизни. Теперь же ему нужно было лишь завершить последнее задание.

У Брианы болело все. Даже уши, казалось, болели, и она не понимала, как такое вообще возможно. Ее плечи сжались, и ей потребовалось гораздо больше времени, чем обычно, чтобы подтянуть к себе колени и подняться.

В окно светило яркое солнце. Обычно в это время они уже практиковались. Видимо, Осборн подозревал, что от нее с мечом сегодня не будет никакой пользы. Если учитывать то, что он был всему виной.

Дверь спальни открылась, и Бернт с Торбеном выползли в главную комнату, выглядя не лучше, чем она.

- Не хочу больше быть воином Урсы, - сказал Торбен.

- Да, да, - отозвалась она с улыбкой. – Берите яблоки и хлеб. Мы можем позавтракать и снаружи. Солнечный свет приятно согревает.

Оказавшись на улице, Бриана подняла лицо к солнцу, позволяя теплым лучам греть ее щеки. Она потянулась, растягивая болевшие мышцы. Синяя птица пролетела над их головами, и она улыбнулась.

- Сегодня ты кажешься другой, - заметил Бернт. Между его бровями появилась небольшая складка. – Ты не хочешь нас покидать, не так ли?

Ей действительно никогда не приходило в голову, что мальчикам понравится жить вместе с ней. Раньше она чувствовала себя нарушителем, той, кто сломала их мебель и украла еду. Но теперь они впустили ее к себе, а когда ей придется уйти, она будет по ним скучать.

Станет ли так же относиться к ней и их брат?

- Я должна буду скоро уйти. Здесь не мой дом.

- Но он мог бы им быть, - сказал Торбен. – Я видел, как Осборн убрал из кладовой старую мебель и ящики. Думаю, он хочет сделать там спальню.

- Ему не нравится, что ты спишь на полу.

От мысли о том, что Осборн заботился о ее комфорте, пытаясь найти место получше, ее сердце подпрыгнуло.

- Мне нравится спать у огня, - заверила она их. – Дома у меня в комнате был камин. И, кроме того, я слишком устаю, чтобы хоть что-то делать, и просто падаю на пол и засыпаю.

Ребята рассмеялись.

- Мне нравится, что ты с нами, - сообщил ей Бернт.

- Осборну тоже, - добавил Торбен. – Я знаю, что говорю.

- Он стал лучше. Он уже давно не кричал.

В самом деле? Потому что ей казалось, что он кричал слишком часто. Фактически, постоянно.

- И он, наконец, начал нашу подготовку.

- Думаю, в нашем возрасте он уже стал воином, - Торбен закусил губу. – Он немного говорит о том, что случилось с нашими родителями и остальным нашим народом.

Она сжала плечи мальчиков.

- Я могу себе представить, как он страдал. И все еще страдает. Помните, ему было не намного больше вашего, когда он взял на себя ответственность за двух маленьких мальчиков. Когда вы теряете кого-то  близкого и любимого, это меняет вас. Но с каждым прожитым днем становится легче.

Это была ложь. Утешительные слова, в которые ей так хотелось бы верить. Но она хотела, чтобы мальчики поверили в них. Боль с каждым днем не уменьшалась, а лишь усиливалась от времени и расстояния, легче было бы все забыть.

Отомстить.

Бриана не могла забыть об этом. Что-то внутри не позволяло этого.

Мужчина, которого они обсуждали, вышел на поляну. От вида Осборна ее дыхание всегда перехватывало. Но сегодня он выглядел как-то иначе. Менее мрачный, более решительный. Она надеялась, что это не значило еще больше практики в балансировании. Он стянул волосы назад, и оделся так, как и пару дней назад при походе в город. В его массивных руках было несколько больших пакетов.

- Не думал, что вы подниметесь этим утром, - сказал он. Нечто похожее на улыбку изогнуло его губы.

Бернт и Торбен быстро вскочили на ноги.

- Готовы к большему? – спросил он, но его глаза были устремлены на нее. – Берите мечи и идите на поле для практики. Мне нужно поговорить с Брианой.

Мальчики побежали забирать свои ножны, а затем вылетели из-за угла дома, оставляя ее наедине с Осборном. Он осторожно положил свои пакеты на ящик, стоявший рядом с входной дверью, и воспоминания о прошлой ночи нахлынули на нее с новой силой. Боль. Тоска. Каждая яркая деталь. Но главное - комфорт, когда она плакала.

Осборн подарил ей этот комфорт. Вытер ее слезы. Бриана знала это. Он успокоил ее боль в сердце. Пусть всего на несколько мгновений.